5 марта 2018 - 16:25
Конспект: дискуссия «Предприниматель влияет на город»

«Региональное агентство творческих инициатив» и команда культурного центра TEXTIL 19 февраля провели вторую встречу проекта «Музей фабрик: новая ткань города». Ученые, общественники и представители бизнес-сообщества обсудили, как предприниматели могут влиять на развитие города.

Конспект: дискуссия «Предприниматель влияет на город»

«Региональное агентство творческих инициатив» и команда культурного центра TEXTIL 19 февраля провели вторую встречу цикла «Второй исторический центр Ярославля» проекта «Музей фабрик: новая ткань города». Ученые, общественники и представители бизнес-сообщества обсудили, как предприниматели могут влиять на развитие города.

Рассказанная Ниной Обнорской на первой встрече проекта «Музей фабрик: новая ткань города» история купеческих династий, связанных с Ярославской Большой мануфактурой, поразила слушателей главным фактом: бизнесменам прошлых столетий удалось оказать на город колоссальное влияние, по сути, выстроив его мини-версию на Красном Перекопе. «Они не были сосредоточены исключительно на производстве, а создавали город вокруг, новую реальность, новый городской образ жизни. И для нас было бы интересно поговорить с нынешними предпринимателями, узнать, есть ли у них желание влиять на город, выстраивать с городом взаимоотношения», — подчеркнула идею разговора куратор РАТИ Юлия Кривцова.

Публичную дискуссию «Предприниматель влияет на город» модерировал директор по маркетингу компании «Ярославские краски» Дмитрий Пономарев. Вместе с ним «Региональное агентство творческих инициатив» придумало проект «Человек красит место». Эта история — наглядный пример объединения на конкретной территории некоммерческой организации и бизнеса. Три года на Красном Перекопе работают мастерские для жителей, и художники дарят району новые достопримечательности, попутно выявляя существующие. Для Дмитрия Пономарева связь с Красным Перекопом длится дольше проекта «Человек красит место» — студентом он писал курсовые работы по истории Ярославской Большой мануфактуры. «Громкая, может быть, заявка Красного Перекопа на статус второго исторического центра должна подразумевать, что влияние этой точки на карте было настолько существенным, что можно говорить: это место создавало наш город наравне с историческим центром», — предположил Пономарев.

Кандидат исторических наук, доцент, заведующий кафедрой регионоведения и туризма ЯрГУ им. П. Г. Демидова Андрей Данилов изложил свою позицию: «История Ярославской Большой мануфактуры — это история города в городе или отдельного города. Иная ментальность жителей центра города и фабричных проявлялась во всем: от кулачных боев на Которосли до страшных событий Гражданской войны, революции. Голосование в центре и на Перекопе дало совершенно разные результаты. За Которослью существовало иное пространство — трудолюбивое, беспокойное». «Мануфактура собирала все лучшее в Европе, — рассказала доктор исторических наук, профессор, заведующая кафедрой рекламы и связей с общественностью ЯрГУ им. П. Г. Демидова Виктория Марасанова. — Конечно, для меня исторический центр один, но ведь слово „центр“ в ином контексте может прозвучать иначе: центр притяжения, центр молодежных проектов, инициатив. В свое время Мануфактура дала возможности развития району Перекопа, и ключевая цифра — 11 тысяч работающих сто лет назад. Поколения мануфактуристов основали самое передовое производство. Пока все это пока держит шпиль церкви Петра и Павла. Пространство вокруг рассыпается, стареет… Какой будет перспектива района вне новых производств и экономики, я сказать не могу. И даже культура вне экономического обоснования не может существовать». Виктория Марасанова подчеркнула: Карзинкины и Затрапезновы не были альтруистами, но для устойчивого развития бизнеса, как мы сказали бы сейчас, они должны были создавать условия для жизни рабочих.

Совладелица «Дудки-бара» Юлия Самсоненко включилась в дискуссию монологом о роли небольшого бизнеса в развитии города: «Мы думаем о том, как что-то делать, и стараемся формировать вокруг себя костяк заинтересованных людей. В свой день рождения мы покупаем корову многодетной семье, наши партнеры дарят подарки тем, кто купил билеты на мероприятие. Вася Ложкин предоставляет бесплатно свои картины, чтобы разыграть их между участниками. Масштаб его вклада при ценах на полотна можно представить. В принципе, таких инициатив достаточно. Чемпионат по чтению вслух „Открой рот“, молодежный чемпионат по чтению вслух, — мы тоже это делаем. Путешествуя, видим, как бизнес повсюду стремится проявить любовь к своему окружению. Рано или поздно ты приходишь на такой уровень, когда стремишься больше отдавать, чем забирать».

Председатель благотворительного фонда «Совет меценатов Ярославии» Александр Седухин повел речь о гостиничных проектах: «Мы всегда стараемся опираться на историко-культурное наследие региона. Гостиницы и рестораны делаем тематически и исторически связанными с Ярославской областью. Финансируем издательскую деятельность, устанавливаем памятные знаки. Периодически задаемся вопросом — а зачем все это надо? И становится ясно, что это точки, за которые цепляешься: места, обычаи, традиции, культура, архитектура». «Место, где родился, надо поддерживать и развивать, — откликнулась член Общественной палаты РФ Елена Мильто. — Безусловно, много зрелых предпринимателей уехали, и это потери для города. С другой стороны, очищается место для новых звездочек». Мильто привела в пример компанию «Тензор», активно строящую «город-сад» так, как руководство компании это понимает: «В центре на Угличской у них есть все: гостиница, спортзал, ресторан. Будут строить детский сад, думают о построении кадровой политики». Семь лет назад Елена ушла из бизнеса в общественную деятельность, и может сравнить изменения в бизнес-среде: «Тогда было проще вести бизнес и отвлекаться на общественную деятельность. Сейчас мы живем в цифре, и приходится напоминать: не потеряйте людей. О качестве жизни мало кто вспоминает».

Подводя итог дискуссии, Юлия Кривцова заметила: «В прошлом мы находим кладезь идей, вдохновения и полезных примеров. Те же Карзинкины — для них было важно строить школу, больницу, аптеку с бесплатными лекарствами, привозить артистов Большого театра. Их гуманистический подход строил будущее. Сегодня встает вопрос: как работать городу с предпринимателями?» «Сейчас больше проблем и вопросов, чем ответов. Все привычно смотрят на государство, но там денег нет. Но почему меня вдохновляет наше прошлое? Если остановиться, когда тебе за 25 лет, вспомнить, что Петр I за это время перевернул всю страну, и наши ярославские предприниматели за короткий срок сумели создать в торговом городе совершенно иной уклад, то можно думать, что чудо есть, и все возможно. Хочется в это верить», — резюмировал Дмитрий Пономарев.

Расписание ближайших встреч проекта «Второй исторический центр Ярославля»

Март, 5

18 часов

Дом дружбы Ярославль-Пуатье, площадь Богоявления, 8

Фабричная слобода Ярославской Большой мануфактуры: новый тип города и человека.

Лекторы: кандидат искусствоведения, генеральный директор ООО НПО «Стройреставрация» Вячеслав Сафронов, архитектор, автор встреч-бесед «Как устроен город» Аркадий Бобович.


Март, 19

18 часов

Дом дружбы Ярославль-Пуатье, площадь Богоявления, 8

Смысл и ценность труда и рабочего места в жизни человека. Дискуссия в контексте истории Ярославской Большой мануфактуры.

Модератор — директор по маркетингу компании «Ярославские краски» Дмитрий Пономарев.


Читайте также«Конспект: Ярославская Большая мануфактура в истории Ярославля и российского предпринимательства».

6 февраля 2018 - 17:15
В Ярославле пройдет цикл встреч проекта «Музей фабрик: новая ткань города»

«Региональное агентство творческих инициатив» и команда культурного центра TEXTIL анонсировали цикл лекций и дискуссий о втором историческом центре Ярославля, его потенциале и 300-летней истории. Встречи — часть проекта «Музей фабрик: новая ткань города», победителя конкурса «Меняющийся музей в меняющемся мире» Фонда Владимира Потанина.

В Ярославле пройдет цикл встреч проекта «Музей фабрик: новая ткань города»

В истории Ярославля одна из точек отсчета — 1722 год, год основания Ярославской Большой мануфактуры и формирования нового города, нового типа человека, новых социально-культурных отношений. Ярославские купцы ответили на вызов времени и государства. Они стали промышленниками, сделали ставку на образование и получили признание на мировом уровне. В 2022 году фабрика «Красный перекоп», наследница Ярославской Большой мануфактуры, отметит 300-летие. «Музей фабрик», который откроется в сентябре 2018 года, актуализирует историю мануфактуры и предложит Ярославлю новую визитную карточку, второй исторический центр города. Тема предпринимательства, промышленности, памятников Петровской эпохи и индустриального наследия по-новому откроет Ярославль для жителей и туристов.

Куратор АНО «Региональное агентство творческих инициатив» Юлия Кривцова объяснила «Яркубу», что цикл встреч подготовит горожан к новой координате на карте Ярославля — «Музею фабрик»: «Мы попытаемся через историю Ярославской Большой мануфактуры взглянуть на сегодняшний город, современного предпринимателя, осмыслить ценность труда и производства». «Узнать новое о городе и о себе», — так изящно сформулирована цель лекций и дискуссий.


Расписание встреч


Февраль, 13

18 часов

Ярославская Большая мануфактура и вызовы времени. Ее место в истории Ярославля, в истории российского и международного предпринимательства.

Лектор — кандидат исторических наук, доцент исторического факультета ЯрГУ им. П. Г. Демидова Нина Обнорская.


Февраль, 19

18 часов

Дом дружбы Ярославль-Пуатье, площадь Богоявления, 8

Предприниматель влияет на город. Дискуссия в контексте истории Ярославской Большой мануфактуры.

Модератор — директор по маркетингу компании «Ярославские краски» Дмитрий Пономарев.


Март, 5

18 часов

Дом дружбы Ярославль-Пуатье, площадь Богоявления, 8

Фабричная слобода Ярославской Большой мануфактуры: новый тип города и человека.

Лекторы: кандидат искусствоведения, генеральный директор ООО НПО «Стройреставрация» Вячеслав Сафронов, архитектор, автор встреч-бесед «Как устроен город» Аркадий Бобович.


Март, 19

18 часов

Дом дружбы Ярославль-Пуатье, площадь Богоявления, 8

Смысл и ценность труда и рабочего места в жизни человека. Дискуссия в контексте истории Ярославской Большой мануфактуры.

Модератор — директор по маркетингу компании «Ярославские краски» Дмитрий Пономарев.


Апрель, 2

18 часов

Дом дружбы Ярославль-Пуатье, площадь Богоявления, 8

Как мотивировать сотрудников: подходы к управлению Ярославской Большой мануфактурой.

Лектор — кандидат исторических наук, доцент кафедры Отечественной средневековой и новой истории исторического факультета ЯрГУ им. П. Г. Демидова Юлия Смирнова.


Май, 10

18 часов

Зал «Классика» Музея-заповедника

Ярославская Большая мануфактура и ярославские музеи: Ярославский художественный музей начинает свою историю с фабрики и наследие мануфактуры в коллекции музея-заповедника.

Лекторы: искусствовед, старший научный сотрудник Ярославского художественного музея Нина Голенкевич, заместитель директора по научной работе Ярославского музея-заповедника Светлана Блажевская.


Цена входного билета — 100–150 рублей.

Читайте также«Человек красит место»: экскурсия в фотографиях».

20 июня 2017 - 21:17
Законы, помещения и долгосрочные перспективы: предложения к резолюции XV Гражданского форума в Ярославле

20 июня прошел XV Гражданский форум Ярославской области. На пленарном заседании участники дискуссионных площадок поделились своими предложениями к резолюции. «ЯрКуб» рассказывает, что, по их мнению, необходимо некоммерческим организациям и социальным инициативам для успешного развития.

Законы, помещения и долгосрочные перспективы: предложения к резолюции XV Гражданского форума в Ярославле

Напомним, ранее мы сообщали об открытии ежегодного Гражданского форума, который посвящен поддержке некоммерческих организаций и социальных инициатив.

Участники четырех дискуссионных площадок во время пленарного заседания рассказали о том, к каким выводам привело обсуждение проблем НКО в кругу экспертов, представителей бизнеса, власти и СМИ. Директор АНО «Ресурсный центр поддержки некоммерческих организаций и гражданских инициатив», зампредседателя Общественной палаты Ярославской области Елена Исаева выступала сомодератором площадки «Инфраструктура поддержки НКО». Она считает, что, во-первых, снижать объемы поддержки НКО на федеральном и региональном уровнях в 2017—2018 гг. нельзя, во-вторых, нужно «выращивать НКО как поставщиков социально значимых услуг» с помощью конкурсов на субсидии, в-третьих, конкурсы и гранты должны предлагать длительную поддержку.

— Мы видим, что обычно гранты даются на полгода-год — этого мало. Организация только наладила свою деятельность, как деньги заканчиваются. Минимальный срок поддержки нужно увеличить до двух лет, — предлагает Елена Исаева.

Также Елена Исаева заметила, что федерации стоит продумать, каким образом заставить субъекты уделять должное внимание решению проблем НКО. Самым эффективным стимулом, по мнению Исаевой, являются финансы, так как «рейтинги чиновников не подхлестывают работать». Кстати, на этот же момент обратил внимание депутат Госдумы Евгений Ревенко. Он напомнил о необходимости включить в оценку эффективности региональной власти показатели работы с некоммерческими организациями.

Одна из насущных проблем НКО — отсутствие помещения для работы. На это эксперты неоднократно обращали внимание, и доцент Института государственной службы и управления РАНХиГС, член Научно-консультационного совета Общественной палаты РФ Оксана Коротеева обратилась к статистике. В России около 140 тысяч НКО, из них 97 тысяч фактически бездомные.

— В то же время экспертный анализ говорит о том, что есть имущественные комплексы, загруженные не до конца. Мало загружены клубные формирования, центры социального обслуживания населения частично пустуют. Мы видим ресурс для совместного использования бюджетных помещений, — говорит Оксана Коротеева. — Но нужно снять нормативно-правовые барьеры, иначе придет прокуратура.

Директор АНО «Клуб «Планета семья» Ярославской области Ольга Иванова обсуждала с коллегами проблему НКО как субъекта оказания услуг в социальной сфере. Еще в феврале «ЯрКуб» сообщал, что с 1 января 2017 года вступил в силу Закон, позволяющий НКО получить статус исполнителя общественно полезных услуг. Учитывая то, что практически каждая НКО в стране может претендовать на получение этого статуса и связанную с ним поддержку, удивительно, что за полгода его получили только семь тысяч.

— Очевидно, что процесс идет недостаточно быстро, — отмечает Ольга Иванова. — Не во всех регионах принята соответствующая правовая база, несовершенен процесс выдачи заключений о качестве услуг, только в четверти субъектов есть ресурсные центры. Нужно отдать регионам право присваивать статус исполнителя общественно полезных услуг, чтобы ускорить его получение.

Председатель комиссии по развитию институтов гражданского общества и защите прав граждан Общественной палаты Ярославской области Александр Соколов участвовал в работе дискуссионной площадки, где обсудили включенность жителей в социальные проекты на местном уровне. Выходя на проблему отсутствия рабочих мест, эксперты обратили внимание на проблемы социального предпринимательства.

— Социальное предпринимательство может служить источником дополнительных рабочих мест, но разрабатываемый федерацией законопроект фактически исключает его из числа субъектов, которые могут претендовать на поддержку государства, — отметил Александр Соколов, предлагая скорректировать документ в этой части.

О продвижении социальных инициатив говорили на четвертой дискуссионной площадке форума. Ее сомодератор, куратор социокультурных проектов автономной некоммерческой организации «Региональное агентство творческих инициатив» Юлия Кривцова обратила внимание на то, что важно изменить отношение к социальным инициативам и проектам.

— Продвижение — это процесс, который мгновенно не принесет значительные результаты. Все хотят сделать один шаг, и чтобы все случилось без дальнейших усилий. Но очень важно понимать, что это долгосрочный процесс, в котором несколько субъектов, — постаралась убедить всех присутствовавших Юлия.

Кстати, об опыте долгосрочного сотрудничества некоммерческой организации и бизнеса Юлия Кривцова рассказала «ЯрКубу» в февральском интервью.

Эти предложения наряду с другими войдут в итоговую резолюцию, которая будет направлена председателю Правительства РФ Дмитрию Медведеву. На их основе предполагается совершенствовать законодательство и принимать решения в профильных Министерствах. Главное, чтобы получилось не как в случае руководителя Ярославского областного отделения благотворительного общественного фонда «Российский фонд милосердия и здоровья» Светланы Лягушевой: когда в ходе дискуссии ее попросили прислать готовые предложения депутатам Госдумы, она не преминула отметить, что отправляет их уже четвертому созыву.

27 февраля 2017 - 17:02
Юлия Кривцова: «НКО нужны долгосрочные отношения с бизнесом и властью»

27—28 февраля в Ярославле проходит форум «Сообщество», где участники и эксперты обсуждают проблемы некоммерческих организаций. «ЯрКуб» поговорил с куратором проекта «Человек красит место» Юлией Кривцовой о том, как открыто вести деятельность НКО и где находить решение задач.

Юлия Кривцова: «НКО нужны долгосрочные отношения с бизнесом и властью»

27—28 февраля в Ярославле проходит форум «Сообщество», где участники и эксперты обсуждают проблемы некоммерческих организаций, пути их взаимодействия с бизнесом и властью, способы эффективного поиска финансирования и продвижения социально значимых проектов. «ЯрКуб» поговорил с куратором проекта «Человек красит место» Юлией Кривцовой о том, как открыто вести деятельность НКО и где находить решение задач.

Юлия, что ты делаешь на форуме «Сообщество»?

Я принимаю участие в форуме во второй раз, а члены нашей организации, даже чаще. В первый раз мы презентовали опыт проекта «Человек красит место», это было два года назад в Москве, мы только начинали. Сейчас идет третий год реализации, и для организаторов «Сообщества» — фонда «Перспектива» — очень важно, что проект устойчив, он развивается. Нам предложили не просто выступить, а рассказать о нем вместе с компанией «Ярославские краски» и территориальной администрацией Красноперекопского района. То есть, сообщить, что объединяет трех разных игроков с трех позиций — НКО, бизнеса и власти. И для меня это интересный формат — рассказать о проекте с позиции трех основных игроков.

По всей видимости, организаторы выбрали в качестве примера для остальных успешные практики.

Я осторожно отношусь к слову «успешный». Не все в проекте получается так, как мы рассчитывали. А то, что получилось, — это создание единой ценностной платформы между бизнесом, властью и НКО. Это не сиюминутный процесс — найти общие цели, договориться о формате проекта, который отходит от типичных отношений спонсор-НКО. Мы не продвигаем логотипы организаций, не развешиваем наружную рекламу. Проект реализуется в городской среде и демонстрирует деликатное к ней отношение. Мы в большей степени рассчитываем на то, что сами люди будут рассказывать о происходящем в районе, замечать и обсуждать происходящие изменения. Нам бы хотелось, чтобы этот проект был интересен СМИ. Мы хотим делиться опытом с другими НКО и коммерческими организациями.

Ваш проект держится на сотрудничестве во всех отношениях?

Мы НКО, у нас есть определенный опыт, знания. У коммерческой организации есть другой опыт и другие знания. Как объединить это в проекте? Очень часто НКО принимают деньги, говорят «спасибо» со сцены и на этом все заканчивается. Мы выстраиваем проект так, чтобы он давал возможность нам объединять усилия и компетенции.

Давай мысленно переместимся на три года назад. Тогда вы создавали проект под конкретную коммерческую организацию?

У нас не было проекта, для которого мы искали партнера. И «Ярославские краски» не решили вдруг, что им нужна НКО. С первого года существования «Текстиля»мы организовывали проектные семинары и дискуссии о районе. Итогом одной из таких встреч стало предложение директора по маркетингу компании «Ярославские краски» делать совместный проект в районе. В течение полугода мы встречались и обсуждали, каким он может быть, кто будет его участниками, а кто аудиторией, какие изменения мы хотим увидеть. Мы бы хотели, чтобы «Ярославские краски» стали красками, которые не только производятся в Ярославле, но еще и обновляют наш город.

В сознании людей есть пример, когда коммерческая компания приходит во двор, организует праздник для жителей и параллельно продает свои продукты. Мы — не те люди, кто, придя во двор, установят колонки с музыкой, приведут ростовых кукол и будут развлекать жителей. Но мы с удовольствием организуем процесс покраски забора во дворе так, что все от мала до велика захотели принять участие. В то же время мы работаем с художниками, и мы могли предложить им новые площадки для творчества, сложилась идея маршрута в районе с новыми достопримечательностями. Так район получает сразу несколько импульсов для развития, изменения настроения, отношения горожан.

Что ты ищешь на форуме? Надеешься получить ответы на свои вопросы?

Форум начался с того, как сложности в коммуникации мешают НКО сотрудничать с властью, бизнесом, СМИ, друг другом. Это, действительно, то, что ограничивает наши возможности и снижает результативность. Сколько работаем в этом секторе, столько об этом говорится, но, как правило, внутри профессионального сообщества. Здесь, на форуме встречаются люди и из власти, и из бизнеса, встречаются люди из разных регионов. То, что вызывает сложности у нас, в другом городе уже нашло свое решение, и наоборот. На подобной площадке можно найти контакты, решения.

Именно в рамках «Сообщества» заговорили о новом правовом статусе для НКО — «исполнитель социальных услуг». К вашей организации он применим?

Все НКО очень разные. Мы социально ориентированная организация, но не предоставляем социальные услуги. Мы работаем в сфере социокультурного проектирования. Наша услуга имеет другой формат, мы делаем несколько проектов в год, они развернуты во времени и пространстве, имеют свою аудиторию. Поэтому пока мы не претендуем на этот статус.

А чего бы хотелось получить для вашего формата?

Нам бы очень хотелось долгосрочных отношений в отношениях с бизнесом и властью. Ситуация, когда мы можем получить грант на два-три месяца, очень неустойчивая. В прошлом году мы подавали четыре заявки, получили только один грант, который нам не выплатили полностью. Сотрудничество с «Ярославскими красками» длится третий год. Нам интересно работать вместе. У компании складывается понимание маркетинговых решений, мы получаем поддержку и партнера.

Кто-то говорит, что именно на форуме началась точка отсчета для его проекта. Что еще можно сделать тому, кто не может найти применение своим идеям?

Каждую среду, в библиотеке на Вольной, 3 мы организуем открытые рабочие встречи. Все желающие могут прийти с вопросом и предложением, или просто прийти посмотреть, поучаствовать. Еще хороший способ — стать волонтером, присоединиться к какой-то инициативе, посмотреть, как все работает изнутри. Это лучшая школа. Я сама по-прежнему волонтер в некоторых проектах, не только куратор. Мы с большим энтузиазмом работаем с волонтерами, вкладываемся в ребят. Пусть они окончат школу или университет, уедут из города, но мы видим, что они становятся более самостоятельными, вдумчивыми, инициативными, открытыми и общительными.

24 ноября 2016 - 15:09
Искусство и город Игоря Поносова

Современный стрит-арт постоянно трансформируется, превращаясь из протестного элемента в инструмент декоративного преобразования городской среды — и обратно. «ЯрКуб» поговорил с автором книги «Искусство и город» Игорем Поносовым о коммерциализации уличного искусства, недолговечности граффити и критическом подходе инсайдера к истории стрит-арта.

Искусство и город Игоря Поносова

Искусство и город Игоря ПоносоваИскусство и город Игоря Поносова


Игорь Поносов — российский художник, основатель и редактор онлайн-проекта «Партизанинг», автор ряда публикаций и проектов, посвященных искусству в публичных пространствах, активизму и городской культуре. Куратор нескольких проектов и выставок, в том числе фестиваля «Делай Сам», который сфокусирован на низовых инициативах и активизме в России. В 2016 году он издал книгу «Искусство и город», посвященную уличному искусству, активизму и граффити с начала XX века до наших дней. Презентация книги в Ярославле прошла 20 ноября в арт-пространстве «Тепло».

Взгляд инсайдера

Игорь, для начала я предлагаю определиться с терминами. Что ты понимаешь под уличным искусством?

Сложно дать точное определение, так как сфера еще не исследована. И сам термин абсурдный, ведь в искусстве не принято делить работы по медиа — искусство на холсте, искусство улиц… В моей книге собраны различные явления стрит-арта, я постарался объединить их и показать общие корни у современного уличного искусства на разных континентах. Тема обширная, можно по каждой главе написать еще несколько книг.

На задней обложке книги написано: «На русском языке это первое печатное издание, претендующее на полный анализ глобального феномена уличного искусства». Почему не было такого исследования?

Немногие люди занимаются исследованием и наблюдением в этой сфере. Я в искусстве с 1999 года, с 2004–2005 начал собирать сведения о ней.

Я инсайдер, и могу более-менее достоверно говорить об уличном искусстве, подходить к теме критически.

Бывают попытки со стороны, сейчас стрит-арт изучают социологи из ВШЭ, но они работают только 2–3 года, многого не знают. На мой взгляд, лучше всего происходящее понимает тот, кто погружен в процесс, видит его причину. Банальные граффити-теги, которые считаются ужасными каляками, обычный человек не поймет. Но это, на мой взгляд, важная практика освоения городского пространства. Ты тактильно переживаешь город, постоянно с ним соприкасаешься, по-новому его воспринимаешь. Стремишься к тому, чтобы твой тег увидело максимальное количество людей. После этого можно заниматься более серьезными вещами, пройдя некую «первую ступень». Академик же может подумать: «Фигня какая-то».

Художники не всегда ищут такую поверхность, где просто удобнее работать с точки зрения личной безопасности?

Нет, бывает по-разному. Внутри субкультуры есть понятие «холофейм», дословно переводится как «зал славы». Это место, где люди постоянно рисуют поверх других работ, они могут практиковаться, не переживать, что придет полиция. Но основной смысл субкультуры граффити в том, чтобы найти видное место, может быть, даже сложное для проникновения. Тот, кто хочет быть королем стиля, выбирает труднодоступные поверхности — крышу дома, например, чтобы никто не мог понять, как это сделано. Кто-то работает в самом центре, делая рисунок за пару минут. Граффити — искусство на грани живописи и перфоманса, и смысл его не в конечном результате, а в процессе.

Вот смотри: это фото Марты Купер, 1980 год. Художник рисует поезд. Есть еще фото того, как голые художники в метро обливают друг друга краской из огнетушителя, чтобы на вагонах остались силуэты. За это могут посадить, если поймают, вменить какой-нибудь терроризм.


Искусство и город Игоря ПоносоваИскусство и город Игоря ПоносоваИскусство и город Игоря ПоносоваИскусство и город Игоря ПоносоваИскусство и город Игоря ПоносоваИскусство и город Игоря Поносова

Часть того самого фото Марты Купер, американского фотографа, фотожурналиста и антрополога


Как художник попадает на улицу?

В мое время шли через хип-хоп культуру, граффити было интегрировано в нее. Но сегодня все изменилось, рисуют даже фанаты футбольных клубов. А многие из граффити-художников вообще не позиционируют себя как художники. В какой-то момент это становится стилем жизни, и ты пишешь интуитивно.

Сверху вниз и наоборот

В книге ты описываешь стрит-арт с начала XX века до нашего времени. Скажи, до этого уличного искусства не было?

Конечно, кто-то считает, что история начинается с наскальной живописи первобытных людей или времен Помпеи. Кто-то точкой отсчета предлагает считать вторую мировую войну и персонажа Килроя, которого рисовали на бомбах, а еще оставляли на завоеванных территориях с надписью «Kilroy was here». Для меня важно было сделать акцент на политических, социальных протестных явлениях 60-х годов во Франции, Голландии, их граффити подпитывали общественные настроения. Но в начале XX века было и другое — мексиканский мурализм, декларации русских футуристов о выходе искусства на улицы. Мне кажется, то, что выдалбливалось на стенах пещер, более интуитивно.

О советских мозаиках ты говоришь?

Феномен мозаики описываю достаточно кратко, он ведь достоин отдельных книг. В советское время была серьезная школа, то, что делается сейчас — ширпотреб абсолютный. У меня есть два примера: фасад Моссельпрома и декорации, созданные авангардистами в 1919 году в Витебске.


Искусство и город Игоря ПоносоваИскусство и город Игоря Поносова 

Дом Моссельпрома со слоганом «Нигде кроме как в Моссельпроме» авторства В. Маяковского


Как ты относишься к ситуации, когда уличное искусство идет не с «низов», а сверху?

Сегодня многое идет сверху, как в советские годы, особенно это видно в Москве. Расписывают фасады, на фоне которых теряется неформально-нелегальное искусство. В книге я говорю об этом, и не восторгаюсь, как делают это в Интернете.

Мне почти все не нравится. Я не считаю, что центр Москвы требует дополнительных украшений. Может, на окраинах это и нужно, но в таком случае стоит привлекать к обсуждению жителей. А не так, как сейчас: согласовали — сделали — люди остались недовольны. Шлепают «граффити» один за другим, потому что большие деньги и высокий темп. Еще один момент — политические темы в граффити. Появилось много фасадов, посвященных Второй мировой войне, это говорит о милитаристских настроениях в обществе. У меня есть пример из проекта «Спасибо»: на доме нарисовали ракетницу, написали «С — суверенитет». Вот представь: каждый день ты выходишь на улицу и видишь эту хрень. Как относиться — непонятно.

За рубежом были попытки таких исследований, какое проводишь ты?

Да, я перечисляю их в конце книги, но каждая из них меня не устраивала. За 10 лет работы художником, куратором и организатором мероприятий я пропустил через себя огромное количество мнений. У нас было всего 30–40 лекций, разные взгляды я постарался перемолоть, и выдать итог с опорой на них. Мой взгляд родился в результате долгого общения.

Твоя книга тебя устраивает?

Пока да. Но я ее пока не перечитывал (смеется). Надо выждать время, а затем прочитать. Думаю, что будут люди, заинтересованные в переводе ее на английский язык. Правда, сначала надо разобраться с русскоязычным изданием.

От того, что ты выдаешь свой взгляд на уличное искусство, не страдает общая картина? Ведь ты автор, и волен выбирать, о чем писать, а что оставить за бортом.

Полной объективности нет, и это нормально. Я это и ценю. Странно добиваться окончательной правды. Вот есть команда «Зачем!», я знаю, кто у них в составе. Спрашиваю основного участника, он выдает список остальных, но исключает из него Кирилла Кто. У Кирилла спросишь — говорит: «Да, я „Зачем“»!

Я старался не делить художников на хороших и мудаков. Выделял плюсы и минусы даже у тех, чьи работы не близки мне.

Ты упоминаешь о деятелях из регионов?

Да, но только о крупных проектах, которые могут оказывать влияние. Такие я нашел в Нижнем Новгороде и Екатеринбурге. Но, конечно, в большей степени я рассматриваю Москву, ведь в России все замыкается на Москве, многие подпитываются ее идеями. Даже князь Владимир, которого ты показала, типичен для Москвы (речь идет о граффити-портрете князя Владимира на фасаде дома в Ярославле, автор — Артем Рогожин. — прим. автора). Очень жаль, что в регионах ничего не происходит, и проекты существуют лишь силами энтузиастов. В Европе приедешь в город до 100 тысяч человек — увидишь музей современного искусства, театр, кино, люди ведут насыщенную культурную жизнь.

То есть, если вдруг мы решил делать какую-нибудь революцию, ту классическую, что «с низов», нам следует начинать с Москвы?

Даже не просто с Москвы, а с Красной площади. Многие художники выбирают ее центром своих работ. Вот тебе пример: в 90-х годах группа акционистов выложила своими телами слово «***» — это был протест против закона о цензуре. Бренер выходил в боксерских перчатках, вызывал на бой Ельцина. Сейчас традицию продолжает Павленский. Если революция должна произойти, то это будет на Красной площади.

Коммерциализация «улиц»

В Ярославле недавно открылась выставка уличного художника Сергея Овсейкина «Сны о городе», которую напрямую продвигает сеть отелей. Такие проекты создают ощущение того, что стрит-арт стремится не просто быть, а найти «кормушечку», конкретный способ монетизации. Как ты считаешь?

Мне кажется, что пытаются сделать это немногие. Для меня художник, который подвержен спросу — любому, даже есть то, что он делает, нравится и вызывает спрос, — неинтересен. Он становится элементом системы потребления. Пусть это даже не покупают, а лайкают на «Фейсбуке». Искусство — это постоянное изучение, открытие, эксперимент. И надо понимать, когда тебя эксплуатируют, ведь сотрудничество с брендами часто выливается в эксплуатацию. Правда, некоторым все равно, лишь бы делать что-нибудь. Конечно, Уорхол и Кит Харинг были интегрированы в это, но они остаются признанными художниками.

Сам я отказываюсь от подобных коллабораций. Но тут тоже нужно думать: можно держать такую позицию, а можно и в рамках сотрудничества взламывать и переосмыслять реальность. Просто зарабатывать, без взлома, мне кажется бессмысленным.

Знаешь, есть такая коллаборация с виски, когда компания приглашает художников сделать этикетку. По моим неофициальным данным, платят за дизайн один миллион долларов. Даже не знаю, как бы я себя повел, если бы получил подобное предложение. У меня есть друг, американский художник Брэд Дауни, его производитель водки пригласил сделать оформление стойки. Предлагали 40 тысяч евро. Говорит, думал два дня, в итоге отказался. Не хочет связывать свое имя с вино-водочными брендами. Наверное, когда предложения не поступают, это хорошо, не приходится думать.

А примеры «взлома» у тебя есть?

У Брэда есть один из проектов — партизанская реклама «Лакост». Это было в Берлине, компания наняла уличных художников, чтобы они сделали что-то, посвященное марке. Брэд не указал, что именно будет делать, но обещал использовать цветовую гамму бренда. Он заправил огнетушитель зеленой краской и забрызгал магазин —выразил свое критическое отношение. При этом получил какой-то аванс… (По словам самого Брэда в одном из интервью, он получил около тысячи евро. — прим. автора). Этот поступок мне нравится, хотя все же это пиар, пусть и черный.

В таком случае, в чем будущее стрит-арта?

А вот это непонятно. Кто-то возвращается в галерейное пространство, при этом создавая такие же работы, как на улице. Кто-то уходит в сувенирную продукцию, выпускает майки, статуэтки. Шепард Фейри создал бренд одежды Obey, изначально он расклеивал в городе постеры с этим словом. Некоторые бесконечно рисуют одинаковые фасады в разных городах.

Уличного искусства как раньше, наивного и честного, уже нет. Разве что единицы, уже не такие сильные, незаметные.

А еще художники уходят в Интернет, социальные сети. Сейчас можно просто сфотографировать свою работы и выложить в Сеть — на улице ее никто не видит. Есть даже такие художники, которые работают с наложением картинок в фотошопе, что выглядит как настоящее. В 2008 году я организовал выставку «Russian Street Art is dead», сегодня тоже можно говорить, что оно умирает. Тот же Бэнкси создает работы для медиа. Они универсальны. В Палестине или Африке он пишет на английском — кто это прочитает? В Интернете же публика интернациональная, поймет.

Кто же тебе нравится?

Их много, о них я пишу в книге. Нравятся социальные работы. Вот пример: итальянский художник Blu, его социальная работа в Польше. Там ситуация такая же, как и у нас — религия часто вмешивается в жизнь людей.
Вот еще одна работа из Берлина. Сейчас она закрашена, потому что там проходит процесс джентрификации. Это когда стоимость на жилье и престиж района повышаются за счет культурных событий, открывающихся бутиков, кафе. Граффити Blu нарисовал в неблагополучном районе, и за счет его известности там начали строить элитное жилье. Художник левый, поэтому он приехал и закрасил свое граффити. Это важный, ответственный шаг. Обычно никто так не делает.


Искусство и город Игоря ПоносоваИскусство и город Игоря ПоносоваИскусство и город Игоря ПоносоваИскусство и город Игоря ПоносоваИскусство и город Игоря ПоносоваИскусство и город Игоря Поносова

Работа художника Blu, о которой рассказывает Игорь


Ты поддерживаешь недолговечность граффити?

Оно должно быть недолговечным, изначально одной из его характеристик была эфемерность. В этом его плюс, в динамичности. Фасады, которые согласованы, по сути своей не являются искусством, для этого есть термин public art.

В Ярославле был прецедент: закрасили граффити одного достаточно популярного художника. Многие сокрушались, обвиняли в этом власть.

Да? Ну, это хорошо, что был отклик. Но сам художник должен понимать, что его нелегальная работа не может быть вечной. В Москве все очень быстро закрашивают — за 1-2 часа, максимум за пару дней.

На встрече, где ты презентовал свою книгу, кто-то задал хороший вопрос о тегах для Москвы и России в целом. Ты предложил тег «ЗАЧЕМ». А тебе это все зачем?

Мне это очень нравится. Я не пытаюсь заработать или создать репутацию. Вообще, Кириллу Кто как-то задали вопрос о том, зачем он делает свои работы. Он ответил: «Чтобы чувствовать себя живым». Наверное, это правильно.

Когда я собирал деньги на книгу, мне приятно было чувствовать, что она нужна, особенно когда помогали те, кого я критиковал. Даже не знаю, как еще получить такие ощущения.

За помощь в организации интервью «ЯрКуб» благодарит Юлию Кривцову, куратора Регионального Агентства Творческих Инициатив, со-основателя культурного центра «TEXTIL» в Ярославле.

Реклама
Закрыть
наверх Сетевое издание Яркуб предупреждает о возможном размещении материалов, запрещённых к просмотру лицам, не достигшим 16 лет