Литература

Цифровая экосистема МТС и книжный сервис «Строки» ко дню рождения Михаила Юрьевича Лермонтова проанализировали, какие произведения классика чаще всего выбирают жители Ярославской области.

Лидером по популярности стал роман «Герой нашего времени». На втором месте — «Княгиня Лиговская», третью строчку заняла поэма «Мцыри». Также в пятёрку вошёл «Демон».

По данным аналитиков сервиса «Строки», ярославцы всё чаще предпочитают слушать классику, а не читать: две из пяти самых популярных книг воспринимались именно в аудиоформате. Среднее время прослушивания романа «Герой нашего времени» составило около четырех с половиной часов, «Княгини Лиговской» — на час меньше, а поэмы «Мцыри» — чуть больше получаса.

Произведения Михаила Лермонтова одинаково популярны у мужчин и женщин разных возрастов. При этом мужчины 35-44 лет чаще выбирают философскую поэзию — «Мцыри» и «Демона», а женщины того же возраста — «Княгиню Лиговскую» и «Героя нашего времени».

В соседних регионах Центрального федерального округа предпочтения схожи: в Костромской области после «Героя нашего времени» популярны «Русские фантастические рассказы XIX века» и «Избранная проза», а в Тверской — «Лучшие стихи о любви» и «Стихи для внеклассного чтения».

О сервисе «Строки»

«Строки» — книжный сервис МТС, в котором собрано более 250 тысяч произведений русской и мировой литературы в текстовом и аудиоформате, а также подкасты, комиксы и пресса. Платформа предлагает интеллектуальные рекомендации, персональные подборки и помогает каждому читателю найти своё произведение — от Пушкина до Бродского.

Читайте новости в социальных сетях! Подписывайтесь на «Яркуб» во «ВКонтакте» и «Телеграме».

Премьера восьмисерийной романтической драмы «Тысяча „нет“ и одно „да“» (16+) состоится 9 октября эксклюзивно в онлайн-кинотеатре Wink.ru (совместное предприятие «Ростелекома» и НМГ). В сюжете использованы мотивы трёх пьес классика русской драматургии Александра Островского — «Бесприданница», «Грех да беда на кого не живёт» и «Шутники», но действие разворачивается в наши дни.

В проекте продюсера Жоры Крыжовникова и режиссёра Андрея Силкина снялись Елена Лядова, Ангелина Стречина, Ксения Трейстер, Константин Белошапка, Павел Попов, Вячеслав Чепурченко, Полина Гухман, Мила Ершова, Виталий Кищенко и другие.

Одна случайная встреча навсегда изменит жизни юной Оксаны из простой семьи и молодого олигарха Сергея. Всё началось... со свадьбы. Таня, сестра Оксаны, выходит замуж. Свадебный день превращается в череду катастроф — буквально всё идёт не по плану. На свадьбе даже появляется бывший возлюбленный Тани, а самоуверенный богач Сергей при всех делает предложение Оксане... Отказ Оксаны Сергея очень задевает: «И пусть ты тысячу раз скажешь „нет“, рано или поздно ты все равно скажешь „да“!» — уверен он.

— Наши герои обладают горячим характером: они эмоциональны и влюблены. Их жизнь протекает в курортном городе, в окружении яркого солнца, моря и чаек, что во многом отражается на их натуре, действиях и поступках. В мегаполисе же живут совершенно другие люди, им часто не хватает тепла и времени для счастья, — поделился режиссёр-постановщик Андрей Силкин.

— Хотя все съёмки мы мёрзли, зато в кадре у нас солнце и любовь. Я играю мать троих детей, которая желает счастья своим чадам и потому, возможно, даже назойливо участвует в их жизнях. Я сразу согласилась сниматься в этом проекте — история показалась мне лёгкой и весёлой. К тому же собралась приятная компания коллег, — отметила актриса Елена Лядова.

— Мой герой — это человек, который к тридцати годам смог заработать 13 миллиардов и не потерять светлый, местами наивный, иногда даже инфантильный взгляд на мир. Им движет любовь — к делу, к людям, к жизни во всех её проявлениях. Оксана привлекла моего персонажа в первую очередь неземной красотой. Ну и, наверное, той же юностью души, которую сохранил Сергей, — добавил актёр Константин Белошапка.

— Моя героиня Марина — дочь местного прокурора, которая с виду кажется очень благополучной и беззаботной, но на самом деле находится под гнётом и абьюзом отца. Она понимает, что единственным способом «вырваться» для нее является замужество, — сказала актриса Мила Ершова.

О сериале «Тысяча „нет“ и одно „да“» (16+)

• Производство: TOOMUCH Production при поддержке «НМГ Студии»

• Продюсеры: Жора Крыжовников, Дмитрий Пачулия

• Продюсеры «НМГ Студии»: Фёдор Бондарчук, Дмитрий Табарчук

• Продюсеры Wink. ru: Антон Володькин, Александр Косарим

• Авторы сценария: Жора Крыжовников, Денис Уточкин

• Режиссёр-постановщик: Андрей Силкин

• Оператор: Денис Панов

• Креативный продюсер: Евгения Хрипкова

• Композитор: Дарья Чаруша

• Художники-постановщики: Евгений Вихляев, Анастасия Черных

• В ролях: Елена Лядова, Ксения Трейстер, Ангелина Стречина, Константин Белошапка, Павел Попов, Иван Жвакин, Сергей Анненков, Вячеслав Чепурченко, Полина Гухман, Мила Ершова, Виталий Кищенко, Вероника Мохирева, Виктория Клинкова, Миша Мяло, Никита Никитин, Олег Чугунов, Ольга Воронина, Константин Адаев, Алексей Ведерников, Павел Гончаров, Люция Валиева, Марк Нестер, Татьяна Лотова, Ян Теплов, Алексей Кондрашов, Денис Яковлев, Никита Мучкаев, Дарья Бабич, Елена Панджариди, Антон Богданов, Никита Лысенко

Читайте новости в социальных сетях! Подписывайтесь на «Яркуб» во «ВКонтакте» и «Телеграме».

В дебютном романе «Окаянные гастроли» (Эксмо, 2025) Ольги Чередниченко особым образом сочетаются атмосфера начала XX века с элементами магического реализма. Главная героиня Шурочка, девушка из Петербурга, пылающая желанием стать актрисой, вместе с экспериментальной труппой отправляется в путешествие и сталкивается с испытаниями Первой мировой войны, революции и новой советской реальности.

Особое место в повествовании занимает глава о гастролях в Ярославле. Речь идёт не о рядовом спектакле в провинции, а о понимании значимости Волковского театра, которому в этом году исполнилось 275 лет. Так гастроли становятся не просто маршрутом героев, а возвращением к корням русского театра и истокам культуры.

В интервью изданию «Яркуб» Ольга Чередниченко раскрыла, как «архитектурно» выстраивала роман, как опыт в тревел-журналистике повлиял на выбор мест действия и почему она решила написать об одной из самых драматичных эпох России.

Театральная одиссея: интервью с автором романа «Окаянные гастроли» Ольгой Чередниченко

Обложка книги «Окаянные гастроли. Иллюстрация: Эксмо

— Вы работали тревел-журналистом и написали несколько путеводителей по разным городам мира. Как этот опыт в жанре путешествий повлиял на вашу художественную прозу?

— Когда я начала работать над «Окаянными гастролями» в 2015 году, я ещё активно занималась тревел-журналистикой. Этот опыт очень помог: я побывала во всех городах, которые встречаются в романе. Ярославль, например, был мне хорошо знаком, он недалеко, но в более отдалённые места я бы, возможно, не попала, если бы не моя профессия.

Мне важны точки, которые меня цепляют и имеют богатую, увлекательную историю. При выборе городов я учитывала два момента: наличие театров в описываемую эпоху и места, где происходили значимые события. Если рассказ о достопримечательностях оказывался скучным, я выбирала другие города.

— Расскажите на примере «Окаянных гастролей», с чего обычно начинается творческий процесс: с образа героя, яркого события или детального исторического исследования?

— Началось всё с темы. Я много размышляла о творчестве, о том, как оно рождается, и захотела написать роман об этом. В жизни каждого человека есть несколько ключевых тем, и одна из них — самореализация. Собственно, это роман про самореализацию.

Я пробовала подбирать разные истории под эту тему: фэнтези, современность, но как-то не складывалось. А потом, в 2015 году, я узнала больше о своей прабабушке. Она родилась в хорошей семье в Петербурге, захотела стать актрисой и сбежала из дома. На этом сходство с героиней романа заканчивается, но поступок бабушки меня зацепил! В те времена, когда она это сделала, никто ещё не знал, что Россию ждут революции, войны. Получается, она отказалась от комфортной и расписанной наперёд жизни ради чего-то совершенно неизвестного. Но я понимаю, что она это сделала ради себя, ради своей сути. На такой героине, на актрисе, можно построить историю.

Хотя у меня самой нет склонности к актёрской профессии, я считаю, что у всех, кто занимается созидательным трудом, работа на 90% одинакова. Мы все используем свой внутренний «аппарат», а на выходе преобразуем это в тексты, образы на сцене или картины. Мне было любопытно проследить, как происходит эта невидимая внутренняя работа.

— А как бы вы описали свой творческий метод?

— «Окаянные гастроли» — мой первый и пока единственный роман. Я работала над ним семь лет, потому что искала свой метод, пробовала разные подходы, прочитала множество учебников по писательскому и сценарному мастерству, ходила на курсы. В некоторых книгах советовали: садись, пиши потоком, а потом редактируй. Я дважды пробовала так делать, но, честно признаться, читать это было нельзя, и даже не отредактировать. Я потеряла годы из-за этого совета и зашла в тупик.

Потом я попала на курс к писательнице Марине Степновой. Марина Львовна рассказала, что есть два типа писателей: «садовники» и «архитекторы». «Садовники» — это те, кто пишет потоком. Она сама так работает, может начать с середины, потом написать конец и начало. Слушая её, я поняла, что я — «архитектор». Мне нужно сначала тщательно продумать план, драматургию, каждую сцену, детали, проработать каждого персонажа и наложить всё это друг на друга. Само написание текста стало последним и самым незначительным по времени этапом, как будто я просто «наращиваю мясо» на готовый скелет.

— Почему именно эпоха начала XX века стала отправной точкой? Какие грани человеческой судьбы вы стремились показать через призму столь драматичной, полной на события эпохи?

— Эта эпоха меня очень привлекает, потому что она невероятно драматична и насыщена событиями, которые заряжены мощной эмоциональной энергией. Мы до сих пор живём с последствиями коллективной травмы, которую общество пережило в те времена как единый организм. Если бы мы глубже работали с этой травмой, исследовали и погружались в неё, пытались закрыть связанные с ней гештальты, то жили бы сейчас гораздо счастливее и спокойнее. Впереди ещё много внутренней работы, связанной с тем периодом.

Мой роман охватывает период с 1913 по 1923 год — время, когда концентрация значимых событий была особенно высокой. Корни того, что происходило в 30-х, 40-х и даже сегодня, лежат в том десятилетии.

— Как вам удалось связать все эти события в единое повествование?

— Я старалась выбирать города, которые были бы показательными и подчёркивали масштаб Российской империи. С одной стороны, Варшава — на западе, Казахстан — на востоке, а между ними — две столицы, древний Ярославль с его богатой театральной историей и южный Краснодар. Хотелось отразить это разнообразие.

Без метода «архитектора» связать всё воедино, наверное, не получилось бы. Я прорабатывала каждый слой отдельно: временной пласт, географический, психологический. Они накладывались друг на друга, создавая цельное повествование.

Театральная одиссея: интервью с автором романа «Окаянные гастроли» Ольгой Чередниченко

— «Окаянные гастроли» описаны как исторический роман с элементами магического реализма. В чём суть такого жанрового смешения? Для чего нужны магические детали?

— Все магические детали укладываются в отдельную второстепенную линию, которая лишь поначалу кажется самостоятельной. Но постепенно становится ясно, что этот вневременной пласт тесно связан с основной исторической частью, он соединяет события, происходившие более ста лет назад, с нашим сегодняшним днём и показывает, что они до сих пор важны и напрямую касаются нас.

Кроме того, мне хотелось показать, как важно расставлять приоритеты в жизни. Мы каждый день решаем задачи, строим планы, двигаемся к большим целям маленькими шагами. Магическая линия помогает напомнить, что нужно помнить о глобальных целях и миссиях, которые определяют, чем мы наполняем каждый день. Страшнее всего однажды проснуться и осознать, что в мелкой суете прожил не свою жизнь, а на то, чтобы найти, развить и показать миру свой уникальный дар, не осталось уже ни сил, ни времени. Но если вовремя вспомнить о главном, угрозы можно избежать — и через эту линию в жанре магического реализма мой роман как раз помогает с этой задачей.

Ещё это ответвление для меня очень оптимистично. Оно показывает, что страдания, мелкие и крупные кризисы дают возможность нам расти и развиваться. Кризис — это точка эволюции. Момент, когда появляется энергия для изменений. Если вовремя это понять, кризис проходит легче и быстрее, и ты выходишь из него на новом уровне. Это касается как личных трудностей, так и глобальных, связанных со всем обществом.

— Вы погружаете читателя в исторический контекст при помощи разных деталей: речь героев, быт, петербургский антураж, описание представлений в провинциальных театрах или упоминание стачек в Ярославле. Как вам удалось отразить всё это в тексте? Вы опирались на специальные источники или архивы?

— Это была отдельная большая работа. Я смотрела документальные фильмы, читала нон-фикшн о том историческом периоде, тщательно выписывала детали. В Российской государственной библиотеке я обнаружила настоящую находку: дневники артистов того времени. Они описывали, например, как сидели в гримёрке, где так коптила лампа, что каждые 15 минут приходилось вычищать чёрные козявки. Или как приезжали в какой-нибудь город, ожидая, что будут встречать с распростёртыми объятиями, а их селили в сарай.

Потом важно было принять решение о языке авторского голоса и героев. Если бы я полностью воспроизвела язык той эпохи, это было тяжело для восприятия, читателю пришлось бы продираться через архаизмы, от которых мы давно отошли. Марина Степнова подсказала идею стилизации: писать современно, но избегать откровенно современных слов, лишь изредка вставлять редкие словечки или детали. Например, меня зацепило, как люди клали в ванну водонагревательную простыню, чтобы помыться, или как заворачивали масло в тряпку, пропитанную салициловой кислотой, потому что холодильников не было. Такие детали я расставляла в тексте, но не слишком часто, чтобы они не утомляли, а удивляли и ненавязчиво возвращали в ту эпоху.

— Как ярославцу, мне хотелось бы остановиться на главе о гастролях в Ярославле. Какую историческую и художественную значимость вы видите в Волковском театре, и чем для героев он важен?

— Ярославль как родина русского театра и, в частности, Волковский театр занимают особое место в романе. Для моих героев выступление на сцене Волковского театра было как Эверест. Это вершина, важная веха в карьере. Выступить в Волковском театре для артистов того времени — невероятно статусное событие. Герои долго шли к этой цели, развивались, и просто так, только сформировав труппу, они не могли сразу выступить в Ярославле. К тому же, за два года до их приезда в театре провели масштабную реконструкцию, ещё пахло краской, когда они приехали. В такой момент выступить на сцене Волковского было особенно престижно.

Я бывала в Ярославле много раз и по работе, и просто так, навещая знакомых. Этот город для меня — место с мощной, чистой энергией, где ощущаются глубокие исторические корни, но без лишней суеты. Московские скорости мне порой даются тяжело, там много шума и лишнего, и я часто предпочитаю уединиться на даче. А Ярославль дарит чувство чистоты: здесь богатая история, культура, и при этом всё аккуратно.

— Театр и актёрская игра — ключевые темы романа. Как шла работа над тем, чтобы отразить театральную жизнь на бумаге?

— Это потребовало большой исследовательской работы. Я читала Станиславского, потому что он до сих пор невероятно актуален. Ещё взяла интервью у актрисы Елены Литвиновой, которая играет в театре и снимается в кино. Я расспрашивала её о том, как устроена внутренняя жизнь актёров: как они взаимодействуют с режиссёром, с коллегами, как прорабатывают роли, какие психологические аспекты с этим связаны.

Я даже посещала курсы и занималась вместе с людьми, у которых есть способности к актёрской игре. Было любопытно наблюдать, как эти способности зарождаются. Моя задача была не в том, чтобы самой хорошо сыграть, а в том, чтобы понять, как описать словами, чем занимаются актёры. Это глубокая работа с эмоциями и мыслями, которые затем преобразуются в разные формы на сцене.

Театральная одиссея: интервью с автором романа «Окаянные гастроли» Ольгой Чередниченко

— Постоянное путешествие труппы по разным городам, а потом и бегство — яркий ход. Если без спойлеров, то что вы хотели подчеркнуть идеей гастролей, и какие смыслы несут в себе эти переезды сквозь бурю истории?

— Любое путешествие — это история, которую потом можно рассказать. Чем масштабнее путешествие, тем больше эмоций и тем богаче рассказ, но даже поход в соседний парк уже несёт в себе потенциал для истории. А история — это всегда про внутренние изменения.

Когда мы путешествуем в другие страны, мы сталкиваемся с иной культурой, видим, как живут другие люди. Это помогает понять, что мы все похожи, а отличаемся лишь в деталях. Это сильно расширяет сознание. Даже путешествия внутри своей страны вызывают перемены. Конечно, можно достичь этих изменений, просто сидя дома и занимаясь внутренней работой, но путешествия действуют как катализатор и ускоряют трансформацию.

Не все гастроли и поездки в романе были приятными. Особенно бегство, оно связано с большими сложностями и страданиями. Тем не менее, эти переезды — метафора изменений к лучшему, возможности роста через испытания.

— Философский подход. Но ведь не всегда человек ставит цель что-то понять или перемениться. Зачастую многие отправляются просто отдохнуть — впечатления истории будут, а внутренней работы не будет.

— Мне кажется, что внутренняя работа всё равно происходит, просто незаметно. Ты не прилагаешь усилий, и оттого это приятно. Вот порой говорят, зачем брать маленьких детей в путешествия, если они ничего не запомнят? Но родители, которые так делают, замечают, как сильно меняется ребёнок после поездки, какой скачок в развитии он совершает, даже если поездка не отложится в его памяти.

— Во второй половине романа мы видим усталость, изнеможение героини, но всё же, как мне кажется, роман завершается на ноте освобождения. Можно ли тут говорить о возможности духовного возрождения через искусство в условиях потрясений и новой реальности и в целом о способности человека сохранять себя в эпоху перемен?

— Полностью согласна с тем, что финал романа оптимистичен, и именно таким я стремилась его сделать. Не сияющим, а с лёгкой нотой горечи, но всё же с основным посылом, что он счастливый. Опять же, тот исторический период глубоко повлиял на людей, приносил страдания, но даже в такие времена, когда Шурочка, главная героиня, была на грани выживания и отошла от своей мечты об актёрстве, она всё равно находила возможность делать что-то, помогала Жумату Шанину, например. Кстати, это реальный исторический персонаж, которого называют казахским Станиславским. Он работал в партийно-советских органах в Каркаралинске, а затем стал режиссёром и актёром и заложил основы театрального искусства в Казахстане.

Так, пусть маленькими шагами, но Шурочка двигалась к своей цели. По большому счёту, все препятствия на пути к мечте — это отговорки. Кризисы и турбулентные времена — лучшее время для эволюции. В финале Шурочка состоялась как актриса. Возможно, не совсем так, как она мечтала в юности, десять лет назад. В деталях, может быть, её мечта выглядела не так, но в глобальном смысле она добилась того, чего хотела. Как раз благодаря тому, что она приручила кризис.

— В начале интервью вы сказали, что темой «Окаянных гастролей» стала самореализация. А к каким темам вы хотите обратиться в последующих романах?

— Любовь — ещё одна важная тема, которой я хочу посвятить свой следующий роман. Но это будет не классический любовный роман, а скорее, исследование, препарирование этой темы.

Читайте новости в социальных сетях! Подписывайтесь на «Яркуб» во «ВКонтакте» и «Телеграме».

Цифровая экосистема МТС и книжный сервис «Строки» ко дню рождения Александра Сергеевича Пушкина изучили предпочтения читателей в российских регионах. Наибольшим спросом у жителей Ярославской области среди всех возрастных групп пользуется повесть с мистическими элементами «Пиковая дама».

На втором месте у ярославских читателей — роман в стихах «Евгений Онегин», на третьем — исторический роман «Капитанская дочка». Замыкают топ-5 произведений среди книголюбов региона роман «Дубровский» и повесть «Барышня-крестьянка».

В электронном виде произведения Пушкина чаще всего читали люди от 35 до 44 лет (31%). Второй по численности возрастной категорией оказались читатели от 45 до 54 лет (20%) и только на третьем месте школьники до 18 лет (16,3%).

Аналитики сервиса «Строки» отметили, что читающих произведения Пушкина женщин на 24% больше, чем мужчин. Однако их предпочтения совпали — в фаворите и у тех и у других были «Евгений Онегин» и «Пиковая дама». Самым «молодёжным» произведением Александра Сергеевича Пушкина, которое чаще всего читали пользователи до 24 лет, оказались «Повести Белкина».

Читайте новости в социальных сетях! Подписывайтесь на «Яркуб» во «ВКонтакте» и «Телеграме».

Как музыка живой старины, каждый звук поморского говора накрывал слушателей волной и переносил в края вековых лесов, тихих болот и рек, плетущих серебром своих вод узоры. Такие впечатления подарили выступления Анны Мулиин — сказительницы и хранительницы традиций, голос которых доносится сквозь века. Накануне она посетила библиотеки Ярославля с творческой программой.

«Яркуб» познакомился с Анной Мулиин и поговорил о традициях, которые она бережно сохраняет, о том, как сказки становятся мостом между прошлым и настоящим и почему культура невозможна без этих удивительных историй.

Дыхание Белого моря

Вперёд — к истокам

Народная сказительница переносит своих слушателей на Русский Север — в Пинежье, откуда Анна и сама родом. Кроме поморских народных сказок, Анна с удивительным мастерством рассказывает произведения северных писателей, заставляя звучать их характерным образом — архангельский говор известен своими непохожим на другие цоканьем и оканьем.

У Анны Мулиин очень интересный жизненный путь. Она родом из далёкого села Сура на берегу Пинеги среди глухих архангельских болот, получила техническое образование и работала на кондитерской фабрике в Ярославле, даже защитила кандидатскую и успела пожить за границей. Сама сказительница признаётся, что это далеко не все её заслуги и призвания. Самым главным, к примеру, она считает экскурсионную деятельность. Почему и когда же произошёл резкий поворот в сторону изучения фольклора?

— Образование — это мой, человеческий, выбор. А писательство, экскурсии, сочинение басен, сказительство — это Божье призвание, то есть задание, которое человек должен делать на Земле, обязан выполнить и не отсебятничать, — рассказывает Анна. — Это всё идёт изнутри, как будто бы я чувствую, что надо сделать для того, чтобы достичь результата. А вот образование я получила такое, какое сама себе придумала. Достигла степени кандидата наук, потому что это отсебятина — Бог не ждёт этого от меня, так как для этого у Него есть более способные люди.

Анна вспоминает, как ностальгия по Родине буквально загрызла её в Швеции. Поэтому так и хотелось вернуться в глубинку. Ей казалось, что в той беспросветной глуши никто и никогда не потревожит. И решила поступить так: жить в Питере, а летом — в деревню, за сюжетами. Чтобы потом, зимой, художественно обрабатывать их.

Для сказителя важно не только умение красиво преподнести историю, но найти её. Такая работа требует и творческого подхода, и глубокого понимания культуры. Отобрать и обработать материал — не такая уж простая задача. Анна Мулиин рассказывает, что заинтересовавшие её произведения она перерабатывает так, как считает нужным. Перекладывает она на гово́ри сказки Степана Писахова, Бориса Шергина и Фёдора Абрамова.

Дыхание Белого моря

Народная культура неразрывно связана с традициями. И сознательное почитание традиций, а более того — сохранение старинного русского языка сказительница считает крайне необходимым для понимания нашей национальной самоидентификации.

— Мне очень хотелось бы, чтобы как можно больше людей услышали старинный язык — это как глоток свежего и напрочь забытого воздуха, ключик к разгадке того, что творится на Земле.

Поморские сказки и легенды, как и любой фольклор, являются отражением опыта народа, который их создал. В случае поморов и пинежан — народа, жившего в суровых условиях Русского Севера. Закалённые недружелюбным климатом истории поучительны и рассудительны, но и место для забавного в них тоже остаётся!

— Думаю, что поморские сказки несут истинную народную мудрость — а мудрость есть только у Бога. Следовательно, методом от противного можно понять, что большинство ранее живущих людей было глубоко верующими, а потому они могли из любой ситуации вынести вывод согласно библейским наставлениям. Сейчас мы этого делать не умеем — каждый тянет одеяло только на себя.

Ещё Анна обращает внимание, что большинство поморских сказок — это реальные истории, которые превращаются в сказку благодаря поморской гово́ри.

Дыхание Белого моря

Из-под пера Анны Мулиин вышло две книги: «Жизнь и приключения сородичей Иоанна Кронштадтского» (известный православный подвижник, кстати, тоже родился в небольшом селе Сура) и «Песнь Слову». С этой работой Анна стала победительницей международного литературного конкурса «ЭТНОПЕРО».

Современные пинежские авторы сталкиваются с непростой задачей. С одной стороны, они хотят сохранить дух и особенности северного фольклора, а с другой — сделать свои произведения актуальными для современного читателя.

— Известный писатель прошлого века, наш пинежанин Фёдор Абрамов, очень болел за сохранение традиций и языка. А о современных пинежских сказителях скажу так: молодцы те, кто хранит традиции. Бывает, и мои сказки ска́зывают как народные — мои истории уходят в народ, значит они настоящие, — рассказывает Анна.

Любые народные сказки играют важную роль в формировании идентичности людей. Это культурный код, который определяет ценности и моральные представления. Вместе с этим, считает Анна, сказки облегчают миропонимание, ведь живут они в пограничной зоне между двумя мирами — земным и небесным.

— В северных регионах большая часть суток — темнота, а это время задуматься: зачем я живу? как устроен мир? — говорит сказительница.

Дыхание Белого моря

Последние годы стали подъёмными для русской культуры и традиций. Поморские сказки и легенды в этой парадигме, пожалуй, остаются уникальным культурным пластом, интересным и сегодня. Эти истории с северным колоритом рассказаны на живом языке, который человек понимает благодаря генетической памяти.

— Если те же самые сказки сказывать на современном русском языке — эффекта мудрости не будет, так как она вмиг превратится в наставление. Люди этого не любят, потому что сами с усами, ведь слушатели и читатели в любом случае примеряют историю — платье героя на себя, — считает Анна. — Сказка о приключениях деревенского простеца «одевается» на себя охотно! Во-первых, этого никто не видит; во-вторых, горожанин ставит себя выше деревенщины, но при этом не брезгует делать для себя необходимый вывод, мол, вот что может произойти с дураком, а я-то ведь не деревенский дурак!

Сейчас сказителей в классическом их виде почти не осталось, лишь несколько энтузиастов — хранителей традиций. Но Анна надеется, что нас ждёт следующее поколение тех, кто сохранит и приумножит наследие народа.

Дыхание Белого моря

Фото: «Яркуб»

Читайте новости в социальных сетях! Подписывайтесь на «Яркуб» во «ВКонтакте» и «Телеграме».