«Нужно стать настоящим»: создатель ярославского клуба «Десантник» о празднике 23 февраля, армии и патриотическом воспитании
В преддверии 23 февраля многие задаются вопросом о том, какого мужчину можно назвать настоящим защитником Отечества, и спорят, стоит ли каждого представителя сильного пола поздравлять с этим февральским праздником. Журналист «Яркуба» решила узнать ответы на эти острые вопросы у Андрея Владимировича Палачёва — человека, который не понаслышке знает, как воспитать настоящего мужчину, ведь он — создатель военно-патриотического клуба «Десантник» в Ярославле.
Про 23 февраля и современную армию
— Сейчас 23 февраля принято поздравлять не только военнослужащих, но и всех мужчин. Как Вы считаете, это правильно?
— Риторический вопрос. Я всегда отмечал День Советской Армии и День Военно-Морского Флота. Раньше мой отец спрашивал, почему я не поздравляю его с 23 февраля. Я ему отвечал, что отмечаю именно День Советской армии, потому что присягу принимал в Советском Союзе. Для меня этот день знаковый. А если ты присягу не принимал в армии, к сожалению, и по состоянию здоровья не служил, то я не считаю, что это твой праздник. Вроде, с одной стороны, всё чётко. С другой стороны, у нас есть мальчишки, которые занимаются в клубе «Десантник». Они, уверен, гораздо круче многих ребят, которые по одному году служат. Некоторые из наших мальчиков занимаются по пять, по семь лет в клубе. И принятие присяги на верность нашему государству — это, наверное, вопрос времени. А то, что они настоящие мужчины — это факт, поэтому я готов их с радостью поздравить с этим праздником.
— Как Вы считаете, отслужить в армии должен каждый мужчина?
— Если нет каких-то противопоказаний, я уверен, что каждый должен отслужить. Это точно так же, как утверждение, что каждая девушка рано или поздно родит, ведь стать мамой — это святое. Так же и мужик должен стать мужиком. Тут все по-разному воспринимают, как можно стать настоящим мужиком. Я считаю, что это всё-таки должна быть армия.
— Расскажите немного про свой опыт службы в армии.
— Армия мне досталась не та, о которой я мечтал. Мечта у меня была попасть в воздушно-десантные войска. Но туда я, к сожалению, не попал, потому что в Советском Союзе меня не взяли из-за роста. Я был 169 сантиметров, а набирали 171 сантиметр, не ниже. Поэтому хотя я ровно ни одного дня за 54 года не служил в ВДВ, но всю свою жизнь посвятил и продолжаю с радостью посвящать воздушно-десантным войскам. Опыт моей службы был достаточно тяжёлый. Служил я топливозаправщиком на Дальнем Востоке. За первый год у меня было девять фингалов. Была жуткая дедовщина. Я был единственный «золотой дух». Кто понимает, что такое дедовщина, тот поймёт, что такое золотой дух. Это когда ты в 02:00 ложишься спать, а в 04:00 уже встаёшь. И так в течение года. Поэтому когда я пошёл после «срочки» служить в ОМОН во Владивостоке, я уже не боялся ничего. Когда в ОМОНе пересекался с десантниками и пограничниками, то им завидовал, что они прошли такие «реальные войска», были заняты в течение своей службы боевой подготовкой. У меня этого не было, поэтому я начал себя создавать с нуля сам в ОМОНе. Потом была война, город Грозный, медаль «За отвагу», возвращение на малую родину, в Ярославль... И так как я не служил в войсках мечты в своё время, то создал военно-патриотический клуб десантников.
Встреча Андрея Палачёва и журналиста издания
— Отличается ли армия 90-х от современной? И если да, то насколько сильно?
— Вопрос, опять же, риторический. Где-то она лучше, где-то она хуже. Всё зависит, наверное, от той молодежи, которая приходит, и от тех офицеров, которые её встречают. Совершенно два разных полка можно поставить рядом. В одном замечательный командир, во втором, скажем, не очень. Из-за этого и разница может быть. Поэтому у людей восприятие армии разное. Вот я служил в нехорошем полку. А почему он нехороший? Он вроде такой же, как и все. Но нет, всё зависит от командиров.
— Дедовщины как массового явления сейчас нет?
— Я думаю, что сейчас вообще, наверное, дедовщины нет. Все служат один год, и существуют комитеты солдатских матерей. Они достанут всех, кого хочешь. Потом, опять же, у срочников есть телефоны, всегда можно позвонить маме и пожаловаться ей.
Про воспитание настоящего мужчины
— Что делает из мальчика настоящего мужчину?
— Если растить пацана, то надо обратить внимание на то, что он должен в школе учиться хорошо. Потому что, как говорил Василий Филиппович Маргелов, десантник должен быть в первую очередь умный и только во вторую очередь сильный. Ну и, конечно же, ходить обязательно на тренировки по боксу или по самбо, чтобы уметь держать удар. Понятно, нет задачи первым нападать, кого-то где-то, не дай Бог, избивать. Ни в коем разе. Но чтобы стать настоящим, нужно много над собой работать, заниматься. Спорт — это вообще святое. Это сила, уверенность, дисциплинированность. Дальше, когда, например, наши мальчишки поступают в Рязанское гвардейское десантное училище, они там одни из лучших. Многие из них вообще заканчивают училище с красным дипломом.
— Что, прежде всего, даёт служба в армии?
— Зависит, как я уже говорил, от командования. Где-то рукопашного боя нет, не хватает сейчас старших офицеров, сержантов... Многие находятся на СВО. Поэтому на срочной службе сейчас в основном посты, охрана... Снег чистят, и всё в этом роде. То есть службой это, в принципе, вообще не назовёшь. Наверное, такая же, как у меня была по «срочке».
— Достаточно ли сегодня молодёжи даёт школа в плане патриотического воспитания, как Вы считаете?
— В первую очередь не школа должна воспитывать, а семья. Не бывает плохих детей, бывают рядом плохие взрослые.
Про клуб «Десантник»
— Есть ли у Вас образец для подражания? Если да, то расскажите о нём.
— Образцы для подражания? Вон на стене висят (указывает на фотографии. — Прим. авт.). Дядька мой, Леонид Палачёв, который меня готовил к службе в ВДВ с пяти лет.
— Если Вы немного расскажете об этом, будет очень здорово.
— В память о дяде я создал клуб «Десантник». Вот мои предки на фотографиях. Прадед с прабабушкой, дед и родной брат деда. Фотография 1945 года, они были участниками Великой Отечественной войны. Так что мне не надо придумывать каких-то кумиров. Мой образец — простые русские Палачёвы из Борисоглебского района Ярославской области. Мои предки. И по стопам их и я двигаюсь, и семья моя. Мой сын сейчас находится на СВО. Он заместитель командира разведроты.
— Чем занимаются ребята в Вашем клубе?
— Они имеют хорошую подготовку. Воспитанники приходят в воздушно-десантные войска, имея по 15-20 прыжков с парашютом, в том числе зимние и летние прыжки. Они владеют ножевым боем, занимаются медициной, военной топографией. Воспитанники ездят стрелять на полигон к десантникам из разного вида оружия. То есть они готовы к поступлению в военные училища и к работе в войсках.
Воскресное построение воспитанников после занятий
— Как Вы поддерживаете дисциплину в клубе? Используете ли какие-то наказания? Полезны ли они?
— Конечно, что-то показывать нужно не силой, а авторитетом. Дети должны, в первую очередь, влюбиться в военное дело. Я всегда был противником того, чтобы на детей поднимали руку. Считал, что это неправильно. Избивать ребёнка или женщину — последнее дело. Я уж не говорю про стариков, это вообще не обсуждается. Дисциплинарные моменты в клубе есть. Скажем, мы можем приехать с воспитанниками на полигон, и ребёнок может положить свой палец на спусковой крючок без разрешения. А что такое положить палец на спусковой крючок? Это выстрел. Что такое выстрел? Даже на гражданке люди иногда заряжают оружие, идут на охоту, а потом случайно ранят или убивают своих же товарищей. Поэтому с детства мы учим, что палец на спусковом крючке никогда не должен лежать. За такое, конечно, воспитанник может встать на кулаки и пойти по снегу на кулаках. Пробивает тропинку для остальных, получается. Может быть, кто-то скажет, что это жёстко, но так ребёнок точно запомнит основные правила безопасности. Ведь, как говорят, даже палка раз в году стреляет. Каких-то других дисциплинарных наказаний нет. Мы, понятное дело, не бьём никого, розгами не лупим.
— Вы, я слышала, работаете с так называемыми «трудными детьми»?
— Да, приходят и такие. Им трудно усидеть на одном месте. Для них всё время надо придумывать что-то новое, и мы придумываем. Постепенно и к дисциплине приучаем. На днях состоялась поездка на кладбище, проводили великого десантника Валерия Александровича Востротина в последний путь. Мальчишек, которые у нас в этом году будут в Рязанское десантное училище поступать, его последним приказом награждали медалями «За верность десантному братству». Вот эти самые мальчишки и передают другим, что нужно быть дисциплинированными, нужно быть настоящими.
Гордый флаг ВДВ
Про патриотизм
— Глядя на своих воспитанников, можете сказать, стала ли сейчас молодёжь более патриотична, чем, скажем, лет десять назад?
— Такого не могу сказать. Дети разные, но в чём-то они всегда одинаковы. Есть те воспитанники, которые в начале 2000-х прошли службу в десантных войсках. И они иногда говорят мне, что я с нынешними воспитанниками менее строг. Хотя, я думаю, всем достаётся. И попадая в Рязанское десантное училище, ребята наоборот говорят, что им в училище легче и проще, чем в клубе. Поэтому молодёжь вроде и разная, а патриотов, любящих ВДВ и Родину, всегда достаточно.
— Вы имеете в виду их дух? Он одинаковый?
— Да, они так же заряжены, так же готовы к чему-то. Я всегда говорю, что десантником может стать тот, у кого есть особое состояние души. Некоторые наш клуб, например, не находят. Ну, значит, не судьба. Я же тоже сначала не попал в ВДВ. Значит, судьба у меня такая. Зато потом всю жизнь посвятил десантным войскам. А кто-то может попасть в ВДВ, отслужить там два года или год, и потом вспоминать про эти замечательные войска только 2 августа, на день ВДВ, а в течение года никогда не появляться и ничего не делать для войск.
Кабинет Андрея Палачёва
Про перформанс
— Как возникла идея показательного выступления «смерть п***ам»? Как думаете, почему выступление стало таким популярным и резонансным для всей России?
— Лично для меня что п***ы — это люди, которые ненавидят русскую нацию. На 20-летие клуба «Десантник» это прозвучало, ровно через год приняли уже указ о запрете вот этого ЛГБ...(«международное общественное движение ЛГБТ» признано экстремистским и запрещено). Набор букв, которые не выговоришь. Раньше во время показательных выступлений была надпись «Смерть фашизму», кто-то надпись эту на праздник подменил. Мы до сих пор не знаем, кто именно. Нашлись, конечно, организации, которые посчитали, что я неправильно воспитываю детей. По нам шли суды полтора года.
— Суды закончились в Вашу пользу?
— Они просто закончились. То есть никто ничего не доказал, никто ничего не добился. Мне попытались дать штраф в размере пяти тысяч.
— Да уж. Получается, это выступление даже не было запланировано?
— Не было. Просто мальчишки решили посмеяться, я думаю, праздник себе устроить. Ну и потом весь мир об этом узнал.
— А потом, получается, данную «организацию» официально запретили?
— Получается так. Не знаю, что преследовали те, которые начали против нас эти заявления писать, но итог такой, какой есть. Два наших мальчика из клуба «Десантник» погибли на СВО. Ещё семь наших мальчишек получили там ранения, были награждены государственными наградами. Сам клуб продолжает оставаться по количеству поступивших в Рязанское десантное училище самым многочисленным независимо ни от чего.
Про героев
— Сколько в этом году ребят туда поступает?
— В этом году четверо поступают. Ни один не испугался. По словам В. Ф. Маргелова, ВДВ — войска для войны. И ведь они не просто идут в армию, они идут в лучшее гвардейское десантное училище. Это дорогого стоит.
— Вы гордитесь ими?
— Конечно.
— Расскажите про Ваших воспитанников-героев.
— Сейчас мэр города нам помогает установить баннеры в Ярославле, посвящённые Грише Сотникову, погибшему в составе 175-го батальона 76-й дивизии. Он у нас с пятого класса занимался... Ещё Артём Попов, например, со дня на день должен получить второй орден Мужества. Служит в 405-й бригаде спецназа ВДВ... Про разных мальчишек можно рассказать. Каждый из них герой, если уже пошёл в десантное училище или в десантные войска. Они самые опасные профессии выбрали. У многих медали «За отвагу», ордена Мужества. Из самых значимых те, которые погибли. Это Дима Силаев и Гриша Сотников.
— Когда погиб Дмитрий Силаев?
— В самом начале СВО, 1 марта 2022 года. Был командиром взвода 7-й Новороссийской дивизии. Летом 2022 года у него сын родился... У Гриши Сотникова никого не осталось... В 23 года погиб. Последние слова его были: «Как же я люблю свою работу!» Как-то так.
Могила Григория Сотникова. Фото: Андрей Палачёв
— Последний вопрос?
— Не последний, крайний.
— Хорошо, крайний. В чём сила?
— В правде.
— Наверное, правду не очень любят.
— Да, но её нужно терпеть. Например, если взять, скажем, как я с ребятами общаюсь. Каждый может подойти и высказать свою точку зрения. Каждому надо подать руку, каждому посмотреть в глаза. От всех воспитанников, по возможности, услышать про их проблемы.
— Уважение вне зависимости от возраста, получается?
— Да, на этом всё строится. Иногда кому-то легче на комиссию по делам несовершеннолетних поставить ребёнка, не узнавая проблемы. У нас был такой воспитанник. Его хотели после трагедии в семье на комиссию отправить, но дали шанс. В итоге попал к нам. Уже офицер.
— У Вас есть для каждого из них совет?
— Надо ко всему ровно относиться, оставаться всегда оптимистом. Меня в детстве, например, цыгане били. Я мог бы обидеться на них, обозлиться. Но я им искренне благодарен. Благодаря таким невзгодам я пошёл в борьбу и стал таким, какой я есть.
Читайте новости в социальных сетях! Подписывайтесь на «Яркуб» во «ВКонтакте» и «Телеграме».
