9 ноября 2018 - 15:37
«Время новых людей уже пришло». Мнения ярославцев о будущем российской оппозиции

«Яркуб» попытался понять, какое будущее ждет региональную российскую оппозицию. 

«Время новых людей уже пришло». Мнения ярославцев о будущем российской оппозиции

«Яркуб» попытался понять, какое будущее ждет региональную российскую оппозицию.

«В России нет оппозиции!» — это утверждение сегодня можно услышать и с высоких трибун, и на кухнях. Последние президентские выборы вроде бы убедительно доказали, что так оно и есть.

Наверное, в сознание большинства россиян мысль об отсутствии оппозиции вскоре прочно вцементировалась бы, но тут случилась пенсионная реформа, и, выстроенная властной вертикалью, казалось бы, устойчивая конструкция государственного устройства, пошатнулась. Пусть на нашем политическом Олимпе по-прежнему нет новых лиц, новых партий и новых идей, все больше и больше граждан осознают неотвратимость перемен. При этом они понимают: перемены ничего хорошего не сулят. Осознание этого факта провоцирует рост недовольства, который легко может перерасти в усиление протестной активности.

Власти все понимают, тем более что последние соцопросы демонстрируют рост недовольства россиян. В первую очередь, недовольства уровнем материального благополучия. Привыкшие верить в светлое будущее, граждане столкнулись с пониманием того, что оно может не наступить ни через год, ни через два.

Те, кто еще вчера одобрительно кивал, слушая речи ораторов в студии телеканала «Россия», направленные против «недругов», живущих в США и Украине, сегодня увидели, что в родном Отечестве цены растут не только на дорогие автомобили, но и на услуги ЖКХ, продукты и лекарства.

Для Кремля это достаточно серьезные вызовы, и по силе своего воздействия они могут переплюнуть все введенные против России санкции. Пока федеральные власти предпочитают отвечать «точечно», подбрасывая деньги в регионы, где ситуация становится взрывоопасной.

Недавно в личной беседе один из экспертов, оценивая сложившуюся в стране ситуацию, сказал: «Протестных выступлений не избежать, но начнутся они не в столицах, как это было раньше, а в регионах, там, где нет работы, где у властей нет денег, куда инвесторов не заманишь калачом». На вопрос, кто эти выступления возглавит, если оппозиции как таковой в стране нет, собеседник, спокойно ответил: «Найдутся люди».

Мы решили проверить, насколько справедливо это высказывание, и поговорили с несколькими известными ярославцами.

Елена Лекиашвили, руководитель штаба Алексея Навального в Ярославле

— Новые люди в оппозиции? Почему нет? Но я бы и нынешних представителей региональной системной оппозиции не списывала со счетов. Вон наши эсеры внесли в областную думу законопроект о возврате прямых выборов мэра Ярославля. Думаю, их поддержат не только члены фракции коммунистов, но и другие депутаты. Мы, например, эту инициативу тоже продвигаем, и, судя по откликам рядовых ярославцев, она находит отклик у многих.

Сама я внимательно слежу за тем, что происходит сегодня в Приморском крае. Там представителя КПРФ, набравшего большинство голосов в первом туре губернаторских выборов, поначалу всеми силами пытали «отжать» и не допустить до участия во втором туре. Но когда эти попытки успеха не принесли, ЦИК просто отменил результаты выборов, указав на многочисленные нарушения при их проведении.

Сегодня кампания стартует вновь. КПРФ отказалась поддерживать своего кандидата, однако он все равно решил участвовать в выборах. Для меня это тоже знак.

Я понимаю, что далеко не всех кандидатов у нас могут допустить до выборов, их и по суду с гонки снимают, зарегистрироваться не дают... Это неправильно. У людей должен быть выбор.

Можно по-разному относиться к представителям ярославского «ПАРНАСа», но то, что Василия Цепенду и Сергея Балабаева сняли с выборов в областную думу незадолго до дня голосования, власть не красит. Пусть бы она дала право народу самому определиться в вопросе, кто из кандидатов в депутаты ему больше симпатичен. Власть побоялась это сделать.

Кого из ярославских политиков я считаю сильными лидерами? В первую очередь, Александра Воробьева, руководителя фракции КПРФ в областной думе. Он опытный и сильный политик. И пусть по многим вопросам у нас разные точки зрения, с ним можно иметь дело.

Нет, к местному «Яблоку» отношусь скорее скептически. Слов много — дел нуль. И попытка Олега Виноградова, регионального лидера отделения этой партии, оправдать свои косяки при выдвижении и регистрации партийного списка кандидатов в депутаты Облдумы выглядит неубедительной и жалкой.

Что дальше будет? Мы будем бороться. Нас многие поддерживают, и это внушает оптимизм.

Андрей Алексеев, соучредитель киноклуба «Нефть», блогер, неизменный инициатор и вдохновитель ярославской «Монстрации»

— Оппозиция в Ярославле? Думаю, что у нас ее нет, но есть неорганизованное народное недовольство. Что касается оппозиционного движения, то, на мой взгляд, оно умерло одновременно с гибелью Бориса Немцова. Для России его смерть — огромная потеря.

Совсем не уверен в том, что в регионе сегодня возможны какие-то протестные выступления. Пока люди к ним не готовы. Если ситуация ухудшится, не исключаю — что-то изменится, и лидеры, за которыми народ пойдет, тоже появятся.

Пока же я вижу, как Кремль успешно гасит «политические пожары» в регионах. Вспомните, сколько людей вышло на улицы Кемерово после того, как в клубе «Зимняя вишня» заживо сгорели десятки человек. Но закончилось все достаточно быстро, и вскоре площадь, которая была заполнена негодующим народом, опустела.

Так же было во время недавних событий в Ингушетии. Надо признать, власть учла опыт начала девяностых и научилась оперативно и жестко реагировать на подобные события.

Антон Шейнин, координатор движения «Голос»

— Начну с главного: власть сегодня контролирует денежные потоки. Никакие организации, неважно, оппозиционные они или проправительственные, не могут существовать без финансирования. Это известная истина. Так что, в чьих руках деньги, тот и хозяин положения. У нас, если хотите, вместе с вертикалью власти построен бюджетный централизм.

Что я думаю о системной оппозиции? О КПРФ? Откровенно? Думаю, что Кремль держит ее лидера за яйца. Однако при этом у партии есть возможность не только получать финансирование, участвовать в выборах всех уровней власти, но и торговаться.

И еще. Многие думают: чем хуже в стране будет экономическая ситуация, тем вероятнее рост политической активности. Я так не считаю, потому что нищий народ не опасен.

Чиновники, сидящие в администрации президента, рассуждают просто: бунт сам по себе не случается, его кто-то организует; а если так, то и деньги на эти цели тоже подтягиваются. Можете называть это поколенческим мировоззрением, но эти люди считают, что СССР развалился именно потому, что кто-то этот процесс профинансировал. Они уверены, что бабло побеждает все. Там нет никаких идей, там все упирается в деньги. С этой верой они и живут.

Удивительно, но последние русские цари тоже не верили, что дворяне пойдут против них. Однако они ошиблись. В итоге Царскосельский лицей, в котором должны были воспитываться сторонники тогдашнего режима, стал фактически рассадником свободомыслия. Оттуда вышли многие убежденные противники самодержавия.

У нового поколения российских граждан другие взгляды. Сегодняшняя молодежь не похожа на тех, кому за 60. Но кто это учитывает? Поэтому ее стараются силой загнать в существующие рамки. Это проще.

Два слова об оппозиции в регионах. Она есть, конечно, причем даже системная оппозиция намного здоровее, чем в центре. А ряды несистемной нередко пополняют те, кто еще недавно разделял убеждения «Наших», учился в лагерях, организованных для их активистов. Такой вот парадокс, хотя в действительности это нормальное явление, потому что именно так и рождается новая элита. Думаю, что скоро на отечественном политическом Олимпе мы увидим множество новых лиц.

Евгений Голубев, руководитель социологического центра «Хи-Квадрат»

— Я тоже считаю, что протест зреет именно в регионах. Сегодня наиболее сложная ситуация в Сибири и на Дальнем Востоке. Не исключаю, что там мы увидим выступления противников существующей власти.

Администрация президента контролирует все и вся? Тушит очаги регионального недовольства? Вы это серьезно? Увы, невозможно, применяя административные методы, улучшить экономическую ситуацию в стране. А без этого никакой контроль не спасет нас от стихийных протестов.

Когда мы увидим новых политических лидеров? Скоро, максимум через год-два. Время новых людей уже пришло.

11 октября 2018 - 14:23
Евгений Голубев: «Действующей власти люди уже не доверяют»

Руководитель социологического центра «Хи-Квадрат», кандидат исторических наук Евгений Голубев побеседовал с корреспондентом «Яркуба» о текущей ситуации в стране и регионе. 

Евгений Голубев: «Действующей власти люди уже не доверяют»

Руководитель социологического центра «Хи-Квадрат», кандидат исторических наук Евгений Голубев побеседовал с корреспондентом «Яркуба» о текущей ситуации в стране и регионе.

Пессимистов больше, чем оптимистов

Евгений, как ярославцы оценивают экономическую ситуацию в стране и регионе, каковы их оценки собственного социального благополучия?

Давайте для начала договоримся: мы говорим все-таки об общефедеральном векторе или региональном?

Давайте обо всем по порядку.

Тогда начну с того, что скажу: число людей, которые надеялись на улучшение собственного материального благополучия в обозримом будущем, становится все меньше. Весной их было около 50 процентов, сейчас осталось 36. То есть, число оптимистов неуклонно снижается. Это общефедеральный тренд.

Понятно, что обусловлен он проведением пенсионной реформы, ведь тот условный общественный договор, который был между властью и обществом, властью был нарушен. Напомню, что суть упомянутого договора была проста — население соблюдало лояльность в отношении власть имущих, но в свою очередь те не должны были ухудшать основы материального благополучия большинства граждан.

Мне кажется, россиян сложно чем-то испугать, они пережили девяностые и кризис 2008 года, научились выкручиваться из самых непростых ситуаций. И вы хотите сказать, что они испугались пенсионной реформы?

Они не испугались, они эту самую реформу в штыки приняли! У нас ведь патернализм силен, очень многие на себя не надеются, рассчитывают на сильных правителей, на власть в целом...

К тому же, как там было, государство всегда поддерживало у народа иллюзию того, что сможет всех защитить, всем помочь и никого не бросит в беде.

Я за последние месяцы провел много фокус-групп, общался с очень многими людьми, имеющими разные социальные статусы. Работал не только в Ярославле, но и в других городах страны, поэтому знаю, о чем говорю. Так вот, с этой пенсионной реформой ситуация простая: люди, конечно, планировали продолжать работать и после 55-60 лет, ведь на нашу пенсию не проживешь, но сейчас у них убрали эту самую прокладочку...

Минималки лишили, как говорит один мой знакомый.

Абсолютно верно! Но вместе с этим у граждан полетела вся внутрисемейная экономика. Ведь пенсия шла в основном на оплату услуг ЖКХ и покупку кое-каких лекарств.

А теперь надо зарабатывать больше, хотя бы для того, чтобы за квартиру заплатить. Но рынок труда не предлагает высокооплачиваемых вакансий людям в возрасте. И многие в растерянности пребывают, это я мягко сказал, потому что никто не знает, где взять деньги. Это жуткий внутренний диссонанс!


Евгений Голубев: «Действующей власти люди уже не доверяют»Евгений Голубев: «Действующей власти люди уже не доверяют»

В Центре занятости населения, как правило, не встретишь молодежь


В Ярославле рынок труда все-таки развит. Устроиться на работу можно.

Можно. Весь вопрос, сколько работодатель готов заплатить пожилым соискателям. Он ведь просто рассуждает: деваться им некуда, потому что за забором то же самое, поэтому красная цена таким специалистам — 15 тысяч.

Среди тех, кому 50+, есть и высококвалифицированные специалисты. Им не на что рассчитывать?

Увы, высококвалифицированных специалистов такого возраста, которым можно заплатить 60, 70, 100 тысяч в месяц, очень немного. Мы же с вами о большинстве говорим, о тех, кому больше 15 тысяч не заплатят. Но жителей крупных городов эти деньги не спасут — это ничтожная сумма. Поэтому пока они не понимают, как дальше будут жить.

В Ярославле плюсом ко всему есть свой раздражающий фактор — у нас кадровая чехарда во властных структурах. Мэра вот опять поменяли...

На кого поменяли Слепцова

Вы думаете, горожанам есть дело до смены мэра?

Есть. Я ведь не утверждаю, что все любили Владимира Слепцова, но он, по крайней мере, имел солидный опыт работы, вырос в Ярославле, даже пытался гонять подрядчиков. Опять же, с народом общался...

Как же, помним: «Да я подойду!»

Ведь подходил! Добавлю: горожанам Слепцов был понятен. Кто такой Владимир Волков, непонятно никому. Мы знаем, что в Переславле, где он работал мэром, после него осталась куча косяков и незавершенных проектов. Возможно, ему не хватило времени, денег, чего-то еще. Но если вы в сорокатысячном Переславле оставляете хвосты, то какие выводы, узнав об этом, должен делать коренной ярославец?

Неудивительно, что очень у многих рождается подозрение: новый градоначальник — это посаженный человек, который должен молча, не вникая в суть, выполнять указания Белого дома.

Вот только Ярославль — системообразующий город, у нас живет половина жителей области. Здесь непростое хозяйство, разные элиты, здесь находятся предприятия крупнейших госкорпораций, которые подчиняются напрямую Москве. В свете всего вышесказанного назначение Владимира Волкова на столь высокий пост выглядит как минимум поспешным. Похоже, региональные власти не просчитывают ситуацию, а ведь в ближайшем будущем мы столкнемся с новыми вызовами.

Читайте также: проводы Владимира Слепцова и первый брифинг Владимира Волкова.

О каких вызовах идет речь?

Вспомните, как прошли вторые туры губернаторских выборов в ряде регионов, там победила, по сути, оппозиция. Да, это не у нас, но от нас достаточно близко. Владимирская область, я напомню, с Ярославской граничит.

Разве оппозиция победила? ЛДПР — это оппозиция?

Мы говорим о тренде. А он понятен — действующей власти люди уже не доверяют.

Кто во всем виноват

Пока не доверяют все-таки региональной власти, о федеральной пока речи не идет.

Это спорное утверждение. Сегодня федеральная власть по-прежнему очень хочет контролировать все процессы, но, по моим ощущениям, времена тотального контроля уже прошли. Началом конца стала упомянутая пенсионная реформа. Теперь федеральным властям надо себя вести по-другому. Надо разговаривать с людьми. И не языком ультиматумов, в приказном порядке запрещая все и вся.

В итоге на чаше весов, определяющих социальное самочувствие граждан, оказался еще один камешек. Да, он невелик, но чашу-то вниз тянет.


Евгений Голубев: «Действующей власти люди уже не доверяют»Евгений Голубев: «Действующей власти люди уже не доверяют»

Несогласованный митинг против повышения пенсионного возраста в Ярославле, июль 2018 года


Евгений, что конкретно граждане говорят о политике федеральных и региональных властей? Как они ее оценивают?

По последним данным, мы наблюдаем резкое падение рейтингов не только правительства, но и президента. Все фигуранты потеряли порядка 20 процентных пунктов. Это много. Понятно, что это прямая реакция на пенсионную реформу, но не только. В экономике мы сталкиваемся с ростом цен, и в 2019 году он продолжится, ведь поднимается НДС, а это повлечет за собой подорожание основных продуктов питания. Рост цен на бензин пока остановить не удалось, а это тоже на стоимости всех товаров сказывается.

Цены на нефть между тем растут. Почему рубль и в таких условиях дешевеет, а уровень благосостояния граждан падает?

Ну, у нас же суверенная экономика, мы живем в своей реальности. Ходят слухи, уж не знаю, можно ли им верить, что есть сговор государства и нефтегазовых компаний. Утверждают, что большую часть своей прибыли они получают вовсе не от продажи нефти и газа за рубеж, говорят, что реализуют добытые богатства реализуют внутри России. Если так, то цены на бензин будут расти и дальше, рубль продолжит падение.

Кто, по мнению ваших респондентов, в этом виноват?

Власть виновата! Конечно, и раньше с теми же ценами на бензин все непросто было, но сейчас пенсионная реформа катализировала недовольство и внутренний протест, который до этого момента просто скрывался. Сейчас нет необходимости что-то скрывать, ведь все понимают — следующий 2019 год будет хуже года нынешнего. Особенно критически оценивают происходящее руководители предприятий и организаций, понятно почему — у них информации больше.

Могу сказать одно: глаза у населения стали открываться. ТВ-пропаганда уже не оказывает на людей такого воздействия, которое оказывала буквально несколько месяцев назад перед выборами президента. И веры телевизору становится все меньше и меньше. Внешние угрозы народом не воспринимаются.

Еще в марте, накануне выборов, все ждали от Владимира Путина, что он начнет заниматься внутрироссийскими проблемами, как говорится, по-хозяйски отнесется ко всему происходящему в стране, наведет порядок. Увы, этого не произошло.

Нет главного — результата.

Что конкретно россияне ждали от президента?

Так того же, чего и всегда — улучшения собственного благосостояния и нормальных перспектив на будущее. Вместо этого получили повышение пенсионного возраста и рост цен.

Понимаете, люди о Сирии и Украине уже не хотят слышать, оттуда новых вестей, откровенно говоря, и не приходит — подзатянулись кампании. Людям интереснее узнать, когда их собственная жизнь наладится. Вот по телевизору говорят о достигнутых успехах, и у всех рождается вопрос — а где результат? Но результата нет.

О каком результате вы говорите?

Вы слышали, как простые люди рассуждают? Что они ждут? Они ждут, когда им скажут, что Асад победил, война в Сирии закончилась. В Украине все стабилизировалось, Донбасс наш, мы дружим с Украиной. С санкциями покончено, потому что с Трампом Путин договорился, Америка нас больше не прессует, и мы не вмешиваемся в ее дела. Но этого никто не говорит. Нет победных реляций.

Короче, куда ни кинь, всюду сплошной негатив. Ни одного позитивного сигнала для населения. На днях глава государства, правда, попробовал пилюлю подсластить, сказав, что у нас отмечен рост реальной заработной платы, но, извините, до этого четыре года подряд она падала, мы все в два раза стали беднее.

Вы, Евгений, говорите о падении рейтингов не только всех институтов власти, но и президента. Ваши коллеги из «Левада-центра» пошли еще дальше. Они утверждают, что в России наблюдается резкий рост социальной напряженности. Чего нам всем ждать?

Я бы не стал утверждать, что рост социальной напряженности такой уж резкий, увеличение протестной активности мы пока не наблюдаем. Дальше разговоров на кухнях дело не идет, хотя, безусловно, напряженность в обществе ощущается. И никто не знает, где та грань, за которой пассивное сопротивление превратится в активное. В 1917 году на все про все потребовалось полгода. Я далек от мысли, что у нас зреет революционная ситуация, однако понимаю: общество ждет реальных перемен к лучшему. Власти это надо понимать.

наверх
Эта страница использует cookies подробнее
Сетевое издание Яркуб предупреждает о возможном размещении материалов, запрещённых к просмотру лицам, не достигшим 16 лет