16 мая 2019 - 12:39
Владимир Волков — самое слабое звено в команде Дмитрия Миронова?
Рейтинг губернатора Ярославской области Дмитрия Миронова показывает отрицательный рост. К этому пришли несколько исследовательских компаний, которые регулярно отслеживают уровень влияния глав регионов. Аналогичную статистику дают и данные закрытого исследования ФСО для Кремля, в урезанном виде попавшего журналистам РБК. В чем дело?
Владимир Волков — самое слабое звено в команде Дмитрия Миронова? _158130

Не все отечественные политологи и социологи готовы доверять результатам исследований ФСО. Но с тем, что в этот раз сотрудники ведомства уловили тенденцию верно, соглашаются многие, в том числе руководитель ярославского социологического центра «Хи-Квадрат» Евгений Голубев.

В беседе с корреспондентом «Яркуба» Евгений Голубев отметил и то, что даже жесткая позиция Дмитрия Миронова по поводу предполагаемого объединения Волковского и Александринского театров не смогла преломить тенденцию к спаду губернаторского рейтинга.

— Рейтинг губернатора падает по целому ряду причин. В том числе в связи с непростой социально-экономической ситуацией, сложившейся как в стране, так и в области, — пояснил Голубев. — Однако в значительной степени падению рейтинга господина Миронова способствует деятельность мэра Ярославля Владимира Волкова. Чего только стоит его инициатива народным голосованием решить вопрос, какие проезды будут нынче ремонтироваться в городе, а какие нет. Получается в итоге, что в каждом районе отремонтируют только по одному объекту, а остальные когда?

Да что проезды! Вы посмотрите на дороги. Уже месяц на дворе стоит прекрасная погода, можно приступать к ремонту. Для начала хотя бы ямочному. Однако техники на улицах до сих пор нет.

Не знаю, кто консультирует Владимира Волкова, но его публичная деятельность на посту мэра вызывает немало вопросов. Недавно он снялся в ролике для YouTube. Вроде идея у градоначальника была замечательная — побудить автомобилистов соблюдать правила дорожного движения. Что называется, хотел как лучше. А что получилось?

Вот он в кадре на мотоцикле марки БМВ, стоимость которого стремится к миллиону рублей. Ослепительно сияют фары, раздается призывный рев, и машина сходу набирает скорость...

Народ отреагировал на ролик мгновенно. Самый невинный комментарий звучал так: «Интересно, зачем ему БМВ, чтобы ездить со скоростью 60 км\час? Купил бы себе скутер! И да — начиная движение, надо включить указатель поворота, ведь он же по правилам ездить собрался!»

Не согласиться с Евгением Голубевым сложно. Если губернатор области, несмотря на многочисленные инфоповоды, остается фигурой малопубличной, а потому его и критикуют реже, то ярославский мэр ежедневно на экранах ТВ и в соцсетях. При этом уровень его управленческих навыков и решений горожане оценивают достаточно низко.

Сложно сказать, какую роль факт сыграл в оценке социального самочувствия ярославцев, но эксперты Финансового университета при правительстве РФ определили Ярославль в десятку городов, где живет меньше всего людей, довольных жизнью.

Если это так, не исключено, что вопрос о смене мэра Ярославля поднимут вновь.

29 марта 2019 - 12:41
Ярославский социолог Евгений Голубев: «Не мифы играют сегодня главную роль, а реальные действия власти»
Руководитель социологического центра «Хи-квадрат» Евгений Голубев в интервью «Яркубу» объяснил, почему холодильник побеждает телевизор, а вертикаль власти в России — конструкция неустойчивая.
Ярославский социолог Евгений Голубев: «Не мифы играют сегодня главную роль, а реальные действия власти»_157181

Во всем виноват Кремль

Евгений, в медиа развернулась дискуссия о том, каким образом домохозяйке из Усть-Илимска удалось победить на местных выборах и стать мэром города. Это продолжение осенней истории, когда жители ряда регионов России на губернаторских выборах голосовали за кого угодно, только не за кандидата от правящей партии? Каким образом эти события могут повлиять на грядущие в Ярославской области выборы?

До тех пор, пока подобные случаи единичны, никак они не повлияют на ход избирательных кампаний, начавшихся в регионах. И так будет продолжаться, пока единичные случаи не превратятся в критическую массу.

Критическая масса накопится когда? Сколько кампаний должно пройти — пять, шесть?

Скорее, десяток-другой. И хотя сегодня власть более внимательно подходит к выборам кандидатов на должность руководителей субъектов, пока никто не гарантирует, что эти кадровые решения непременно приведут к победе нужных людей.

Сегодня вертикаль власти еще крепка, а если потребуется, то неугодных можно всегда придавить так называемым бюджетным федерализмом. Но если продолжится череда протестных голосований, Кремлю придется задуматься об устойчивости существующей системы власти. Ведь, по большому счету, любая неудача местных властей уже проецируется на самый верх. Пока это явление малозаметно, но прошлогодние выборы глав регионов наглядно продемонстрировали: оно существует. Когда стакан будет наполнен доверху, жидкость из него непременно прольется. Вопрос лишь в том, как скоро это случится.

Я недавно побывала в Барнауле, столице Алтайского края. Там год назад губернатор сменился по той причине, что субъект дружно проголосовал на президентских выборах за Павла Грудинина. На смену «крепкому хозяйственнику» пришел молодой технократ. Но уровень жизни в регионе от этого опустился еще ниже — с 66 на 73 место. Средняя зарплата уменьшилась за год на 25 процентов. Получается, что от перемены персоналий ничего не меняется?

Действительно, сложная ситуация. Но она осложнится еще сильнее, потому что если раньше местные власти были неким громоотводом, то сегодня это уже не работает.

У нас в Ярославской области похожая ситуация. Дмитрий Миронов в регионе три года, и всем уже понятно, что и каким образом будет делаться дальше. Повлияло ли его появление на общую ситуацию? На мой взгляд, нет. И смена мэров на нее не влияет. И люди невольно задумываются: если смена власти во втором эшелоне ни на что не влияет, то, может быть, не в нем дело?

Впервые многие задали себе подобный вопрос в начале реализации пенсионной реформы в стране. И они продолжают его задавать, потому что видят, что в их жизни реально ничего не меняется в лучшую сторону. И сколько бы по телевизору не рассказывали, что это не так, люди-то видят другое.

Скажу больше. Время политтехнологий проходит, наступает время реальной политики. Не мифы играют сегодня главную роль, а реальные действия власти, которые приводят к каким-то позитивным изменениям. Так что холодильник побеждает телевизор.

Ярославцы, а вы хотите как... в Барнауле? Сравнительное исследование цены достойной жизни, которое провела Людмила Дискова.

Ждете ли вы каких-то перемен в наступившем году?

Если вы говорите о глобальных переменах, то нет. Я их не жду. Да и бессмысленно их ждать, ведь развернуть корабль, идущий в определенном направлении, совсем не просто.

Кто выступит от имени народа

Президент обозначил направления, по которым уже якобы началась работа. Я о реализации национальных проектов. Не знаю, что можно сказать о других, но вот со здравоохранением в Ярославской области творятся не совсем понятные дела. И, судя по тому валу негатива, который я вижу в соцсетях, слышу от людей, в том числе от медиков, дела в отрасли лучше не становятся. Почему?

Думаю, что пока рано судить о каких-то итогах. Слишком мало времени прошло с начала реформирования системы. Да, пока качество медицинского обслуживания не улучшается, но это не значит, что этого не произойдет нигде и никогда.

Однако терпение людей не беспредельно...

О, вот здесь вы ошибаетесь — русский народ очень терпелив. Он может ждать и год, и два, но на улицу не выйдет. Даже если терпение закончится, это еще ничего не значит, потому что нужен вожак, человек, который выведет людей на улицу. Но не Навальный, потому что он на эту роль не годится. Почему? Да потому что многими он воспринимается скорее как человек из элиты. А такие люди по определению не могут выступать от имени народа.

Ситуация в России сегодня такова, что сложно ждать появление лидеров. Согласитесь, стать лидером сегодня — это небезопасно. Разве не так?

Соглашусь, но замечу: это вовсе не значит, что лидеры не появятся никогда. Вот не хотел говорить, но все-таки скажу. На минувших выборах — и президентских, и в Госдуму — я наблюдал за тем, как вели себя ярославские коммунисты. У них ведь на самом деле был шанс заручиться широкой поддержкой избирателей, но надо было идти к людям, во дворы, например, а вместо этого они стали митинги устраивать. Зачем?

Коммунисты просто не с теми лозунгами на митинги выходят, они региональную повестку заменили федеральной.

Абсолютно верно! Региональная повестка более понятна. Давайте вспомним Кемерово и Амана Тулеева образца 1989-1991 годов. Именно вокруг него и шахтеры бастующие сплотились, и аграрии, и горожане. Причем популярен он был не только в Кемеровской области. Напомню, что он трижды принимал участие в президентских выборах в качестве кандидата в президенты и набрал немало голосов в свою поддержку.

И сейчас есть люди, которые вполне могут стать лидерами, но пока они сидят и ждут своего часа. Мы вот очень плотно общаемся с директорами малых и средних предприятий. И все они замечают, что работать становится сложнее. Что говорят? Говорят, мол, желательно было бы, чтобы российское правительство начало менять экономическую политику, потому что в противном случае крах неминуем. При этом они лояльны действующей власти, считают, что санкции — это благо для страны, поскольку дают возможность национальному производителю подняться, но тут же замечают, что те запчасти, которые они покупают за доллары, подорожали, да и потребитель уже не так охотно покупает их изделия.

Я правильно понимаю — с одной стороны директора боятся действующей власти, а другой считают, что надо что-то делать?

Им приходится выживать в сложившихся условиях, но если их положение будет и дальше ухудшаться, то они будут высказываться и смелее, и активнее. И неизвестно, кто оседлает эту бурную политическую волну. Больше скажу — есть некие предвестники усиления активности. Но если это действительно так, то политические лидеры быстро обозначатся.

С приближением думских выборов, до которых осталось не так уж много времени, борьба противоборствующих кланов будет усиливаться, причем не только в Москве, но и в регионах. Сейчас все они борются за внимание одного человека — Владимира Путина, а вот к дате Х, к началу избирательной кампании, эта борьба перейдет в иную фазу. Так что после думских выборов мы увидим тех, кто будет определять нашу жизнь в ближайшей перспективе. Мы обязательно увидим новых политических лидеров.

От чего зависит судьба Дмитрия Миронова

Евгений, если говорить откровенно, сложно поверить, что обрисованный вами сценарий будет реализован. У меня порой возникает ощущение, что нашей власти глубоко фиолетово то, что происходит в стране. Никто и руку-то на пульсе не держит, ситуацией не владеет. Разве не так?

Верхи и власти все-таки разные. Если вы сейчас про администрацию президента, то уверяю вас — там все обо всем знают. Другое дело, что ничего поделать не могут, поскольку центр принятия решений находится не в АП, он сосредоточен в руках президента. А президент, в свою очередь, не видит опасности народных бунтов. И предвестники русского бунта, бессмысленного и беспощадного, действительно не заметны. Но рост внутреннего напряжения есть, и никто не знает, когда это все полыхнет.

Думаю, что все ждут, чем закончатся сентябрьские выборы в регионах.

Чем они закончатся?

Может быть, и полной победой системных кандидатов. Но это в случае, если вовремя уберут заведомо непроходные фигуры, дадут регионам денег, заставят кандидатов в губернаторы общаться с народом.

Но может быть, что все они проиграют, и тогда это будет полный позор. Однако такого никто не допустит, поэтому, скорее всего, мы увидим серединный результат с новыми точками протеста. Так или иначе, политику в стране менять придется, ведь власть же не хочет, чтобы в 2021 году [на выборах в Госдуму] в России победили оппозиционные силы.

В любом случае избирательные кампании в регионах нынче не будут похожи на те, что были раньше.

Может ли так случиться, что федеральная власть все деньги отдаст тем регионам, где будут проходить губернаторские выборы, а другие, в том числе Ярославская область, останутся ни с чем?

Думаю, на дополнительные субсидии и субвенции из Москвы нам рассчитывать не стоит. Придется рассчитывать на свои силы и деньги, а их явно не хватает. Не исключено, что Ярославль уже в нынешнем году станет банкротом, поскольку денег у города нет вообще. Это неприятный прецедент. Даже с психологической точки зрения. Получается, что сделать ничего нельзя, перспектив никаких нет, и самое правильное решение, которое должна принять молодежь, одно — бежать в столицу и там обустраиваться. Впрочем, многие уже так и сделали. И это плохо, ведь уезжают лучшие.

Представьте ситуацию: в ближайшее воскресенье пройдут выборы губернатора Ярославской области. Дмитрий Миронов на них победит?

В ближайшее воскресенье он бы победил. Но победа легкой не была бы. А вот на сентябрьских выборах все могло бы сложиться по-другому, не факт, что он бы победил. Все-таки рейтинги власти падают, медленно, но падают.

На что Дмитрию Миронову следует срочно обратить внимание, если он не хочет остаться за бортом?

Есть две проблемы от решения которых зависит дальнейшая судьба Дмитрия Миронова. Первая — это, условно говоря, мусор, а вторая — здравоохранение.

Если не удастся наладить реальный раздельный сбор мусора, его переработку, то власти будет нечего предъявить людям. От обещаний о внедрении новой экологической политики останется пшик.

Что до ситуации в здравоохранении, то здесь все еще сложнее. На мэров и глав поселений ответственность за решение этих вопросов не переложишь, поскольку регион их взял на себя, так что придется работать и добиваться результатов. Пока похвастаться нечем. Проводимая оптимизация больниц реального улучшения качества медицинского обслуживания не принесла. И если в ближайшие полгода в отрасли ничего кроме сокращения ставок медперсонала происходить не будет, это отрицательно скажется на рейтинге губернатора. В конце концов наступит момент, когда ему надо будет просто бежать из региона.

9 ноября 2018 - 15:37
«Время новых людей уже пришло». Мнения ярославцев о будущем российской оппозиции

«Яркуб» попытался понять, какое будущее ждет региональную российскую оппозицию. 

«Время новых людей уже пришло». Мнения ярославцев о будущем российской оппозиции

«Яркуб» попытался понять, какое будущее ждет региональную российскую оппозицию.

«В России нет оппозиции!» — это утверждение сегодня можно услышать и с высоких трибун, и на кухнях. Последние президентские выборы вроде бы убедительно доказали, что так оно и есть.

Наверное, в сознание большинства россиян мысль об отсутствии оппозиции вскоре прочно вцементировалась бы, но тут случилась пенсионная реформа, и, выстроенная властной вертикалью, казалось бы, устойчивая конструкция государственного устройства, пошатнулась. Пусть на нашем политическом Олимпе по-прежнему нет новых лиц, новых партий и новых идей, все больше и больше граждан осознают неотвратимость перемен. При этом они понимают: перемены ничего хорошего не сулят. Осознание этого факта провоцирует рост недовольства, который легко может перерасти в усиление протестной активности.

Власти все понимают, тем более что последние соцопросы демонстрируют рост недовольства россиян. В первую очередь, недовольства уровнем материального благополучия. Привыкшие верить в светлое будущее, граждане столкнулись с пониманием того, что оно может не наступить ни через год, ни через два.

Те, кто еще вчера одобрительно кивал, слушая речи ораторов в студии телеканала «Россия», направленные против «недругов», живущих в США и Украине, сегодня увидели, что в родном Отечестве цены растут не только на дорогие автомобили, но и на услуги ЖКХ, продукты и лекарства.

Для Кремля это достаточно серьезные вызовы, и по силе своего воздействия они могут переплюнуть все введенные против России санкции. Пока федеральные власти предпочитают отвечать «точечно», подбрасывая деньги в регионы, где ситуация становится взрывоопасной.

Недавно в личной беседе один из экспертов, оценивая сложившуюся в стране ситуацию, сказал: «Протестных выступлений не избежать, но начнутся они не в столицах, как это было раньше, а в регионах, там, где нет работы, где у властей нет денег, куда инвесторов не заманишь калачом». На вопрос, кто эти выступления возглавит, если оппозиции как таковой в стране нет, собеседник, спокойно ответил: «Найдутся люди».

Мы решили проверить, насколько справедливо это высказывание, и поговорили с несколькими известными ярославцами.

Елена Лекиашвили, руководитель штаба Алексея Навального в Ярославле

— Новые люди в оппозиции? Почему нет? Но я бы и нынешних представителей региональной системной оппозиции не списывала со счетов. Вон наши эсеры внесли в областную думу законопроект о возврате прямых выборов мэра Ярославля. Думаю, их поддержат не только члены фракции коммунистов, но и другие депутаты. Мы, например, эту инициативу тоже продвигаем, и, судя по откликам рядовых ярославцев, она находит отклик у многих.

Сама я внимательно слежу за тем, что происходит сегодня в Приморском крае. Там представителя КПРФ, набравшего большинство голосов в первом туре губернаторских выборов, поначалу всеми силами пытали «отжать» и не допустить до участия во втором туре. Но когда эти попытки успеха не принесли, ЦИК просто отменил результаты выборов, указав на многочисленные нарушения при их проведении.

Сегодня кампания стартует вновь. КПРФ отказалась поддерживать своего кандидата, однако он все равно решил участвовать в выборах. Для меня это тоже знак.

Я понимаю, что далеко не всех кандидатов у нас могут допустить до выборов, их и по суду с гонки снимают, зарегистрироваться не дают... Это неправильно. У людей должен быть выбор.

Можно по-разному относиться к представителям ярославского «ПАРНАСа», но то, что Василия Цепенду и Сергея Балабаева сняли с выборов в областную думу незадолго до дня голосования, власть не красит. Пусть бы она дала право народу самому определиться в вопросе, кто из кандидатов в депутаты ему больше симпатичен. Власть побоялась это сделать.

Кого из ярославских политиков я считаю сильными лидерами? В первую очередь, Александра Воробьева, руководителя фракции КПРФ в областной думе. Он опытный и сильный политик. И пусть по многим вопросам у нас разные точки зрения, с ним можно иметь дело.

Нет, к местному «Яблоку» отношусь скорее скептически. Слов много — дел нуль. И попытка Олега Виноградова, регионального лидера отделения этой партии, оправдать свои косяки при выдвижении и регистрации партийного списка кандидатов в депутаты Облдумы выглядит неубедительной и жалкой.

Что дальше будет? Мы будем бороться. Нас многие поддерживают, и это внушает оптимизм.

Андрей Алексеев, соучредитель киноклуба «Нефть», блогер, неизменный инициатор и вдохновитель ярославской «Монстрации»

— Оппозиция в Ярославле? Думаю, что у нас ее нет, но есть неорганизованное народное недовольство. Что касается оппозиционного движения, то, на мой взгляд, оно умерло одновременно с гибелью Бориса Немцова. Для России его смерть — огромная потеря.

Совсем не уверен в том, что в регионе сегодня возможны какие-то протестные выступления. Пока люди к ним не готовы. Если ситуация ухудшится, не исключаю — что-то изменится, и лидеры, за которыми народ пойдет, тоже появятся.

Пока же я вижу, как Кремль успешно гасит «политические пожары» в регионах. Вспомните, сколько людей вышло на улицы Кемерово после того, как в клубе «Зимняя вишня» заживо сгорели десятки человек. Но закончилось все достаточно быстро, и вскоре площадь, которая была заполнена негодующим народом, опустела.

Так же было во время недавних событий в Ингушетии. Надо признать, власть учла опыт начала девяностых и научилась оперативно и жестко реагировать на подобные события.

Антон Шейнин, координатор движения «Голос»

— Начну с главного: власть сегодня контролирует денежные потоки. Никакие организации, неважно, оппозиционные они или проправительственные, не могут существовать без финансирования. Это известная истина. Так что, в чьих руках деньги, тот и хозяин положения. У нас, если хотите, вместе с вертикалью власти построен бюджетный централизм.

Что я думаю о системной оппозиции? О КПРФ? Откровенно? Думаю, что Кремль держит ее лидера за яйца. Однако при этом у партии есть возможность не только получать финансирование, участвовать в выборах всех уровней власти, но и торговаться.

И еще. Многие думают: чем хуже в стране будет экономическая ситуация, тем вероятнее рост политической активности. Я так не считаю, потому что нищий народ не опасен.

Чиновники, сидящие в администрации президента, рассуждают просто: бунт сам по себе не случается, его кто-то организует; а если так, то и деньги на эти цели тоже подтягиваются. Можете называть это поколенческим мировоззрением, но эти люди считают, что СССР развалился именно потому, что кто-то этот процесс профинансировал. Они уверены, что бабло побеждает все. Там нет никаких идей, там все упирается в деньги. С этой верой они и живут.

Удивительно, но последние русские цари тоже не верили, что дворяне пойдут против них. Однако они ошиблись. В итоге Царскосельский лицей, в котором должны были воспитываться сторонники тогдашнего режима, стал фактически рассадником свободомыслия. Оттуда вышли многие убежденные противники самодержавия.

У нового поколения российских граждан другие взгляды. Сегодняшняя молодежь не похожа на тех, кому за 60. Но кто это учитывает? Поэтому ее стараются силой загнать в существующие рамки. Это проще.

Два слова об оппозиции в регионах. Она есть, конечно, причем даже системная оппозиция намного здоровее, чем в центре. А ряды несистемной нередко пополняют те, кто еще недавно разделял убеждения «Наших», учился в лагерях, организованных для их активистов. Такой вот парадокс, хотя в действительности это нормальное явление, потому что именно так и рождается новая элита. Думаю, что скоро на отечественном политическом Олимпе мы увидим множество новых лиц.

Евгений Голубев, руководитель социологического центра «Хи-Квадрат»

— Я тоже считаю, что протест зреет именно в регионах. Сегодня наиболее сложная ситуация в Сибири и на Дальнем Востоке. Не исключаю, что там мы увидим выступления противников существующей власти.

Администрация президента контролирует все и вся? Тушит очаги регионального недовольства? Вы это серьезно? Увы, невозможно, применяя административные методы, улучшить экономическую ситуацию в стране. А без этого никакой контроль не спасет нас от стихийных протестов.

Когда мы увидим новых политических лидеров? Скоро, максимум через год-два. Время новых людей уже пришло.

11 октября 2018 - 14:23
Евгений Голубев: «Действующей власти люди уже не доверяют»

Руководитель социологического центра «Хи-Квадрат», кандидат исторических наук Евгений Голубев побеседовал с корреспондентом «Яркуба» о текущей ситуации в стране и регионе. 

Евгений Голубев: «Действующей власти люди уже не доверяют»

Руководитель социологического центра «Хи-Квадрат», кандидат исторических наук Евгений Голубев побеседовал с корреспондентом «Яркуба» о текущей ситуации в стране и регионе.

Пессимистов больше, чем оптимистов

Евгений, как ярославцы оценивают экономическую ситуацию в стране и регионе, каковы их оценки собственного социального благополучия?

Давайте для начала договоримся: мы говорим все-таки об общефедеральном векторе или региональном?

Давайте обо всем по порядку.

Тогда начну с того, что скажу: число людей, которые надеялись на улучшение собственного материального благополучия в обозримом будущем, становится все меньше. Весной их было около 50 процентов, сейчас осталось 36. То есть, число оптимистов неуклонно снижается. Это общефедеральный тренд.

Понятно, что обусловлен он проведением пенсионной реформы, ведь тот условный общественный договор, который был между властью и обществом, властью был нарушен. Напомню, что суть упомянутого договора была проста — население соблюдало лояльность в отношении власть имущих, но в свою очередь те не должны были ухудшать основы материального благополучия большинства граждан.

Мне кажется, россиян сложно чем-то испугать, они пережили девяностые и кризис 2008 года, научились выкручиваться из самых непростых ситуаций. И вы хотите сказать, что они испугались пенсионной реформы?

Они не испугались, они эту самую реформу в штыки приняли! У нас ведь патернализм силен, очень многие на себя не надеются, рассчитывают на сильных правителей, на власть в целом...

К тому же, как там было, государство всегда поддерживало у народа иллюзию того, что сможет всех защитить, всем помочь и никого не бросит в беде.

Я за последние месяцы провел много фокус-групп, общался с очень многими людьми, имеющими разные социальные статусы. Работал не только в Ярославле, но и в других городах страны, поэтому знаю, о чем говорю. Так вот, с этой пенсионной реформой ситуация простая: люди, конечно, планировали продолжать работать и после 55-60 лет, ведь на нашу пенсию не проживешь, но сейчас у них убрали эту самую прокладочку...

Минималки лишили, как говорит один мой знакомый.

Абсолютно верно! Но вместе с этим у граждан полетела вся внутрисемейная экономика. Ведь пенсия шла в основном на оплату услуг ЖКХ и покупку кое-каких лекарств.

А теперь надо зарабатывать больше, хотя бы для того, чтобы за квартиру заплатить. Но рынок труда не предлагает высокооплачиваемых вакансий людям в возрасте. И многие в растерянности пребывают, это я мягко сказал, потому что никто не знает, где взять деньги. Это жуткий внутренний диссонанс!


Евгений Голубев: «Действующей власти люди уже не доверяют»Евгений Голубев: «Действующей власти люди уже не доверяют»

В Центре занятости населения, как правило, не встретишь молодежь


В Ярославле рынок труда все-таки развит. Устроиться на работу можно.

Можно. Весь вопрос, сколько работодатель готов заплатить пожилым соискателям. Он ведь просто рассуждает: деваться им некуда, потому что за забором то же самое, поэтому красная цена таким специалистам — 15 тысяч.

Среди тех, кому 50+, есть и высококвалифицированные специалисты. Им не на что рассчитывать?

Увы, высококвалифицированных специалистов такого возраста, которым можно заплатить 60, 70, 100 тысяч в месяц, очень немного. Мы же с вами о большинстве говорим, о тех, кому больше 15 тысяч не заплатят. Но жителей крупных городов эти деньги не спасут — это ничтожная сумма. Поэтому пока они не понимают, как дальше будут жить.

В Ярославле плюсом ко всему есть свой раздражающий фактор — у нас кадровая чехарда во властных структурах. Мэра вот опять поменяли...

На кого поменяли Слепцова

Вы думаете, горожанам есть дело до смены мэра?

Есть. Я ведь не утверждаю, что все любили Владимира Слепцова, но он, по крайней мере, имел солидный опыт работы, вырос в Ярославле, даже пытался гонять подрядчиков. Опять же, с народом общался...

Как же, помним: «Да я подойду!»

Ведь подходил! Добавлю: горожанам Слепцов был понятен. Кто такой Владимир Волков, непонятно никому. Мы знаем, что в Переславле, где он работал мэром, после него осталась куча косяков и незавершенных проектов. Возможно, ему не хватило времени, денег, чего-то еще. Но если вы в сорокатысячном Переславле оставляете хвосты, то какие выводы, узнав об этом, должен делать коренной ярославец?

Неудивительно, что очень у многих рождается подозрение: новый градоначальник — это посаженный человек, который должен молча, не вникая в суть, выполнять указания Белого дома.

Вот только Ярославль — системообразующий город, у нас живет половина жителей области. Здесь непростое хозяйство, разные элиты, здесь находятся предприятия крупнейших госкорпораций, которые подчиняются напрямую Москве. В свете всего вышесказанного назначение Владимира Волкова на столь высокий пост выглядит как минимум поспешным. Похоже, региональные власти не просчитывают ситуацию, а ведь в ближайшем будущем мы столкнемся с новыми вызовами.

Читайте также: проводы Владимира Слепцова и первый брифинг Владимира Волкова.

О каких вызовах идет речь?

Вспомните, как прошли вторые туры губернаторских выборов в ряде регионов, там победила, по сути, оппозиция. Да, это не у нас, но от нас достаточно близко. Владимирская область, я напомню, с Ярославской граничит.

Разве оппозиция победила? ЛДПР — это оппозиция?

Мы говорим о тренде. А он понятен — действующей власти люди уже не доверяют.

Кто во всем виноват

Пока не доверяют все-таки региональной власти, о федеральной пока речи не идет.

Это спорное утверждение. Сегодня федеральная власть по-прежнему очень хочет контролировать все процессы, но, по моим ощущениям, времена тотального контроля уже прошли. Началом конца стала упомянутая пенсионная реформа. Теперь федеральным властям надо себя вести по-другому. Надо разговаривать с людьми. И не языком ультиматумов, в приказном порядке запрещая все и вся.

В итоге на чаше весов, определяющих социальное самочувствие граждан, оказался еще один камешек. Да, он невелик, но чашу-то вниз тянет.


Евгений Голубев: «Действующей власти люди уже не доверяют»Евгений Голубев: «Действующей власти люди уже не доверяют»

Несогласованный митинг против повышения пенсионного возраста в Ярославле, июль 2018 года


Евгений, что конкретно граждане говорят о политике федеральных и региональных властей? Как они ее оценивают?

По последним данным, мы наблюдаем резкое падение рейтингов не только правительства, но и президента. Все фигуранты потеряли порядка 20 процентных пунктов. Это много. Понятно, что это прямая реакция на пенсионную реформу, но не только. В экономике мы сталкиваемся с ростом цен, и в 2019 году он продолжится, ведь поднимается НДС, а это повлечет за собой подорожание основных продуктов питания. Рост цен на бензин пока остановить не удалось, а это тоже на стоимости всех товаров сказывается.

Цены на нефть между тем растут. Почему рубль и в таких условиях дешевеет, а уровень благосостояния граждан падает?

Ну, у нас же суверенная экономика, мы живем в своей реальности. Ходят слухи, уж не знаю, можно ли им верить, что есть сговор государства и нефтегазовых компаний. Утверждают, что большую часть своей прибыли они получают вовсе не от продажи нефти и газа за рубеж, говорят, что реализуют добытые богатства реализуют внутри России. Если так, то цены на бензин будут расти и дальше, рубль продолжит падение.

Кто, по мнению ваших респондентов, в этом виноват?

Власть виновата! Конечно, и раньше с теми же ценами на бензин все непросто было, но сейчас пенсионная реформа катализировала недовольство и внутренний протест, который до этого момента просто скрывался. Сейчас нет необходимости что-то скрывать, ведь все понимают — следующий 2019 год будет хуже года нынешнего. Особенно критически оценивают происходящее руководители предприятий и организаций, понятно почему — у них информации больше.

Могу сказать одно: глаза у населения стали открываться. ТВ-пропаганда уже не оказывает на людей такого воздействия, которое оказывала буквально несколько месяцев назад перед выборами президента. И веры телевизору становится все меньше и меньше. Внешние угрозы народом не воспринимаются.

Еще в марте, накануне выборов, все ждали от Владимира Путина, что он начнет заниматься внутрироссийскими проблемами, как говорится, по-хозяйски отнесется ко всему происходящему в стране, наведет порядок. Увы, этого не произошло.

Нет главного — результата.

Что конкретно россияне ждали от президента?

Так того же, чего и всегда — улучшения собственного благосостояния и нормальных перспектив на будущее. Вместо этого получили повышение пенсионного возраста и рост цен.

Понимаете, люди о Сирии и Украине уже не хотят слышать, оттуда новых вестей, откровенно говоря, и не приходит — подзатянулись кампании. Людям интереснее узнать, когда их собственная жизнь наладится. Вот по телевизору говорят о достигнутых успехах, и у всех рождается вопрос — а где результат? Но результата нет.

О каком результате вы говорите?

Вы слышали, как простые люди рассуждают? Что они ждут? Они ждут, когда им скажут, что Асад победил, война в Сирии закончилась. В Украине все стабилизировалось, Донбасс наш, мы дружим с Украиной. С санкциями покончено, потому что с Трампом Путин договорился, Америка нас больше не прессует, и мы не вмешиваемся в ее дела. Но этого никто не говорит. Нет победных реляций.

Короче, куда ни кинь, всюду сплошной негатив. Ни одного позитивного сигнала для населения. На днях глава государства, правда, попробовал пилюлю подсластить, сказав, что у нас отмечен рост реальной заработной платы, но, извините, до этого четыре года подряд она падала, мы все в два раза стали беднее.

Вы, Евгений, говорите о падении рейтингов не только всех институтов власти, но и президента. Ваши коллеги из «Левада-центра» пошли еще дальше. Они утверждают, что в России наблюдается резкий рост социальной напряженности. Чего нам всем ждать?

Я бы не стал утверждать, что рост социальной напряженности такой уж резкий, увеличение протестной активности мы пока не наблюдаем. Дальше разговоров на кухнях дело не идет, хотя, безусловно, напряженность в обществе ощущается. И никто не знает, где та грань, за которой пассивное сопротивление превратится в активное. В 1917 году на все про все потребовалось полгода. Я далек от мысли, что у нас зреет революционная ситуация, однако понимаю: общество ждет реальных перемен к лучшему. Власти это надо понимать.

наверх Сетевое издание Яркуб предупреждает о возможном размещении материалов, запрещённых к просмотру лицам, не достигшим 16 лет <