«Ярославль — богатая киноплощадка»: Борис Хлебников о том, почему ярославцы неправильно его поняли

12 октября 2017 14:15
Предложить тему Подсказка

В прокат вышел новый фильм Бориса Хлебникова «Аритмия». «ЯрКуб» встретился с режиссером на предпоказе картины в киноклубе «Нефть». Поговорили о съемочном процессе, Ярославле и проблемах жизни в провинции.

В копилке наград у драмы о разводе двух врачей Гран-при «Кинотавра» и призы за лучшую мужскую роль на сочинском фестивале и фестивале в Карловы Варах (оба получил Александр Яценко). «Аритмию» можно считать родным для Ярославля фильмом. По сюжету герои живут в Ярославле, и город наблюдает за их судьбой.


Сюжеты о жизни врачей сейчас популярны: сериалы о больничных кулуарах и перипетиях в жизни простого доктора не покидают эфира крупных телеканалов. Хотя с трудом вспоминается посвященный этой теме фильм, который вызвал такой резонанс, как «Аритмия». Что нового вы предлагаете зрителю?

Я не ставил перед собой такой задачи — давать что-то новое. Врачебная тема — это фон. В центре сюжета история семейной пары: кризис отношений, состояние развода-неразвода, когда неясно, разведутся они или останутся вместе, любят друг друга или не любят. Фильм задумывался как мелодраматическая комедия выходного дня для канала ТНТ. Мы с Натальей Мещаниновой придумали двух героев. Они вместе снимают маленькую квартиру, вдруг в отношениях что-то пошло не так, но разойтись не могут — денег нет, а квартира оплачена на три месяца вперед. Вот и живут: один на кухне, другая в комнате. А потом мы подумали, что нужно дать им какие-то профессии. И почему-то решили: они будут врачами. Это сильно повлияло на драматургию фильма. Мы стали подробно изучать врачебную тему, внезапно оказались в эпицентре медицинской реформы. Это не только сокращение персонала скорой помощи, но и введение «правила двадцати» (врач скорой помощи должен побывать на двадцати вызовах за день, не тратя на один больше двадцати минут, — прим. ред.) — скорая помощь стала бесплатным такси до больницы. Комедию для ТНТ пришлось похоронить. Получилась история отношений, первого кризиса, где мощный фон — врачебный.

Фильм полностью снят в Ярославле. Раскройте «кухню» ваших съемок. В каком районе города снимали, что за дома, больницы, квартира?

Главный герой — врач скорой помощи, поэтому мы снимали почти по всему городу, в совершенно разных квартирах, с разными людьми, затрагивали разные социальные слои. И главный герой постоянно попадает в какие-то новые ситуации, а это всегда особенные впечатления. Было порядка двадцати квартир для съемок. Но основной район — Брагино, там наши герои снимают жилье. Я ветеран съемок в Брагино, улица Панина — моя любимая (смеется).

В ваших картинах город создает особый дух, атмосферу? Или это только фон для истории?

Нет, в данном случае мы сознательно выбрали Ярославль. Москва нам не подходила, но нужен был большой, живой город. Сами понимаете, ощущения от любого города всегда очень разные: ты приезжаешь в один и видишь, что здесь все спит, ничего не работает, ничего не происходит. Ярославль же на общем фоне российских городов довольно живой и быстрый. К тому же привлекает своим обликом, архитектурой: исторические здания, сталинская застройка, новострой, заводы, большая река, мосты… Это было в сюжете фильма, именно такой город был нужен.

Arterritory.com отозвался о вашем фильмы так: «Он [режиссер] как будто визуально реабилитирует эту знакомую, никуда не девшуюся постсоветскую повседневность: больничные коридоры, обшарпанные кабинеты приемного покоя, дворы типовых типов…». Разве в Москве нельзя найти это постсоветское пространство?

Наш сюжет не мог развиваться в Москве. Как это у нас обычно бывает, реформа проходит отдельно для всей страны и отдельно для Москвы. В Москве всегда дела обстоят лучше, в том числе и с медициной, потому что в столице больше денег, больше оборудования, больше людей и так далее. А для всей страны медицинская реформа прошла драматично, и это отразилось на судьбе героев нашего фильма.


«Ярославль — богатая киноплощадка»: Борис Хлебников о том, почему ярославцы неправильно его поняли«Ярославль — богатая киноплощадка»: Борис Хлебников о том, почему ярославцы неправильно его поняли

Съемки на Волжской набережной Ярославля


Вы недавно сказали, что для вас все города русской провинции на одно лицо. Почему вы выбираете Ярославль, а не Тверь, например?

Для меня города провинции не на одно лицо. Я говорил о том, что в России самое плохое — это провинция. И я не отказываюсь от этих слов. Но я имел в виду совсем другое: провинция испорчена семьюдесятью годами советской власти. В первую очередь, испорчен архитектурный облик городов, даже таких старинных, как Ярославль. Когда приезжаешь, например, в Новосибирск, Екатеринбург или ещё куда-то, видишь примерно одно и то же, очень типовое, а особенности городов уничтожены. В Ярославле же счастливым образом есть все условия для съемок. Их создал Юрий Ваксман. Ярославль — это богатая киноплощадка.

Ярославцев ваши слова о провинции обидели, причем сильно. Вот цитата: «Борис Хлебников, кто это? Что это? Чего ты тогда ездишь и снимаешь в провинции — мазохист, что ли?». Или: «Размазанная провинция — вот эти слова замечательного (нет) режиссера действительно кое о чем говорят. А говорят они о том, что ни черта эта столичная тусовка не знает о провинции». Для вас важно слышать мнение простого зрителя, вот такого, из провинции?

Конечно важно! Ярославцы неправильно поняли мои слова. Провинция — это действительно самое ужасное, что есть в России, по одной простой причине: есть столица и все остальные города. На развитие Москвы бросают огромные деньги, а вся провинция живет в кардинально других условиях, с несравнимо меньшими бюджетами. Оканчивая школу, каждый молодой человек, если он хочет развиваться, хочет учиться, работать, переезжает в Москву. И так вся страна переезжает в Москву, все самые умные, талантливые ребята стремятся в столицу. Не из-за того, что в провинции плохо или хорошо, а из-за того, что на месте, у них нет условий для развития. По всему миру с этой проблемой провинции борются. Американцы создают в штатах огромные научные центры, заводы, университеты, они разбрасывают их по стране, чтобы подтягивать уровень жизни, обучения, возможностей везде, а не только в Нью-Йорке или Вашингтоне. Немцы борются с этим другим образом: они вывезли свои министерства из Берлина и распределили по всем городам. Мне кажется, что в этом смысле я не говорю ничего обидного для жителей провинции. Лишь хочу, чтобы жизнь в провинции ничем не отличалась от жизни в Москве.

В съемках принимал участие актер Волковского театра Николай Шрайбер. Какие впечатления от работы с ним?

А я с Колей уже не в первый раз работаю. Мы делали сериал «Озабоченные» для ТНТ. Впечатления наилучшие. Считаю, что он невероятно творческий человек, и надеюсь, мы будем дальше работать вместе. Коля очень талантливый и наблюдательный человек. На площадке часто делает то, что кажется парадоксальным, ненужным, а когда потом отсматриваешь снятый материал, понимаешь, что Коля был умнее. Он же посоветовал мне многих ярославских актеров, и каждому нашелся какой-то эпизод в фильме, ведь мы снимали большое количество ситуаций, связанных с работой скорой помощи.


«Ярославль — богатая киноплощадка»: Борис Хлебников о том, почему ярославцы неправильно его поняли«Ярославль — богатая киноплощадка»: Борис Хлебников о том, почему ярославцы неправильно его поняли

Николай Шрайбер на съемках «Аритмии»


Фильм «Аритмия» мог стать претендентом на «Оскар», но Российский оскаровский комитет выдвинул «Нелюбовь» Звягинцева. Вы согласны с его решением?

Абсолютно. Мне кажется, это была бы невероятная глупость — выдвинуть наш фильм. «Аритмия» очень хорошо принята в России, но малопонятна на Западе. Это наша эмоциональная история, очень частная. А фильм «Нелюбовь» —большое кино, признанное на лучшем фестивале в мире, получившее один из главных призов. Было бы абсолютно неуместно, если бы какой-то другой фильм поехал на «Оскар» вместо фильма Андрея.

Критики проводят параллели между «Нелюбовью» и «Аритмией». Правильно ли это?

Слушайте, это простая нажива — так делать. Мол, у нас более счастливый фильм, у Андрея более драматичный. Критикам же нужно что-то придумывать, вот они и придумывают.

Почему фильм называется «Аритмия»?

К сожалению, название получилось какое-то метафорическое, слишком литературное, оно мне совершенно не нравится. Но лучше мы не придумали. Это было рабочее название, необходимое для каких-то бумаг. Мы с Наташей Мещаниновой договорились потом придумать что-то простое, но так и не успели. Это название мне не нравится именно своей метафоричностью и многозначностью. Хотелось бы как-нибудь попроще.


Количество просмотров
(Голосов: 7, Рейтинг: 4.71)



3 комментария

Обновить комментарии Оставить комментарий
Сказать, что в России провиция ужасна - это сказать, что ужасна Россия. Потому что Россия - это провинция, а Москва лишь опухоль на ней.
Жить негде было вот и строили панельные дома и квартиры бесплатно давали ,а он видимо в то время не жил еще молодой зеленый  
Хорошо сказано, подписываюсь!
Ничего не найдено
Новенькое