8 июня 2016 в 18:25
Олег Ненилин: о капитальном ремонте из первых уст

Деятельность Фонда капитального ремонта многоквартирных домов с момента основания такового вызывает к себе массу интереса. Все вопросы, которые появляются у собственников жилья, «ЯрКуб» решил собрать и адресовать новому руководителю Фонда — Олегу Ненилину.

Олег Ненилин: о капитальном ремонте из первых уст

Прежде всего, напомним, что Олег Ненилин приступил к работе в качестве исполняющего обязанности директора Фонда содействия капитальному ремонту многоквартирных домов в Ярославской области 24 февраля этого года. И только 31 мая его официально утвердили в должности депутаты Яроблдумы. Прошлое руководство Фонда наделало немало ошибок, которые Олег Евгеньевич принялся исправлять. И, нужно сказать, пока его решения вызывают доверие и надежду на улучшение ситуации с капремонтом в регионе.

— Олег Евгеньевич, какое наследие досталось Вам от прошлого руководства Фонда содействия капремонту многоквартирных домов и как Вы оцениваете работу ваших предшественников?

— Наследство досталось тяжелое. Программа капремонта на 2015 год была выполнена практически наполовину, и те работы, которые были сделаны некачественно, сейчас дают о себе знать, в том числе в виде различных протечек крыш, за которыми следует ущерб собственникам. Наша первоначальная задача заключается в том, чтобы попытаться воспитать подрядчиков, чтобы они начали выполнять работу качественно, минимизировать убытки, которые собственники несут в результате некачественного выполнения работ, максимально быстро исправить отставание, которое возникло в прошлом году.

— У вас уже есть соображения, как этого достичь?

— Для решения этих задач предпринят комплекс мероприятий: организована новая закупочная процедура, полностью пересмотрены договорные отношения с подрядчиками (сейчас требования стали более жесткими, договора несут в себе большое количество мер ответственности за неисполнение обязанностей). По ходу конкурсных процедур уже видно, что многие подрядчики, которые вольготно чувствовали себя в прошлом году, сейчас даже не заявляются из-за повышенных требований.

В этом году мы выходим на два этапа реализации программы капремонта: сначала проектирование, а затем выполнение работ по ремонту. Поэтому предстоит осилить большой объем проектных документов, чтобы по ним начать ремонты в 2017 году.

В июне ждем первые проекты, это будет уже совсем скоро. И как только они появятся, сразу выставим их на торги, чтобы наверстать упущенное. Есть надежда на то, что на плановые показатели долгосрочной программы выйдем к середине 2017 года, потому что отставание перевалило за тысячу домов. За год мы должны справиться с 2,5 годичными нормами.

— Наследство от прошлого руководства Фонда капремонта досталось тяжелое.

— Давайте перед началом разговора о деталях разберемся в сложной структуре Фонда капремонта, поскольку организация довольно запутанная на первый взгляд, непонятно, кто и за что отвечает.

— Структура, действительно, сложная, в том числе и потому, какие задачи стоят перед Фондом. Ответственность очень большая, поэтому создана многоуровневая система управления, за нами следит куча контрольных органов.

Есть руководитель Фонда. Есть высший коллегиальный орган — Совет Фонда, в который сегодня входят представители депутатского корпуса Яроблдумы и Правительства плюс один представитель от общественной палаты. То есть, стратегические вопросы находятся в ведении Совета (возглавляет его Роман Фомичев). И есть Попечительский Совет — это контрольно-надзорный орган, задача которого следить за соблюдением нормативных документов по деятельности Фонда, проще говоря, чтобы законы соблюдались. Его возглавляет Виктор Волончунас. У нас есть учредитель в лице Департамента жилищно-коммунального комплекса Ярославской области (его руководитель — Юрий Дударев). Плюс различные контролирующие органы.

Сама структура Фонда подразумевает финансовый блок (отвечает за саму программу капремонта, ее формирование, финансовое наполнение и так далее); технический блок: производственно-технический отдел занимается выдачей заданий на проектирование и выполнение работ, сметно-договорной отдел проверяет сметы, заключает договоры и контролирует их исполнение. Сейчас у меня есть видение того, что проектный и сметный отделы должны объединиться в один — проектно-сметный, чтобы вся документация находилась в одних руках, а не как сейчас. Есть юридический отдел, также мы создали отдел закупок, которого раньше не было. На мой взгляд, это значительно повлияло на качество проводимых конкурсов. Плюс, конечно, у нас есть отдел строительного контроля — он осуществляет надзор за подрядными организациями и приемку выполненных работ.

— Олег Евгеньевич, расскажите, что такое капитальный ремонт вообще?

— Капитальный ремонт — это замена изношенных конструктивных элементов, сетей в доме. К сожалению или к счастью, процент того, сколько нужно заменить, законодательно не установлен, поэтому задача проектировщика, когда мы выходим на дом — посмотреть, в каком состоянии находятся либо инженерные сети, либо конструктивные элементы (фундамент, фасад, крыша), и при проектировании создать дефектный акт (определить, что именно требует замены). Далее следует спроектировать замену именно того, что требует этого.

— Комплексный ремонт нескольких домов мы будем пробовать делать, чтобы понять, как его проектировать и какие подрядчики готовы на него прийти. Если все получится, начнем осваивать ремонт полностью.

— Мы часто слышим мнения о том, что капремонт у нас не выполняется, вместо него — отдельные виды работ.

— Есть два подхода к программе капремонта: комплексный — когда дом ремонтируется сверху донизу, и по видам работ — сначала кровля, затем инженерные коммуникации и так далее. У нас был принят второй вариант, так как на сегодняшний момент изношенность кровель в Ярославской области очень высокая. Грубо говоря, каждый второй дом течет во время дождя — какой смысл делать электрику или фасад, если по стене течет вода?

Другие виды работ тоже есть, но в меньшем количестве. Пока нет планов массового перехода на комплексный ремонт, так как за одни и те же деньги можно комплексно сделать 100 домов или 500 кровель — а если учесть то, что протекающая крыша причиняет значительный ущерб людям, наша задача — максимально закрыть кровли. Комплексный ремонт нескольких домов мы будем пробовать делать, чтобы понять, как его проектировать и какие подрядчики готовы на него прийти. Если все получится, начнем осваивать ремонт полностью.

— Сейчас Фонд работает неплохо, учитывая процент собираемости денег — 85%, как и за коммунальные платежи. Плюс буквально только что введены пени для неплательщиков, но они совсем небольшие — это рубль-два. На Ваш взгляд, стимулирует ли это должников пойти в кассы?

— Пени — это обеспечительный платеж, который законодательно нацелен на то, чтобы стимулировать лицо, обязанное платить, заплатить в полном объеме. Но это не единственная цель и не единственный способ. Первостепенна степень доверия, и 85% в сравнении со средним показателем по стране — это высокий процент. Сейчас мы решили по закону начислять пени, это справедливо по отношению к собственникам, которые платят. Они приходят ко мне, когда недосчитываются денег на спецсчете: по плану должно быть, например, 600 тысяч, а по факту собрано только 400, потому что кто-то не платит. И это не позволяет начать работы на кровле. Эти люди и требуют принимать меры.

Уже сейчас многие заявили, что пени — это недостаточно, просят обращаться в суды. Принято принципиальное решение: с марта мы уведомили собственников в квитанциях о том, что будут начисляться пени, и пока есть возможность заплатить сумму долга. Те, кто не сделал этого — начисляем. По результатам за май мы посмотрим, сколько это составляет в деньгах, и если люди не будут платить в июле—августе, мы уже организуем работу по судебному взысканию.

— По моему глубокому убеждению, на специальные счета могут спокойно переходить дома площадью свыше четырех тысяч квадратных метров.

— А как сделать так, чтобы наши граждане считали платеж за капремонт нормой, а не очередным побором, который уйдет кому-то в карман?

— Да все очень просто: нужно эффективно использовать эти средства, в полном объеме, делать ремонт качественно, чтобы люди, у которых сделаны определенные работы, к этому вопросу больше не возвращались. Результат за 2015 год не позволяет повысить уровень доверия у населения: в 2016 году количество переходов из «котла» Фонда на спецсчета увеличился. Люди исходят из того, «лучше забрать свои денежки и сделать ремонт поскорее». Поэтому наша задача — повысить доверие. Отсюда и ужесточение требований к подрядчикам, пересмотр договоров, чтобы на рынке появились добросовестные подрядчики. Нас за это ругают, но на чаше весов комфортное проживание ярославцев и жителей области!

— Вы говорите о том, что многие предпочитают уходить из «котла» на спецсчета, но ведь лично Вы сторонник именно этой стратегии?

— Мы объективно разъясняем людям, что есть два способа накопления средств. По моему глубокому убеждению, на специальные счета могут спокойно переходить дома площадью свыше четырех тысяч квадратных метров, ведь накопленных средств будет достаточно для проведения ремонта в доме. Это при условии, что у собственников есть зачатки управления, люди, которые организуют эту работу. Конечно, они могут прийти к нам и попросить помощи в выборе подрядчиков. А вот домам площадью до четырех тысяч квадратных метров будет сложно накопить в существующих реалиях. Тяжело и домам — объектам культурного наследия, малоэтажкам лучше находиться в «котле». Но у собственников, конечно, должна быть свобода выбора.

— С организацией и платежами мы разобрались, давайте приступим к вопросам о подрядчиках. Расскажите, почему начало работ планируются на август—сентябрь, незадолго до холодов? В этом году даже дорожники вышли на улицы в конце апреля, чтобы не укладывать асфальт в снег и лужи, а вы собираетесь вскрывать кровли к дождям!

— Судя по прошлому году, так было, если говорить о времени проведения закупочных процедур. Сначала чего-то ждали, а затем за два месяца попытались выставить объекты на торги. Итог — провели поздно торги, подрядчики поздно вышли. А мой принципиальный подход — сделать так, чтобы конкурсы проходили планомерно еженедельно в течение года. Например, как установлено уже сейчас, вторник — проектирование, четверг — проведение строительно-монтажных работ. Весь годовой план так должен быть положен на план закупок, чтобы я мог четко понимать, что именно и в какой день выставляю на конкурс. Конечно, чтобы в августе закончить конкурсы и приступить к работе, надо сделать все с января до конца лета, но что можно сделать с августа по декабрь?

Сейчас мы выступаем с инициативой внести изменения в Жилищный кодекс: чтобы формирование краткосрочного плана закончилось не 31 декабря, а 31 октября. До Нового года проводить конкурсы, с начала января уже работать. В тех регионах, где это понимают, так и делают, не имея на руках краткосрочного плана. Это нарушение, но оно позволяет зациклить работу на весь год. К сожалению, ранее, в период смены руководства Фонда, было потеряно полгода, когда не провели ни одного конкурса в период с ноября до 28 апреля. Эту ситуацию необходимо выравнивать.

— К сожалению, капремонт — не такой доходный бизнес, крупным подрядчикам проще дом построить, нежели сделать 100 домов по миллиону рублей, только ресурсы распылять…

— Ужесточение требований к подрядным организациям, о чем Вы много говорите в последнее время, не выливается в массовое бегство компаний с рынка? Теперь подрядчик, желающий выполнять работы, должен доказать, что существует уже три года, много ли у нас таких?

— И раньше было требование о трех годах. Количество организаций, которые прошли у нас аккредитацию, довольно-таки приличное — больше 40.Число заявляющихся на конкурсы пока достаточное, приходят рыбинские организации. Я пока не вижу, что новые жесткие требования полностью застопорили работу. Также мы ведем переговоры с крупными организациями — уже работают 3 крупных проектных института: с уменьшением объемов строительства они начали умирать, и мы их пригласили участвовать в конкурсах. Два взяли по 180 проектов, один 80 — это, по сути, половина годового плана. Посмотрим, как они справятся с задачей. Еще ведем переговоры со строительными организациями. К сожалению, капремонт — не такой доходный бизнес, крупным подрядчикам проще дом построить, нежели сделать 100 домов по миллиону рублей, только ресурсы распылять… Стоимость работ не такая привлекательная, но с учетом падения рынка строительства нам удается некоторых привлечь.

— В связи с тем, что недавно звучала информация об управляющих организациях, которые препятствуют выбору подрядчиков собственниками, возникает вопрос: кто все-таки должен этим заниматься?

— В отношении средств «котла» — Фонд. Те собственники, которые копят средства на спецсчетах, занимаются этим вопросом самостоятельно. Да, в Рыбинске, я слышал, управляющая компания пыталась препятствовать собственникам, говорила, что не даст работать подобранным подрядным организациям, не примет работы. Это злоупотребление, по закону люди не ограничены в выборе: могут найти сами или прийти за помощью к нам.

— Хотелось бы снова обратиться к опыту дорожников. Мы знаем, что все подрядчики в этой сфере сейчас объединены в большое муниципальное предприятие ГП «Ярдормост». Нужно ли делать что-то подобное в сфере капитального ремонта домов?

— Я не вижу смысла. Мне кажется, по дорожной деятельности рынок почти не развит, нет подрядных организаций, про которые можно сказать, что они качественно справятся с работой. Нет, есть, конечно, отдельные организации, но им не потянуть весь объем — 4,5 миллиарда областного дорожного фонда. Поэтому создание ГП «Ярдормост» было обосновано.

На рынке организаций, которые умеют ремонтировать дома, много. Важно понять, их достаточно для выполнения нашего объема работ или нет? 2015 год показал, хотя он не репрезентативен, что не все из них допускались до конкурсных процедур (это слухи, которые я не могу ни подтвердить, ни опровергнуть). И сегодня, когда мы открыли аккредитацию, мы видим подрядчиков, которые раньше вообще не участвовали в конкурсных процедурах. Это говорит о том, что когда мы двери широко открыли, в них вошли, при этом осознавая наши требования и условия договоров. Я предполагаю, что через аккредитацию мы и увидим рынок услуг. К крупным компаниям обращаемся потому, что рынок в 2015 году не справился, но они действуют как помощники, когда небольшие лоты по силам уже разобрали, и остались объемные. Законодатель позволяет нам комплектовать конкурсную документацию по-разному, и мы пытаемся тонко чувствовать ситуацию, пока получается, угадываем. Видно, кто пришел за крупными лотами, кто за маленькими… Проблема лишь в том, что ранее не было плана закупок на год, а с ним подрядчики могли бы заранее посмотреть привлекательные предложения, спланировать свои действия. Сейчас план закупок по проектированию уже есть и размещен на сайте, 10 июня на сайте появится и план закупок по проведению ремонтных работ.

— Особой разницы между объектами культурного наследия и обычными домами я не вижу. Если мы рассматриваем одинаковые по размеру дома.

— Олег Евгеньевич, вы готовы нести персональную ответственность за деятельность подрядчиков?

— На самом деле, мы за всех несем ответственность. Моя персональная ответственность на кону, по-другому не получится. Но нужно учитывать, где ответственность подрядной организации, а где Фонда, ведь наша задача не стоять над душой у подрядчика и брать вместо него молоток. Наша задача так организовать работу и контроль, чтобы получить качественно выполненные работы на выходе. И если будет некачественно, мы виноваты не в том, что он лист железа не так положил, а в том, что мы выбрали не того подрядчика и требования в документации не так сформулировали.

— Когда идет речь о ремонте домов, относящихся к объектам культурного наследия, принято говорить, что их ремонт будет стоить в разы дороже работ на обычных домах. Как решать эту проблему?

— Особой разницы между объектами культурного наследия и обычными домами я не вижу. Если мы рассматриваем одинаковые по размеру дома. Есть в городе большие дома — объекты культурного наследия, а рядом такие же по размерам обычные дома. У объекта культурного наследия культурную ценность имеет, к примеру, фасад —лепнина, кирпич, который нельзя штукатурить… А крыша — обычная, такая же, как у обычного дома. С точки зрения выполнения работ нет никакой разницы. С Департаментом культуры и с Госэкспертизой мы работу провели, они говорят, что экспертиза проекта не нужна, потому что не затрагивается безопасность здания. Экспертиза культурного наследия тоже не нужна, поэтому крыша ремонтируется точно так же, как и в любом доме. Проектирование только другое — оно стоит 15% от стоимости ремонта, при 3% у обычного здания. Наши подрядчики с удовольствием берутся за объекты культурного наследия, потому что цена проектирования в пять раз больше, хотя делать нужно одно и то же. Но чтобы им жизнь медом не казалась, мы объединяем в лоты разные объекты, даем и такие дома, и такие, чтобы в среднем получалось 9% от предельной стоимости. Так мы ушли от этой проблемы низкой стоимости проектирования, которая стояла в прошлом году. И у нас с удовольствием все три конкурса на 460 видов работ по проектированию забрали, пока все довольны.

— Если при прежнем руководстве на оборотной стороне платежного документа размещалась реклама, то моя принципиальная позиция — печатать исключительно полезные для собственников сведения о программе капремонта.

— У председателя Общественной палаты Александра Грибова была идея сделать тематические информационные стенды о Фонде капремонта и разместить их в офисах управляющих компаний. Как Вы на это смотрите?

— Это и моя позиция тоже, мы готовы разместить такие стенды скорее не в управляющих компаниях, а в территориальных администрациях, ведь туда малообеспеченные люди идут как раз за поддержкой. И к нам часто обращаются за консультациями по разным вопросам, в том числе по льготам и компенсациям на капремонт. Вот эту информацию важно разместить в администрациях Дополнительно мы публикуем полезную информацию о деятельности Фонда на обороте квитанций, чтобы собственник мог эффективно принимать решения по капремонту дома, есть план размещения информации на квитанции до конца года. Если при прежнем руководстве на оборотной стороне платежного документа размещалась реклама, то моя принципиальная позиция — печатать исключительно полезные для собственников сведения о программе капремонта.

— Напоследок расскажите, пожалуйста, о визите представителей Фонда капитального ремонта республики Татарстан. Что хорошего происходит у них?

— У них уже 8 лет работает программа капитального ремонта, они стартовали в 2008 году, гораздо раньше, чем это сделали остальные регионы (у нас старт был в августе 2014 года). В Казани создана муниципальная организация «Служба технического надзора». То есть, у них алгоритм организации работ и контроля хорошо отработан, плюс они делают комплексный ремонт. Но это при деньгах 4,5 миллиарда в год и 50% софинансировании из средств бюджета. Финансовые условия комфортные, поэтому они могут себе позволить делать в 3–4 раза больше объектов, чем мы, причем комплексно. Когда мы делаем 1000 кровель, они работают на 1000 домов. Были бы у нас такие возможности, и мы бы так действовали, но наш бюджет — порядка 1,5 миллиардов, из них половина в «котле», на спецсчетах 700–800 миллионов.

1 июня 2016 в 13:32
7000$: об аллюзиях, окружающей действительности и грядущем альбоме

Яростный ню-метал, резкие, хлесткие и не жалеющие никого песни: 9 и 10 июня в обеих столицах России состоится презентация макси-сингла группы 7000$ «Жизнь не любит слабаков». Накануне официального релиза «ЯрКуб» узнал у музыкантов о подготовке сингла, а также узнал о концепции следующей пластинки «Баксов».

7000$: об аллюзиях, окружающей действительности и грядущем альбоме

 

Яростный ню-метал, резкие, хлесткие и не жалеющие никого песни: 9 и 10 июня в обеих столицах России состоится презентация макси-сингла группы 7000$ «Жизнь не любит слабаков». Накануне официального релиза «ЯрКуб» узнал у музыкантов о подготовке сингла, а также узнал о концепции следующей пластинки «Баксов».

 

—   Макси-сингл получился поистине впечатляющий, стоит ли ждать именно такого звучания и смыслового содержания от будущего альбома или это только «вершина айсберга»?

Иван Игнатов:

Этот сингл мы готовили достаточно долгое время, первая и заглавная песня написана около полугода назад. Мы надеемся выдержать новый альбом в одном едином звучании и концепции «жёстко, мощно и максимально правдиво», в лучших традициях жанра. Также на альбоме будет несколько тяжёлых рэп и хип-хоп треков. Надеемся, что это будет одним из наших направлений в будущем творчестве. Вообще, мы любим экспериментировать, поэтому в любом нашем альбоме можно ждать чего-то нового и интересного.

 — Что изменилось за прошедшие годы в творчестве? Что осталось неизменным?

Иван Игнатов:

Несколько раз менялся состав, каждый раз в лучшую сторону. Сейчас мы взяли вторую гитару и вокалиста. И думаю, это добавит нашему звучанию необходимой мощи и энергетики. Неизменными остались мы, подход к сочинению нового материала и желание делать качественную тяжёлую музыку, а также эксперименты с электронным звучанием.

 — Можно проследить немало отсылок в новых песнях (начиная, очевидно, с Ветхого Завета). Есть ли какие-то ещё произведения культуры, которые легли в основу новой пластинки? Как вообще происходит процесс создания музыки для 7000$?

Роман Докукин:

В основу текстов 7000$ ложатся даже не произведения, а ощущения от произведений, лучше сказать так. Вот, например, «Потерянный рай» навеян творчеством поэтов Русского Серебряного Века, но не дословно, а под влиянием, - я в последнее время много читал мемуары и воспоминания о конце 19 - начале 20 века, книгу про жизнь и творчество Николая Сергеевича Гумилева. И вот, так навеяло...

7000$: об аллюзиях, окружающей действительности и грядущем альбоме7000$: об аллюзиях, окружающей действительности и грядущем альбоме

 Художник должен быть Наблюдателем и Отражателем своего времени. Всегда есть что-то приметное, если хотеть его видеть.

 — Вы говорите о раздутом мыльном пузыре окружающей действительности. А что должно остаться после того, как этот пузырь лопнет? И хотите ли вы его разбить?

Роман Докукин:

Да лопнет и лопнет, люди останутся, жизнь останется. Это как с желудком — чем больше ешь, тем больше хочется, а ешь мало — и тоже нормально все, даже свободнее.

А зачем его хотеть разбивать? Всему своё время. Художник должен быть Наблюдателем и Отражателем своего времени. Всегда есть что-то приметное, если хотеть его видеть.

— Вы успели записаться на лейблах и у нас, и за рубежом. Есть ли какие-то отличия в работе наших и иностранных компаний? Где понравилось писать звук больше?

Иван Игнатов:

Подход к записи, саунду, сведению и мастерингу, конечно, за рубежом другой. Нам нравится работать с иностранными звукорежиссёрами тем, что мы быстрее получаем нужный результат. Им не надо долго объяснять какой именно нужен звук. Сейчас мы сводимся в Португалии, до этого делали сведение в Италии и Великобритании. На выходе мы получаем плотное звучание, глубокий низ от баса и рвущие на части гитарные рифы. Хотя я знаю, что и у нас есть достойные звукачи. Многие уже умеют делать правильный саунд и, возможно, наши следующие альбомы будут сводиться на Родине.

— Не появлялось ли желание открыть свою студию звукозаписи и продвигать молодых рок-музыкантов? Может, есть какие-то новые лица, которые станут достойными приемниками 7000$?

Дмитрий Крупин:  

Построил себе студию. Теперь мы в ней репетируем, пишемся. Есть у меня несколько учеников, делюсь знаниями. Надеюсь, что занятия со мной для них не пройдут впустую. Будут ли преемники — жизнь покажет. А если вдруг подвернётся талантливый интересный персонаж, я думаю, мы не упустим возможность продвинуть его в массы.

— Группа активно гастролирует, как удается совместить это с записью материала для нового альбома?

7000$: об аллюзиях, окружающей действительности и грядущем альбоме7000$: об аллюзиях, окружающей действительности и грядущем альбоме

Юрий Баланов:

Мы очень любим репетировать, поэтому, когда мы не заняты поездками и гастролями, тут же бежим на репетиционную базу или студию и пишем новые песни. Какие-то идеи рождаются дома, а какие-то в процессе совместных джемов. Компьютерные технологии также помогают в этой работе. Иногда идеями мы обмениваемся через Интернет, чтобы, когда встретимся вместе на базе, приступить к делу сразу.

— Википедия рассказывает о первом англоязычном альбоме, который в этом году появится на территории Европы и Японии: это факт или «утка»? Российские фанаты тоже его получат? Что будет за альбом?

Иван Игнатов:

Это не утка, мы уже в 2013 году выпустили альбом «Вперед» в Японии, и он неплохо продавался, хотя и был полностью на русском языке. Поэтому мы решили издать первый англоязычный альбом, который появится в Японии уже этим летом. Также ведутся переговоры об издании альбома в Европе. Российские фэны обязательно услышат этот альбом, и мы думаем, что они будут приятно удивлены, так как многие песни на английском языке звучат очень круто! Для нас всех это невероятный опыт, и мы готовы и дальше издавать треки для зарубежных фэнов 7000$.


Фото: Иван Ежов

31 мая 2016 в 15:07
Откровенный разговор о скульптуре с Дмитрием Тугариновым

Как в современном мире «выжить» и добиться успеха художнику? Как появилась идея выставки советской скульптуры? На эти и множество других вопросов 30 мая ответил Заслуженный Художник РФ Дмитрий Тугаринов посетителям Музея современного искусства, в котором расположилась авторская выставка «Разговор с неизвестным».

Откровенный разговор о скульптуре с Дмитрием Тугариновым


Как в современном мире «выжить» и добиться успеха художнику? Как появилась идея выставки советской скульптуры? На эти и множество других вопросов 30 мая ответил Заслуженный Художник РФ Дмитрий Тугаринов посетителям Музея современного искусства, в котором расположилась авторская выставка «Разговор с неизвестным».

 

— Скульптура — единственный вид изобразительного искусства, который появился раньше человека. И скульптура, в отличие от всех остальных видов искусств, реальна во всех трех своих измерениях. Есть, конечно, еще так называемая «духовная наполненность», но попробуй этот дух схватить! И с нынешней склонностью человека к виртуальности картинка им легче воспринимается. В восприятии скульптуры нужно определенное воспитание, образование. У нас, к сожалению, сейчас этого нет, — рассказал скульптор.

Из монументов, расположенных в Ярославле, он отметил памятник Волкову, а также фигуру Ярослава Мудрого.

Откровенный разговор о скульптуре с Дмитрием ТугариновымОткровенный разговор о скульптуре с Дмитрием Тугариновым

В «портфолио» Дмитрия Тугаринова работы в самых разнообразных техниках и жанрах: от установленного в Альпах памятника фельдмаршалу Александру Васильевичу Суворову, исполненному в полтора человеческих роста, до политической сатиры, такой как «Типовое надгробие для депутатов Госдумы». Этника и история России, мистические и реалистичные образы, отлитые в бронзе и вырубленные из дерева и камня — за жизнь автор попробовал себя практически во всем, что укладывается в понятие «скульптура». Конечно, на этом фоне многих участников встречи интересовал вопрос: как быть востребованным автором и при этом продолжать творить в классической технике?

— Ученики у меня часто спрашивают: «Дмитрий Никитич, вот мы лепим, стараемся, а это ведь сейчас не востребовано». Я обычно показываю книгу о современном искусстве, которое выставлено в аукционном доме Sotheby’s: грязные простыни, чучела акулы — все с ценниками, в которых больше шести нулей. А для сравнения предлагаю полистать «Проданные сокровища России», в которой ни одного наименования дороже 40 тысяч долларов попросту нет. И после этого предлагаю решать самим, что им нужно, — сообщил Дмитрий Тугаринов. — А начинающим авторам я посоветовал бы продолжать работать в своей технике и искать тех заказчиков, кому ваше творчество придется по душе.

Откровенный разговор о скульптуре с Дмитрием ТугариновымОткровенный разговор о скульптуре с Дмитрием Тугариновым

Не меньше гостей творческой встречи заинтересовал вопрос о Музее советской скульптуры, который с 4 мая можно посетить на исторической площадке — недавно восстановленном Замке купца Понизовкина.

— В конце 80-х годов я работал в старых мастерских, где все коридоры были завалены советской скульптурой. Какой-то американец подошел ко мне и спросил: «А что это?». Я ему тогда ответил: «Забирай»… «Как, — говорит, — забирай? Это же антиквариат!». А потом я начал думать, действительно, что такие вещи теперь не выпускают, а они достаточно сильные. К примеру, чтобы сдать бюст Ленина, нужно было пройти огромную комиссию, и любой мог заявить: «Нет, у него прищур не тот». Все очень серьезно было. В результате я начал это все потихоньку собирать, складировать. Фонд развития культуры проявил замечательную прозорливость и перевез все это к себе.

Сейчас от общего количества скульптур в коллекции Тугаринова на экспозиции в Замке купца Понизовкина выставлено около пяти процентов, остальное необходимо разбирать и реставрировать. Тем не менее, среди работ в запасниках попадаются настоящие редкости, такие как скульптура Юрия Гагарина 70-го года выпуска, по словам Дмитрия Тугаринова, абсолютно уникальная.

С работами автора можно ознакомиться в нашей галерее.

30 мая 2016 в 16:47
Сати Казанова: Мне тесно в рамках популярной музыки

28 мая настоящим подарком на День города Ярославля стало выступление Сати Казановой. Перед выступлением «ЯрКуб» узнал у нее об изменениях в творческой карьере и ожидаемых музыкальных релизах, а также узнал, что играет в плеере у самой певицы.

Сати Казанова: Мне тесно в рамках популярной музыки

 

28 мая настоящим подарком на День города Ярославля стало выступление Сати Казановой. Перед выступлением «ЯрКуб» узнал у нее об изменениях в творческой карьере и ожидаемых музыкальных релизах, а также узнал, что играет в плеере у самой певицы.

— Чего ожидать от вашего нового сингла, Сати?

— У нас самые благоприятные ожидания и прогнозы. Но, как и в любом релизе, — что случится, то и случится. Очень много факторов влияют на то, как композицию воспримут критики и публика. Если все это совпадет, то песня получит все то, что мы от нее ожидаем. Конечно, мы желаем песне «Радость, привет» мировой славы и на русском, и на английском языке, чтобы все плакали, танцевали.

— Что изменилось в вашем творчестве с начала карьеры?

— Глобальных каких-то изменений в самой популярной музыке не произошло. А в общей сложности самым большим изменением стал параллельный проект, посвященный этнической музыке. В этом звучании я нашла себя: в нем я по-настоящему живу, по-настоящему творю, и слушатели, конечно же, это чувствуют. Совсем недавно у меня был 2-часовой концерт в Театре «Русская песня» Надежды Бабкиной при участии посольства Индии и индийских же музыкантов. Все это было очень ярко, интересно, и 1500 зрителей явно разделили со мной эти ощущения.

В этнике я не пытаюсь кому-то что-то доказать, а просто кайфую по-настоящему. Я буду заниматься ей бесплатно, часами, потому что именно этническая музыка делает меня счастливой.

— А как вы ощущаете себя в популярной музыке?

— В этих рамках мне тесно, не развернуться. В этом мире приходится жить как получается.

— У вас есть этнический проект, популярная музыка, вы также пробовали себя в джазе. Нет желания провести еще какой-нибудь эксперимент?

— Мне уже не очень хочется как-то радикально экспериментировать. О джазе я сейчас четко понимаю: где джаз, а где я. Этот период был для меня очень важным, но, в первую очередь, обучающим. Сейчас он закончился. А в этнике я не пытаюсь кому-то что-то доказать, а просто кайфую по-настоящему. Я буду заниматься ей бесплатно, часами, потому что именно этническая музыка делает меня счастливой.

— А что сейчас играет у вас в плеере?

— Честно - чаще всего мантры… и иногда аудиокниги. Сегодня, пока ехала в Ярославль, слушала произведения Достоевского.

29 мая 2016 в 17:38
Алексей Малютин: «Город — это предприятие, которое нужно модернизировать»

Первый заместитель мэра города Ярославля Алексей Малютин скоро отпразднует год на этом посту. Перед этим ему предстоит отчитаться перед муниципалитетом на заседании 30 мая о результатах его деятельности и деятельности мэрии в 2015 году. «ЯрКуб» решил поговорить с Алексеем Малютиным о проблемах и достижениях прошлого и планах на будущее.

Алексей Малютин: «Город — это предприятие, которое нужно модернизировать»

Первый заместитель мэра города Ярославля Алексей Малютин скоро отпразднует год на этом посту. Перед этим ему предстоит отчитаться перед муниципалитетом на заседании 30 мая о результатах его деятельности и деятельности мэрии в 2015 году. «ЯрКуб» решил поговорить с Алексеем Малютиным о проблемах и достижениях прошлого и планах на будущее.

Напомним, назначение Алексея Малютина на должность состоялось 3 июня прошлого года, тогда он отметил, что постарается наладить конструктивную работу исполнительной и представительной власти. Также глава подчеркнул, что «в городе должен быть хозяин».

— Алексей Геннадьевич, по каким из наиболее острых направлений работы мэрии удалось добиться коренных изменений в лучшую сторону за время вашего руководства?

— Ни по какому. Прошел совсем небольшой период, чтобы за него добиться серьезных изменений, к тому же необходимо время, чтобы понять, что действительно стало лучше. Мы меняем подход к строительству и ремонту дорог: усилен контроль качества, мэрия более скрупулезно относится к выбору подрядчика, но должен пройти минимум год, чтобы стало ясно: эти меры действуют. Чтобы следующей весной не смыло наши дороги.

Можно говорить, что за два года мы навели окончательный порядок на рынке наружной рекламы. Убрали всю незаконную рекламу и разыграли законную, в бюджет города поступило 50 миллионов рублей. Сейчас мы также наводим порядок в отношении нестационарных торговых объектов.

— Люди по-прежнему выказывают недовольство по всем важнейшим направлениям работы мэрии. Это уже стало каким-то трендом, а не реакцией. Как изменить ситуацию?

— Ряд направлений нашей работы вызывает публичную критику, но я бы попросил тех, кто нас критикует, говорить не общими фразами, а конкретизировать. Поэтому я часто тем людям, кто заявляет, что «Малютин развалил», говорю: «Покажите, что в этом вопросе до меня было хорошо, а теперь стало плохо». Я же должен разрушить какую-то «пирамиду», которая стояла. Люди обычно начинают думать и не могут конкретизировать тот факт, что вина за что-либо лежит на мне.

Вообще, я не против критики, но в первую очередь выступаю за конструктив. Кто-то говорит, что мы убиваем спорт — да, мы действительно объединяем школы, из двух-трех юридических лиц делаем одно. При этом залы, тренеры и дети остаются на своих местах. Кого-то из руководителей приходится увольнять, и не все остаются этим довольны, еще и вводят в заблуждение различных политиков. И жаль, что некоторые люди, повстречавшись только с одной стороной, не хотят потом получить наш ответ, наш комментарий. Для себя я понимаю, что необходимо поглубже разобраться в процессе, но чувствую, что людям важно просто критиковать и ругать.

— Как вы считаете, удастся ли снизить политическую напряженность в городе Ярославле?

— Нет. Так как у нас впереди три предвыборных года, по мэрии только ленивый «кататься» не будет. Сейчас повисели одни плакаты, скоро их сменят другие. Все начнут наращивать свой рейтинг на поиске ошибок и недочетов в нашей работе. И то, что мы сделали максимум в текущей экономической ситуации, не будет являться аргументами.

— Что остается в ТОП-3 главных проблем Ярославля, и какие пути решения этих проблем вы видите?

Главная проблема — содержание улично-дорожной сети, ее уборка, ремонт и строительство дорог. Хотя это я бы поставил на второе место, так как все можно исправить, вот только без увеличения финансирования со стороны областного, а возможно и федерального, бюджета справиться с этой задачей невозможно. Посмотрите, в этом году область еще не разыграла тендеры по ремонту дорог, а в Ярославле дорожники уже вовсю работают с конца апреля. С 10 июня выйдем на ремонт дворов!

Второй проблемой ярославцев является капитальный ремонт. Но мы за него не отвечаем, практически стоим в стороне. Фонд капитального ремонта находится в юрисдикции области, они контролируют подрядчиков и распоряжаются средствами. Мы же готовы взять на себя эту ответственность, сделать так, чтобы «денежный котел» был в городе. Ведь получается так, что люди все равно со всеми проблемами идут к нам, хотя мэрия за это не отвечает.

Что еще людей беспокоит? Наверное, проблемы предоставления жилья. Даже по судебным решениям мы не можем сейчас реагировать мгновенно, но опять же из-за финансирования. Будет больше денег — быстрее будем сносить ветхое жилье и строить новое. И еще одной проблемой, конечно, являются детские сады. Три из шести мы смогли построить, а по остальным нас подвел подрядчик, пришлось расторгнуть с ним договор. Хорошо, что деньги на их строительство в следующем году уже заложены в областной бюджет.

Без помощи Федерации проблему дефицита бюджета нам не решить. Область если и предлагает кредиты, то только на таких условиях, что проще сразу отказаться.

— А школ хватает?

— Пока, конечно, хватает. Но Президент сказал перевести всех детей в первую смену, и вот это поручение уже выполнить сложно. Правильно, когда все дети учатся в одну смену: понятно, как быть с секциями и тренировками, удобно или отвозить на учебу или забирать из школы. У меня один ребенок скоро будет учиться во вторую смену, придется думать, как сочетать это с тренировками и другими занятиями.

Мы именно поэтому пытались запустить объединение 7-й и 46-й школ, это позволило бы перевести всех на первую смену. Но родители незаполненных школ оказались более крикливыми, чем в тех, где учатся по две тысячи детей. Но делать это нужно, как иначе я буду выполнять поручение президента? Нам приходится в результате тяжелой экономической ситуации в городе искать новые пути решения текущих проблем.

— Как сейчас обстоят дела с городским бюджетом в таких условиях?

— У нас бюджет сейчас состоит из двух частей. Одна начисляется из областного и федерального бюджета, а вторую — семь миллиардов — мы сами должны наполнить. Снижение буквально на пятнадцать процентов — это уже миллиард. Что урезать из расходов — непонятно: не проводить мероприятия, не отправлять детей на соревнования или не делать капитальный ремонт? Нашим главным достижением к концу года станет лишь выплаченная в сроки зарплата! Половину нашего бюджета составляют налоги НДФЛ, вторую половину — имущество. И эта вторая половина сейчас падает, потому что арендаторы не платят, мы вынуждены постоянно собирать долги.

— Как из этого дефицита город может выйти? В какие сроки?

— Это на сегодняшний день вопрос очень острый. У нас очень большой муниципальный долг, и только на погашение — не возврат! — кредитов мы тратим от 500 до 700 миллионов рублей в год. На эти деньги можно было бы в год по 2 детских сада строить, и это я не говорю о теле кредита. 5,5 миллиардов кредитов, набранные в предыдущие годы, висят на нас грузом, а область если и предлагает кредиты, то только на таких условиях, что проще сразу отказаться.

Как выходить по-другому, пока неизвестно. Я встречаюсь с руководителями предприятий и других городов, мы движемся в том же направлении, что и каждый из них. И никто понять не может, как из этого выходить. Если бы 5 миллиардов нам дали на погашение коммерческих кредитов, я бы лучше потом государству их возвращал.

Недавно мы встречались с бургомистром города Кассель. Я спросил у него, как они выходили из кризиса в 2009–2011 годы. Он ответил, что им помогла федерация. Деньгами — и предприятиям, и муниципалитетам. У нас же государство тратит средства разве что на поддержание банковской системы. Самим же нам не справиться, даже с учетом оптимизации, которую мы проводим, необходима помощь Федерации!

Не так давно открылся спортивный зал в Казармах. Насколько он востребован и большую ли прибыль приносит?

— Востребован постоянно. Его открытие вызвало большой положительный эффект в спортивной среде города Ярославля. Мы начали принимать те мероприятия, которые раньше не принимали, очень удобно тем, кто приезжает: гостиница рядом, опять же. Мы начали принимать соревнования по баскетболу, зал становится прибыльным, а город ни копейки в него не вложил.

На центр подготовки юных футболистов мы тратили в разы больше, чем на содержание других школ олимпийского резерва. Почему мы должны отдавать деньги в областную структуру, откуда деньги не вернутся нам никогда?

— Если бы Чемпионат Мира по футболу в 2018 году принимали бы в Ярославле, город справился бы с нагрузкой?

— В любом случае, под это строилась бы инфраструктура. И вместе со строительством появились вливания новых инвесторов, потому что город в таком случае развивается до чемпионата, а потом еще долго — после. Мы готовимся к тому, что к нам приедут тренироваться команды-участники чемпионата — реконструируем стадионы «Шинник» и «Славнефть».

— Как Вы можете прокомментировать заявление о том, что «Шинник» «убивают», отобрав у команды стадион? Также озвучьте свою позицию по сокращению финансирования ЦПЮФ, ведь его работники считают, что город перестанет давать команде хороших игроков.

— Начнем с того, что стадион никто ни у кого не отбирал. «Шинник» изначально принадлежал городу. Раньше он предоставлялся в безвозмездное пользование команде, плюс мы ежегодно платили 20 миллионов на его содержание. Когда мы стали разбираться, оказалось, что мы способны использовать «Шинник» более эффективно и тратить на него меньше денег. Клубу это только в плюс! Пусть они лучше занимаются тренировками, а не содержанием поля. А крик был, потому что на стадионе занимались коммерцией: размещением рекламы на поле, сдачей «Шинника» в аренду.

Что касается центра подготовки футболистов — это команда при «большом Шиннике». Содержание школы в разы больше, чем содержание других наших школ олимпийского резерва, поэтому мы сократили дотации с 30 миллионов до восьми. К примеру, в интернате этой школы нет ни одного ярославского ребенка, почему мы должны вкладывать деньги в структуру, которая принадлежит области, и с которой нам эти средства не вернутся?

Плюс, когда мы начали смотреть на должности, там оказались такие замечательные пункты, как отдельный «менеджер по работе с регионами», «директор по развитию футбола»… Чем эти люди занимаются каждый день? Почему бюджет города должен оплачивать их работу? Люди были разбалованы слабым контролем финансирования. Дети, кстати, тоже, потому что им даже платили зарплату за то, что они там занимаются. Представьте, человек еще даже не играет в большой команде, а уже получает деньги.

— Какие меры принимаются властями, чтобы не повторилась ситуация на шестой Железнодорожной?

Во-первых, хотелось бы сказать, что людей мы расселим. В дальнейшем площадка будет выставлена на аукцион о сносе дома, и, возможно, на его месте будет построено новое жилье. Федеральных денег мы так и не дождались. Будут ли они — очень большой вопрос.

Чтобы таких ситуаций не происходило в будущем, мы проводим совещания с управляющими организациями. Опять же, Следственный комитет так все накрутил, что стало меньше сложностей с недопуском специалистов в квартиры и другими проблемами. Вплоть до того, что будут отключать весь подъезд, если чье-то жилье не проверили. Главное, чтобы газовики о таких визитах заранее предупреждали, тогда проблем не возникнет.

Большая работа предстоит управляющим компаниям, администрациям районов, а уже в новых домах устанавливаются системы автоматического отключения газа при протечках.

Архитекторы Ярославля говорят, что сейчас квартиры-хрущевки отживают свой век. Городу придется что-то делать с ними в будущем, когда срок их эксплуатации станет рекордным при максимально дозволенном?

— Уже сейчас стоит проблема ветхого и аварийного жилья, и в ней все опять упирается в финансирование. Если бы его увеличили, то и расселение пошло бы быстрее, нам самим не справиться. Очень часто нас критикуют не из-за того, что ничего не делается, а просто потому, что не хватает денег.

Если федералы боятся, что более высоким финансированием дадут больше самостоятельности городам, то надо помнить и то, что качество жизни в этом случае тоже увеличится. Людям без разницы, кто будет делать, главное, чтобы в городе все было хорошо: дом, улицы, работа и учеба. Я, может, хочу, чтобы в нашем городе даже опера появилась, чтобы у людей всегда был выбор, как и где реализовать свои возможности.

Я иногда захожу во дворы и думаю, что жизни моей не хватит, чтобы привести их все в порядок.

— Что делать с загрузкой улично-дорожной сети города, Алексей Геннадьевич?

— Спектр работ настолько большой, что становится грустно. Мы делаем все возможное, но опять же — необходимо откуда-то брать деньги. Я иногда захожу во дворы и думаю, что жизни моей не хватит, чтобы привести их все в порядок. В итоге мы делаем все, что можем, просто для того, чтобы потом не пришлось иметь дело с разрухой.

Карабулинская развязка поможет городу решить проблему пробок?

— Нет. Как она может решить проблему пробок за Волгой? Никак. Как она может помочь району Брагино? Да никак. Иногда такие вещи не решат проблему, но, как минимум, помогут ее не усугубить. Это как с детскими садами — построенные не уберут очередь, но помогут сделать ее меньше.

— Какие ошибки подрядчиков можно отметить, с учетом уборки дорог в прошлом сезоне?

— Сейчас мы можем прорабатывать только более жесткий контроль подрядчиков. К сожалению, недавно созданное госпредприятие в прошлом году себя не оправдало. Смотрите, ведь в каждом районе работали разные подрядчики, а ошибки оказались у всех одинаковые — например, стиральная доска на дорогах зимой. Все оказались одинаково не готовы к работе.

Все приходит с опытом. Я тоже стал опытнее, чем год назад, когда приступал к руководству Ярославлем. Теперь я понимаю те вещи, о которых раньше думал, что понимаю, изучил работу мэрии и знаю, что необходимо исправить. Город — это как предприятие, которое нужно модернизировать, иначе не будет роста.

— Что происходит со строительством аквапарка? Сроки сдачи этого объекта постоянно сдвигаются (последний дедлайн — весна 2016 года). Мы знаем, что вы следите за ходом работ.

— Неизвестно, когда закончится строительство. Это частный застройщик, и ситуация здесь как с домами: вот они строили-строили, и раз — встали. Мы готовы помогать, но во многие вещи не погружаемся. Пока осуществляем только контроль, все подробности станут известны при приемке объекта.

— Как обстоят дела с электротранспортом в Ярославле? В конце прошлого года, когда отмечали 115-летие трамвая, вы говорили о намерении развивать этот вид общественного транспорта. Есть какие-то идеи?

— Во первых, нет такой установки «трамвай или троллейбус закрыть». Есть задача: объединить автобусное предприятие с трамваем и троллейбусом, и мы прорабатываем этот вопрос, потому что сейчас они соперничают за пассажиропоток.

Пока что мы думаем о сохранении текущих маршрутов. Из-за финансирования не стоит вопроса о том, чтобы переложить рельсы или закупить новый подвижной состав.

Хотелось бы, чтобы ярославские депутаты были бы такими же сплоченными, как, например, рыбинские.

— Готовы ли вы отчитаться перед депутатами муниципалитета о проделанной работе?

— Готов. Несмотря на то, что есть сложности, есть огромное количество проблем, о которых никто не знает (ведь люди воспринимает это все так, что «оно есть — и все»). Из общего объема работы — это не так уж много. И мы надеемся, что когда-нибудь горожане будут спрашивать не о дорогах, а о том, к примеру, почему чинарик валяется у урны. Когда-нибудь мы и до этого дойдем.

— Получается ли строить конструктивный диалог с областным правительством и Облдумой?

— В основной массе там работают люди вменяемые. Есть те, кто ругается, но им хочется сказать: «Приди в мэрию и спроси, чем помочь!».

По некоторым вопросам у нас есть разногласия. Хотелось бы, чтобы ярославские депутаты были бы такими же сплоченными, как, например, рыбинские. В конечном счете, мы же столица области!

Город — это предприятие, которое нужно модернизировать, иначе не будет роста.

— Каковы главные планы мэрии на следующий год?

— В приоритете — программа «Обустроим область к юбилею!», необходимость поставить точку в ситуации с домом на 6-й Железнодорожной. Также есть проблема со станцией ЯДС во Фрунзенском районе и с МУП САХ. Мы готовимся сделать все возможное, чтобы избежать прошлых ошибок с содержанием дорог в зимний период.

Хочу сказать, что население начинает нас поддерживать. Когда люди звонят на радиоэфиры, они указывают на проблемы, а не просят убраться вон.

— Алексей Геннадьевич, что для вас является главной мотивацией на посту первого заместителя мэра?

— Наш город отличает то, что здесь можно реализоваться практически в любой профессии. Хочется, чтобы и родившиеся в Ярославле, и приезжие могли устроить детей в детские сады и школы, найти работу по специальности. Хочется, чтобы город рос и людям хотелось здесь оставаться. Здесь живут мои дети, и надеюсь, что будут жить мои внуки.

Реклама
Закрыть
Интервью
26 мая 2016 в 17:33
«Секрет бессмертия» Народного артиста РФ Тамерлана Нугзарова

28 мая в Ярославском государственном Цирке состоится премьера программы Тамерлана Нугзарова «Горская легенда о любви». Накануне мероприятия «ЯрКуб» узнал у артиста и «лучшего джигита отечественного цирка», как воспитывают цирковых лошадей, чем удивит новая программа, и о том, как оставаться молодым вне зависимости от возраста.

«Секрет бессмертия» Народного артиста РФ Тамерлана Нугзарова


28 мая в Ярославском государственном Цирке состоится премьера программы Тамерлана Нугзарова «Горская легенда о любви». Накануне мероприятия «ЯрКуб» узнал у артиста и «лучшего джигита отечественного цирка», как воспитывают цирковых лошадей, чем удивит новая программа, и о том, как оставаться молодым вне зависимости от возраста.

— Чем отличается работа с лошадьми в конном спорте и в цирке?

— Цирк со спортом в конном деле, конечно, нельзя сравнивать. В цирке лошадей тренируют совсем другим приемам, они по-другому ходят. Конечно, приходится отрабатывать разнообразные трюки: учить гарцевать, кланяться, даже смеяться. По сути, это совершенно другое направление: в конном спорте вы никогда не увидите одновременно 19 лошадей, бегущих галопом. Да и количество тренировок на манеже значительно больше — мы тренируемся ежедневно. Единственное в чем мы сходимся со спортом, это в отношении к лошадям.

С профессиональной точки зрения все упирается в уровень джигитовки. Мы стараемся пустить лошадей на большой скорости, чтобы зритель увидел, насколько эти трюки сложные, рискованные. Иногда я видел настоящую «халтуру»: мне стыдно было смотреть, когда лошади шли рысью, а на них в этот момент делали трюки. Раньше все старались показать настоящий класс: гнали галопом, ставили препятствия, а сейчас многие пошли по легкому пути. Обидно, что эта школа сейчас в упадке: в России нет чемпионов по выездке и конкуру, и мало конезаводов должного уровня.

Раньше нас часто посещали театральные артисты, а сами лошади выступали на сцене. Да и не только они: иногда просили на выступление медведя, например. К сожалению, сейчас такого нет.

«Секрет бессмертия» Народного артиста РФ Тамерлана Нузгарова— Такой «ритм жизни» как то отражается на ваших подопечных?

— Тут существует два момента. Во-первых, как вы лошадь научите, так она и будет ходить. Наши, к примеру, приучены ходить быстро, много тренироваться, не терять форму. Это и зрителям нравится. А во-вторых, у животных тоже есть мозги. Если они не хотят быстро бегать и тренироваться, то держать их на манеже, тем более мучить, я никогда не буду.

Точно также и с приучением к людям. Цирковые звери учатся всегда быть среди людей. Особенно это важно на наших представлениях, когда на сцену выскакивает целый табун.

Плюс цирковым лошадям уход обеспечивает государство. Я могу быть уверен, что их корма будут хорошего качества, а сами животные будут здоровы. Им тогда и работать будет нравиться. Можно сказать, что если не будет государственной поддержки, то и цирк пропадет.

 Если кто-то жалуется на свою работу, я обычно говорю: «Увольняйся!».

— Как отражается такая работа на вас?

— Вы знаете, мне 74 года, и этого возраста я не боюсь. Многие спрашивают, не тяжело ли мне на такой работе, на что я всегда отвечаю: если человек профессионал, любит и знает свое дело, то ему никогда не будет тяжело. Если кто-то жалуется на свою работу, я обычно говорю: «Увольняйся!».

Работа дарит мне возможность двигаться, развиваться. Плохо становится тому человеку, который вне зависимости от возраста и регалий сидит и дряхлеет. Цирк позволил мне увидеть мир от Японии до Чили и смотреть на все несколько иными глазами.

— Какие планы на будущее?

— Я хотел бы сделать программу, основанную на современных танцах, с классической музыкой в модерновой обработке. Ведь у меня почти 90% артистов в труппе — танцоры.

«Секрет бессмертия» Народного артиста РФ Тамерлана Нузгарова«Секрет бессмертия» Народного артиста РФ Тамерлана Нузгарова

— Что станет изюминкой программы, которую вы представите в Ярославле?

— Много всего. Например, мы совмещаем конные выступления и воздушную акробатику: Лариса Багдасарова выезжает на манеж и взлетает на полотнах под купол цирка. А лошади у нас будут подниматься почти к самой оркестровой площадке.

Фото: Ярославский государственный цирк

25 мая 2016 в 09:15
Солист группы Brazzaville Дэвид Браун о России, смерти и роботах

В Ярославль часто приезжают с концертами мировые звезды и производят фурор на больших площадках. Но Дэвид Браун, солист группы Brazzaville, в последнее время предпочитает выступать в формате квартирника или для небольшой аудитории, с которой можно поговорить прямо со сцены. А между тем певец родом из Лос-Анджелеса легко соберет стадион где-нибудь в Турции.

Солист группы Brazzaville Дэвид Браун о России, смерти и роботах

К нам Дэвид приехал с акустической программой в арт-клуб «Китайский летчик Джао Да», успев меньше чем за сутки влюбить в себя всех переводчиц, что оказались в поле его зрения. В России он бывает частенько, поэтому немного говорит и понимает по-русски, много шутит и производит впечатление человека, который совершенно доволен своей жизнью. «ЯрКуб» отправился на встречу с этим необыкновенным исполнителем, который миксует куплеты на английском с припевами на русском, бредит океаном в космосе и предлагает фанатам самим выбирать следующую песню, которую он исполнит.

— Дэвид, давайте начнем с того, что беспокоит многих, кто слушает группу Brazzaville. Все-таки, в каком жанре вы работаете?

— Вы знаете, я задаюсь тем же вопросом. Точно не знаю, ответа на этот вопрос просто нет. Играем ли мы рок, джаз или что-то еще? Наверное, правильно сказать, что мы смешиваем все подряд.

— Какая музыка нравится лично вам, какая привлекает?

— Я люблю разную музыку. Пусть это будет колд, блэк, какой угодно жанр, лишь бы песня была хорошая. Если композиция реально прет, вообще никакой разницы нет, диско это или хеви-метал. У современной певицы Sia есть очень много крутых песен, от которых волосы на руках встают дыбом! А любимые музыканты — это Дэвид Боуи, конечно, и Принс.

— Про них будет вопрос, но чуть позже. В новом альбоме The Oceans of Ganymede есть песня «Робот». Она чудесная, но почему ее герой предпочел бы быть роботом, а не человеком?

— Понимаете, люди сочетают в себе два начала: духовное и животное. Это животное низменное начало приносит много проблем: мы хрупкие, быстро устаем, вынуждены много времени проводить во сне. Раньше инстинкты помогали нам выживать, сейчас же они являются причиной наших бед. Песня «Робот» как раз о том, что человек достиг многого, при этом оставаясь, по сути, животным. А ведь без инстинктов, будучи роботом, каждый из нас стал бы намного прочнее.

Солист группы Brazzaville Дэвид Браун о России, смерти и роботахСолист группы Brazzaville Дэвид Браун о России, смерти и роботах

— А как же то, что сейчас программа от «Гугла» научилась даже сочинять стихи? Хорошо ли это, когда человеку (пусть и похожему на животное) не останется места в этом мире?

— Мы говорим об очень интересных вещах, прямо как в фильме «Она». У каждого из нас есть телефон с операционной системой, и у него много преимуществ: он звучит по-своему, ведет себя как человек, даже обладает чувством юмора! Ты же можешь с ним дружить, он позаботится о тебе. Но я считаю, что высокотехнологичные создания — это просто результат эволюции, так и должно быть, хоть все это и проходит сквозь руки человека. В будущем люди могут совсем спятить от своих нелюбимых работ, постоянной усталости и ругани с близкими. Может, как раз эволюция и прогресс сделают что-то получше?

— Дэвид, Вас часто называют неисправимым романтиком, последним романтиком в мире. Так ли это и какой он — романтик XXI века?

— Мне нравится то время, в котором я живу, у нас ведь есть много замечательных вещей. Например, в прошлом, когда ты хотел куда-то поехать, ты должен был купить машину, платить за нее налоги… А сейчас мы независимы от всего этого. Можно взять такси, и машина будет у тебя ровно столько, сколько нужно. Но также мне тяжело принять какие-то вещи, например, социальные сети. Я предпочитаю не делиться в них своей жизнью. Не думаю, что кому-то будет интересно, как я сварил суп!

— Я считаю, что музыканты должны зарабатывать своими концертами, а не продажей альбомов. Почему я должен тратить кучу денег, если на пластинке из всех песен мне понравится только одна?

— В одном-то старом интервью вы обещали написать свою книгу, автобиографию, если я правильно помню. Где же она?

— Да, точно… Я, конечно, пытался писать, но книга — это огромный объем… (задумался) У меня нет столько времени, чтобы работать над ней. Когда-нибудь я, может, и сделаю это, но для начала нужно еще немного пожить. А уже потом я сяду в своем саду и буду печатать.

— Вас, как человека не из России, интересно спросить про распространение музыки. У нас в стране люди не склонны платить за чужие интеллектуальные достижения, особенно музыку, все скачивают из Интернета! Как вы к этому относитесь?

— Я не думаю, что это большая проблема. Раньше мы все были вынуждены покупать пластинки, тратить на них кучу денег, а в итоге мне могла понравиться только одна песня. Так одну песню я и на радио могу послушать! Мне нравится, что сейчас музыка распространяется свободно, потому что ее очень и очень много. И если среди всего этого многообразия человек захочет услышать именно мое творчество — это уже очень круто. Ему понравится, он станет моим фанатом, придет на концерт и купит футболку. А затем поделится моей музыкой с кем-то еще. Я считаю, что со временем мы должны прийти к тому, что музыканты будут зарабатывать именно своими выступлениями, а не на продажах альбомов.

Солист группы Brazzaville Дэвид Браун о России, смерти и роботах Солист группы Brazzaville Дэвид Браун о России, смерти и роботах

— Вы очень много путешествуете по Европе, Америке, Азии. И вашу музыку называют «мировой». У вас в голове вообще на карте мира есть границы?

— Да, я правда очень много путешествую! В самолете провожу большую часть жизни, в аэропорту люблю работать. Там нет Интернета, можно сконцентрироваться, потому что никто не отвлекает. Все это очень вдохновляет. А страны я различаю по эмоциям, которые я испытываю. Россия, Китай, Турция и Америка ощущаются совершенно по-разному, и каждую из этих стран я ценю по-своему.

— У нас в России путешественники часто говорят, что путешествия кардинально изменили их жизнь, открыли глаза на мир и буквально перевернули вообще все. У вас такое когда-нибудь было?

— Конечно! Поездки очень меняют жизнь. Один месяц проживаешь как за три, когда ты в туре, например. Ты получаешь огромный опыт, видишь много городов, встречаешь много людей… Оглядываешься назад, и реально кажется, что прошло гораздо больше времени, чем один месяц! Это будто полноценная жизнь. А вообще любой жизненный опыт меняет тебя. Ты можешь ходить на работу и это на тебя влияет, ты можешь ходить на любимую работу, и это тоже окажет огромное воздействие.

— Как вы считаете, глобализация, о которой говорят как о закономерном развитии человечества, должна смешать все культуры или оставить им шанс на идентичность?

— Я думаю что мир сейчас становится меньше, так как можно через социальные сети связаться с человеком из любой точки Земли. Но и в этих условиях Китай останется Китаем, а Россия — Россией. Каждая культура будет идти своим путем, несмотря на интеграцию.

— Россия - по-настоящему великая страна, здесь есть люди, которые смогут изменить все в лучшую сторону.

— На ваш взгляд, загадочная русская душа — она какая?

— Она действительно загадочная! Россия абсолютно уникальная страна, потому что это не Азия и не Америка. Это что-то вообще другое. Есть вещи приятные и неприятные, но у России великая культура, невероятная история, здесь работали и работают потрясающие художники и невероятные ученые. Кто-то говорит мне: «Ну, Россия…» А я говорю, что это мощная страна. Пока она молодая, здесь есть много проблем, но я думаю, что креативные и амбициозные люди со временем изменят все к лучшему.

— Давайте пару слов скажем о последнем альбоме группы Brazzaville. Я читала, что название альбома The Oceans of Ganymede cвязано с вашими мыслями по поводу того, что будет после нашей смерти. И я знаю, что последние громкие известия о смерти Принса и Девида Боуи очень вас огорчили, и они как-то связаны с этой пластинкой.

— Знаете, они умерли, и вроде все нормально… Они же прожили замечательные жизни. Все мы умрем, кто-то раньше, кто-то позже, это неизбежно. Девид Боуи прожил такую жизнь, на скольких людей он успел повлиять? На меня так точно! Я назвал альбом так, потому что прочитал об океане на спутнике Юпитера, который скрывается под толщей льда. Мне эта идея — океан в Космосе — показалась замечательной. Может быть, после смерти, подумал я, мы отправмся туда, освободившись от тел, и увидим в этом океане тех, кого когда-то любили.

— Группе Brazzaville уже почти 20 лет. Вы чувствуете, что это время действительно прошло или для вас годы промелькнули как один день?

— Мы как будто вчера встретились, но годы длились долго, и это было удивительное время. Я не могу поверить в то, что прожил необыкновенную жизни. Я очень счастливый человек.

— Правда?

— Да вы только посмотрите на меня! (ест десерт и смеется).

Подробный фотоотчет с концерта.

«ЯрКуб» благодарит Ксению Кочеткову за помощь с синхронным переводом

Видео с концерта: операторы - Jeff $$$, Илья П., монтаж - Jeff $$$


19 мая 2016 в 12:35
Доктор медицинских наук И.Е. Тюрин: «Недостаток специалистов — одна из центральных проблем нашего здравоохранения»

В мае в Ярославле прошла научно-практическая конференция «Торакальная радиология: лучевая диагностика заболеваний органов дыхания». Ее участники — врачи-рентгенологи, педиатры, пульмонологи, торакальные хирурги, фтизиатры — обсудили широкий круг вопросов. Насколько удовлетворительна ситуация с оснащением ярославских медицинских учреждений высокотехнологичным оборудованием? Конкурентоспособны ли отечественные медицинские технологии? Об этом «ЯрКубу» рассказал главный специалист по лучевой и инструментальной диагностике Министерства здравоохранения Российской Федерации, вице-президент РАР, д.м.н. Игорь Евгеньевич Тюрин.

Доктор медицинских наук И.Е. Тюрин: «Недостаток специалистов — одна из центральных проблем нашего здравоохранения»

— Игорь Евгеньевич, какие вопросы были затронуты на конференции?

— Должен сказать, что сейчас развитие специальности направлено, в значительной степени, на снижение лучевой нагрузки. На первый план выходят безопасные технологии, и, в первую очередь, это касается проведения исследований и лечебных процедур у детей и подростков, ведь именно в этой возрастной группе воздействие радиации наиболее опасно. Поэтому в фокусе внимания участников конференции оказались инновации в обеспечении здравоохранения современными медицинскими технологиями, и в частности снижение нагрузки на пациентов при лучевой диагностике.

— Насколько оснащены больницы Ярославской области современным оборудованием? Безопасно ли проведение исследований для пациентов в нашем регионе?

— Радует, что здесь об этом много думают и заботятся. На конференции много говорили о том, что оборудование, которое приобретается лечебно-профилактическими учреждения Ярославской области в последние годы, оснащено технологиями, направленными на снижение лучевой нагрузки. Так, с появлением методик адаптивной статистической итеративной реконструкции, позволяющих снизить лучевую нагрузку до 40% и 80% соответственно, стало возможным проведение безопасных низкодозовых исследований с неизменно высоким качеством изображения. Это является одним из самых важных факторов снижения нагрузки на организм при использовании.

— Российские производства в данной сфере являются конкурентоспособными?

— В нашей стране более 80% рентгенографических аппаратов производятся и устанавливаются российскими производителями. Это повод для гордости, так как за последние 15 лет мы добились высококлассных характеристик. К тому же это оборудование абсолютно доступно для больниц, а соответственно — для большинства жителей Ярославской области. Но пока российские производители не могут «закрыть» всю нишу необходимого медицинского оборудования. В частности, если речь идет об аппаратах для компьютерной томографии или другой современной техники, на помощь приходят наши зарубежные коллеги.

— Новое оборудование требует квалифицированных кадров. Как обстоят дела с ними?

— Недостаток специалистов — одна из центральных проблем нашего здравоохранения. Во-первых, ощущается физический недостаток докторов, а, во-вторых, они очень непропорционально распределены. Большинство врачей стараются работать в крупных городах, а в небольших населенных пунктах наблюдается серьезный дефицит. Ситуация в Ярославской области чуть благополучнее, чем в среднем по России. В этом плане является очень ценным стратегическое партнерство с ведущими мировыми производителями. Например, большую поддержку проведения образовательных мероприятий для профильных специалистов оказывает компания GE Healthcare – и нынешняя конференция не является исключением.

— Ждать ли изменения ситуации в данном вопросе?

— Текущая ситуация далека от совершенства, но внушает некоторый оптимизм. Меня лично порадовал тот факт, что на кафедре лучевой диагностики ЯрГМУ сейчас обучается порядка 20 ординаторов-интернов, которые буквально через полгода-год станут врачами-рентгенологами. Для сравнения: в конце 90-х на кафедре могло обучаться всего 2–3 человека. Это означает, что молодые люди начинают возвращаться в профессию, что в значительной степени связано с модернизацией оборудования и реконструкцией медицинских учреждений.

Текст: Михаил Беляков.

7 мая 2016 в 19:50
Эволюция «Мельницы», или «Алхимия» как любимый альбом коллектива

4 мая «Мельница» представила в Ярославле программу в поддержку одного из самых необычных своих альбомов под названием «Алхимия». «ЯрКубу» представилась возможность узнать у фронтмена группы Натальи О`Шей, как стоит воспринимать изменения в музыке коллектива, с каким философским подходом начинать слушать новую пластинку, а также, чего ожидать от следующего альбома.

Эволюция «Мельницы», или «Алхимия» как любимый альбом коллектива

 

4 мая «Мельница» представила в Ярославле программу в поддержку одного из самых необычных своих альбомов под названием «Алхимия». «ЯрКубу» представилась возможность узнать у фронтмена группы Натальи О`Шей, как стоит воспринимать изменения в музыке коллектива, с каким философским подходом начинать слушать новую пластинку, а также, чего ожидать от следующего альбома.

 — Новый альбом «Алхимия» резко отличается от «классического» творчества группы, причем настолько, что некоторые критики говорили, что под него следует создавать отдельный проект. Что вы думаете об этой критике?

 — Мы никогда не ставили себе целью создать некий классический стиль. Мы считаем, что группа должна развиваться, и если «это не Мельница» — ну хорошо, тогда нужно сделать ребрендинг, выбрать иное имя. К примеру, как сделал Jefferson Airplane, со временем превратившийся в Jefferson Starship.

 — И все-таки изменения заметны. Это эксперимент или «Мельница» продолжит развиваться в этом направлении?

 — Мы продолжаем. Другое дело, что на следующей пластинке, которая сейчас в работе, для поклонников и критиков найдется больше того, что вы называете «классической Мельницей». Дело в том, что мы параллельно вели работу над этими двумя альбомами и совершенно сознательно сделали такое распределение. «Алхимия» более стадионно-роковая, более «Pink Floyd-овая». Ее продолжение, название которого я пока не раскрываю, возможно, станет чуть более фолковым.

Мы никогда не ставили себе целью создать некий классический стиль. 


Эволюция «Мельницы», или «Алхимия» как любимый альбом коллективаЭволюция «Мельницы», или «Алхимия» как любимый альбом коллектива

 — В новом альбоме можно найти множество аллюзий. Чем в первую очередь вы вдохновлялись при написании «Алхимии»?

 — Не скажу.

 Просто надо понимать, что любые аллюзии — вторичны, это инструментарий. Вдохновлялась я личными впечатлениями и воспоминаниями, которыми делиться я не готова. Потому что они мои. То, что из них получилось, стало песнями. А отсылки к творчеству Цветаевой, к Пастернаку, Экзюпери, к «Моби Дику» — это инструмент.

 Мои впечатления — это луковица. Песни — выросший из этой луковицы великолепный фиолетово-желтый ирис. А аллюзии и отсылки — мои удобрения, совочек и маленькие грабельки, которыми я обрабатывала этот росток. Здесь философский подход нужно применять, теорию процессов. В этом плане в этот альбом мы все абсолютно влюблены.

 Мои впечатления — это луковица. Песни — выросший из этой луковицы великолепный фиолетово-желтый ирис...


 Эволюция «Мельницы», или «Алхимия» как любимый альбом коллективаЭволюция «Мельницы», или «Алхимия» как любимый альбом коллектива

—Параллельно с музыкой вы занимаетесь научной работой. Каким-то образом получается это совместить?

 — То, что я говорю на ирландском, позволило выпустить пластинку «Новые ботинки», где я пою на разнообразных кельтских языках. Плюс у меня есть научный проект, в котором я рассказываю сказки для детей. Буквально через несколько недель я отправляюсь в Финляндию, где буду заниматься этой работой.

 — Все в совокупности требует невероятной энергии. Как получается с этим справляться?

 — Никак.

 Я постоянно в разъездах. В домашней или рабочей студии. В свободное время сплю, готовлю или бегаю. Бег позволяет держать себя в порядке и в форме, а кулинария — снимать нервное напряжение. Для меня хороший «антистресс» — это два блюда в духовке, четыре на конфорках, и еще салат.

 — Концерты больше изматывают или насыщают энергией?

 — Это слишком от многого зависит: как прошел саундчек, есть ли проблемы со звуком, как принимает публика… вплоть до того, какая сейчас погода на улице. К тому же, есть аудитории, которые просто непривычны к концертам и не выкладываются так, как, к примеру, жители Одессы или Дальнего Востока.

 — А Ярославская публика как принимает?

 — Мы третий раз приезжаем в Ярославль, и, вне зависимости от того, камерный это или клубный концерт, зрители всегда нам рады, очень тепло встречают.

Читайте также другие материалы «ЯрКуба» с Натальей О'Шей.

Кроме того, в нашей фотогалерее вы найдете подробный отчет с прошедшего концерта.

Фотограф: Илья Привезенцев

5 мая 2016 в 16:16
Ставка больше, чем жизнь

За все приходится платить… Особенно высокую цену диктует «договор», под которым ставят визы творец и его муза. Страсти и страхи, призвание и литературный момент, ставка и условия игры — 29 апреля поэт и лидер панк-группы «Последние Танки В Париже» (П. Т. В. П.) Алексей Никонов представил в ярославском клубе "Китайский лётчик Джао Да" свои лучшие стихи и ответил на вопросы «ЯрКуба».

Ставка больше, чем жизнь_63644
Ставка больше, чем жизнь_63645
Ставка больше, чем жизнь_63646
Ставка больше, чем жизнь_63647
Ставка больше, чем жизнь_63648
Ставка больше, чем жизнь_63649
Ставка больше, чем жизнь_63650
Ставка больше, чем жизнь_63651
Ставка больше, чем жизнь_63652
Ставка больше, чем жизнь_63653
Ставка больше, чем жизнь_63654
Ставка больше, чем жизнь_63655
Ставка больше, чем жизнь_63656
Ставка больше, чем жизнь_63657
Ставка больше, чем жизнь_63658
Ставка больше, чем жизнь_63659
Ставка больше, чем жизнь_63660
Ставка больше, чем жизнь_63661
Ставка больше, чем жизнь_63662
Ставка больше, чем жизнь_63663
Ставка больше, чем жизнь_63664
Ставка больше, чем жизнь_63665
Ставка больше, чем жизнь_63666
Ставка больше, чем жизнь_63667
Ставка больше, чем жизнь_63668
Ставка больше, чем жизнь_63669
Ставка больше, чем жизнь_63670
Ставка больше, чем жизнь_63671
Ставка больше, чем жизнь_63672

За все приходится платить… Особенно высокую цену диктует «договор», под которым ставят визы творец и его муза. Страсти и страхи, призвание и литературный момент, ставка и условия игры — 29 апреля поэт и лидер панк-группы «Последние Танки В Париже» (П. Т. В. П.) Алексей Никонов представил в ярославском клубе "Китайский лётчик Джао Да" свои лучшие стихи и ответил на вопросы «ЯрКуба».

О призвании поэта и его самоидентификации

— На чем сейчас зиждется призвание поэта? Кто может им себя справедливо называть?

— Все очень просто. Поэт — человек, который поставил себя в тотальную зависимость от языка. Остальное метафизика.

— Что вы вкладываете в понятие тотальной зависимости от языка? Что это значит на вашем примере?

— В 21 год я написал свой первый стих. После этого я жил, писал, лет через 14 после того момента я начал замечать, что творчество нарастает настолько, что вытесняет саму жизнь. Сейчас я нахожусь в ситуации, когда слова, литературный момент заслоняют собой все остальное.

— А это не страшно?

— Очень страшно, страх заключается в том, что ты перестаешь доверять людям. Помимо страха, зависимость порождает текст, ты платишь за него, порой платишь всей своей жизнью.

— Как договор с дьяволом?

— Может быть, но скорее не с дьяволом, а со своей музой. Ты должен быть ей верен и отвечать перед ней.

О признании и литературных сообществах

— Существует общественное признание и признание коллегами по цеху, представителями литературных сообществ? Насколько объективно признание последних?

— К сожалению, вовсе не является объективным, по крайней мере в наше время. Я только «за» существование поэтических групп. Мне кажется, когда формируются подобные группы, возникает сильная атака на сознание обывателей, потенциальных читателей. Все поэтические группы, как правило, претендуют либо на это, либо на новую описательную структуру. Но все существующие ныне литературные группировки не могут предложить новой описательной структуры, так как находятся в замкнутом кругу постмодерна. Если кто-то не согласен с этим, прошу привести примеры.

Ставка больше, чем жизнь Ставка больше, чем жизнь

Никакой идеи вообще в стихах быть не может. Язык в поэзии первичен.

— Литературные сообщества не пускают в свой круг посторонних людей или же делают это неохотно.

— Все закрытые группировки ограничивают вход в свои круги, это нормально.

— Как достучаться до читателя?

— Через книги и интернет. Сейчас, в век новых технологий, все стало проще, любой может представить на суд что угодно, но повторюсь, если человек не находится в зависимости от языка, это не поэт, это не будет интересно. Если человек говорит о каких-то внешних раздражителях, он не поэт. Поэт говорит только о внутренних вещах.

О формах, канонах и кайфе

— Насколько сейчас важны рифма, метр и прочие составляющие стиха?

— При постмодернизме форма меняется постоянно, поэтому вопрос несколько странный. Она важна, но постоянно трансформируется. Если говорить о содержании, то в России всегда есть форма, а ее содержание не всегда является обязательным. Все вокруг козыряют, что все хорошо, а копнешь глубже — «хана». Исключение — стихи классиков, там форма практически всегда соответствует содержанию.

— Что первично — идея или рифма?

— Никакой идеи вообще в стихах быть не может. Язык в поэзии первичен, идея идет лесом. Правильный путь — идти за рифмой и только за ней. Значение, смысл, они никого не волнуют. Я никогда не сажусь писать в погоне за идеей, исключение — литературные заказы, как в моем случае это было с поэмой «Медея».

Ставка больше, чем жизньСтавка больше, чем жизнь

Поэзия — это когда за стихом, за его рифмой, сюжетом и смыслом существует «НЕЧТО». Если «НЕЧТО» отсутствует, это не поэзия.

— Но бывает же такое, когда замысел не ложится на бумагу, слова не передают ощущений? Что делать в таком случае?

— Да и не надо их передавать тогда. Не ложатся сейчас, лягут потом. Если впечатление яркое, ты от него никуда не скроешься, рано или поздно оно выплеснется. Если же впечатление не яркое, то и оно и не нужно тебе. Говоря языком поэтической кухни, всем обидно, когда что-то не запомнилось так, как этого хочется, но поэзия — жестокая вещь…

— Получается, что поэзия — что-то вроде слов ради самих слов?

— Нет, мы сейчас говорим о форме. Поэзия — это когда за стихом, за его рифмой, сюжетом и смыслом существует еще «НЕЧТО». Если «НЕЧТО» отсутствует, это не поэзия. А вот что такое то самое «НЕЧТО», человеческими словами не объяснить, это иррациональное, именно в этом заключается залог вечности и непреходящего значения поэзии. По Канту это может объясняться как вещь в себе, по Пушкину и моему скромному убеждению «НЕЧТО» объясняется словом муза. Но, так или иначе, это «НЕЧТО», и никто не знает наверняка его значение, в противном случае поэзия была бы никому не интересной.

Один человек точит камень и является столяром, второй при этом скульптор. Тот самый второй — поэт. Жизнь — это наше представление о ней, объективными мы быть не можем, а явления, которые существуют, рождаются в нашем мозгу. Мы не выплываем за пределы собственного сознания. Но когда нас втаскивают в экстремальную ситуацию, мы начинаем трепыхаться. Поэт — тот, кто способен взять волю в кулак и изменить мир.

Ставка больше, чем жизньСтавка больше, чем жизнь

Написание стихотворения — это приключение, приключение отдельного стиха в твоей голове. Нельзя его делить на процесс и результат.

— Ритм важен?

— Он появляется из этого самого «НЕЧТО», поэт его не закладывает изначально.

— Пишем стих, накладываем слова на бумагу, что важнее — процесс или результат? Кайф где зарыт?

— Кайф должен присутствовать обязательно! Что касается процесса и результата, то в случае с поэзией я бы не стал их разделять. Если произведение того стоит, ты потеешь над ним, и засыпаешь после его написания как после секса. А даже круче, я тебе скажу. Утром приходит отрезвление — ты начинаешь править стих. Ну все, как с женщинами, вечером затащишь ее в постель, думаешь: «Ну какая классная!». Утром просыпаешься и говоришь про себя: «Блин, иди домой, а?». Все то же самое и с написанным стихотворением, один в один. Вы все спрашиваете, как выглядит муза? Уверяю вас, это точно женщина!

Написание стихотворения — это приключение, приключение отдельного стиха в твоей голове. Нельзя его делить на процесс и результат. Когда слова для тебя заслоняют действительность, ты превращаешься в поэта.

О чтении вслух

— Я грешен тем, что подачей материала несколько отвлекаю слушателя от содержания стиха. Берем пример Есенина, по моему убеждению, он читал лучше всех, именно в этом залог его популярности.

В начале «нулевых» у меня была идея, что вся поэзия должна быть устной, но с приходом социальных сетей, я от этой позиции отказался. Сейчас все стали больше читать глазами, нежели слушать. Что касается восприятия стихов слушателями вживую, полагаю, поэту не должно быть до этого большого дела, он в первую очередь обязан работать над текстом, текст первичен.

О судьбе

— Я на жизнь не жалуюсь. Мое любимое изобретение последнего времени — фраза «биография вывезет».

О литературной критике

— Современная литературная критика не выполняет своих задач, она находится в ужасном состоянии. Журналистика исчезла как профессия. По сути, мы живем в тоталитарном обществе.

О проклятии поэта

— В значение крылатого выражения «проклятый поэт» каждый вкладывает что-то свое, в чем, на ваш взгляд, заключается проклятие поэта?

— Поэт ставит себя в тотальную зависимость от языка. Я думаю, проклятый поэт тот, кто помимо этого, занимает агрессивную позицию по отношению к языку, к обществу и к самому себе, ко всему! Проклятие — это конечный нигилизм.

Ставка больше, чем жизньСтавка больше, чем жизнь

Проклятие — это конечный нигилизм.

— Проклятые поэты зачастую получают широкое признание после смерти?

— Нет разницы, когда ты его получаешь. Думаю, умершему поэту все равно, признан он после смерти или нет. Возьмем пример Шекспира: есть ли разница, кем он был на самом деле? Важны его труды и не более.

О Шарле Бодлере

— Обожаю стих «Альбатрос». Когда я был молодым, он казался мне пошлым и слишком простым. Чем старше становлюсь, тем больше понимаю глубинное значение этого стиха. Перевод французских поэтов не передает всю красоту их стихов. Однажды в Париже мне читали Рембо на французском, это было незабываемо. Одно из лучших воспоминаний моей жизни.

О Джиме Моррисоне

— Я был на могиле Моррисона, весь Пер-Лашез исписан фанатами «The Doors» надписями, там постоянно что-то происходит. Считаю Моррисона поэтом уровня Есенина, только в мировом масштабе, а не российском.

О Марселе Прусте и семитомной эпопее «В поисках утраченного времени»

— Ничего особенного, я пришел к Прусту через Набокова. Очень рад, что на моем пути попалась эпопея «В поисках утраченного времени» — философская и психологическая серия. Я бы советовал знакомиться с ней так: читаешь вторую часть («Любовь Свана») первой книги («По направлению к Свану»), сразу понимаешь — осилишь Пруста или нет. Он достаточно сложный автор, но когда начинаешь его понимать, тебя обухом по голове бьет, осознаешь, что написанное им всегда работает. В этом залог успеха всех французских моралистов, многих немецких и русских философов. Идеи, предлагаемые ими, работают как в метафизике, так и в эмпирике.

Фото: Илья Привезенцев

Ставка больше, чем жизньСтавка больше, чем жизнь

В центре внимания
30 апреля 2016 в 15:04
FAQ по вокалу от солистки LaScala Ани Грин

Влияет ли алкоголь на качество вокала? Сколько нужно работать, чтобы спеть все любимые песни и начать заниматься собственными? Как выйти на сцену и не потерять голос? Об этом, а также о многом другом «ЯрКуб» спросил у солистки группы LaScala Ани Грин после ярославского мастер-класса коллектива, призванного помочь начинающим вокалистам в выборе записывающего оборудования.

FAQ по вокалу от солистки LaScala Ани Грин


Влияет ли алкоголь на качество вокала? Сколько нужно работать, чтобы спеть все любимые песни и начать заниматься собственными? Как выйти на сцену и не потерять голос с испуга? Об этом, а также о многом другом «ЯрКуб» спросил у солистки группы LaScala Ани Грин после ярославского мастер-класса коллектива, призванного помочь начинающим вокалистам в выборе записывающего оборудования.

Трудиться, трудиться и еще раз трудиться!

Связки — инструмент, и, к сожалению, самый хрупкий, какой только может быть. 

— Много времени уходит на работу с вокалом?

— Все зависит от задатков, которые даны природой, но в итоге да, очень много. Я раньше мало времени уделяла вокалу, считала, что можно пользоваться тем, что досталось от природы. А ровно год назад у меня случилась очень неприятная история со связками. Тогда мой фонеатр и педагог по вокалу сказали, что необходимо заниматься гигиеной голоса, распеваться, разогреваться.

Связки — инструмент, и, к сожалению, самый хрупкий, какой только может быть. Если порвалась струна на гитаре или пластик на барабане, их можно заменить. В случае с голосовым аппаратом владельца будут ждать неприятные, долгие и дорогостоящие процедуры по восстановлению. «Заменить струну» в таком случае не получится.

— А какие процедуры подразумевает гигиена голоса?

— По идее, диета профессионального певца по жесткости сравнима с диетой человека, страдающего гастритом. Не могу сказать, что делаю так, как требуют того гуру в вокальном преподавании: ничего острого, никаких семечек и еще с десяток «не». Однако за своим голосом необходимо следить. Сейчас я стала больше пить теплого. Раньше казалось, «я такая сильная, что могу выпить что-нибудь холодное и петь». Теперь понимаю, что нагрузка на связки возрастает, за ними надо следить, баловать их.

Впрочем, необходимо помнить, что это лишь подготовительный процесс. Много, спать, соблюдать диету и меньше нервничать полезно, но не во вред практике. Дело не только в гигиене голоса, но и в тех упражнениях, которые позволяют постоянно совершенствоваться.

Мастер-класс по вокалу от солистки LaScala Ани ГринМастер-класс по вокалу от солистки LaScala Ани Грин

«Спортзал» для вокалистов

У группы Мумий Тролль есть песня «Новая луна апреля». Когда-то она меня настолько сильно вдохновила, что я пропевала ее множество раз в день. 

— Какие упражнения позволяют тренировать голос?

— Для начала я рекомендую всем начинающим постоянно себя записывать, причем на любые носители: микрофоны, диктофоны, даже мобильные. Это позволит научиться слушать себя, а заодно тренировать голос, как это делают с мышцами в спортзале. Если вы правильно тренируетесь, то постепенно начинаете приобретать необходимую форму. Однако стоит бросить это на пару месяцев, как мышцы начнут «спадать». С вокалом аналогичная история.

У группы Мумий Тролль есть песня «Новая луна апреля». Когда-то она меня настолько сильно вдохновила, что я пропевала ее множество раз в день. Это позволило во многом мне усвоить «фундамент», научиться слушать себя.

Существует огромное количество техник и правил подачи звука. И все они сводятся к тому, что необходимо не перегружать голос. На первых концертах к восьмой песне сет-листа я уже уставала, и это было очень обидно: публика всегда встречает нас тепло, с различными крутыми флэш-мобами. Но в последний год я нашла для себя тот комфортный баланс, но это приходит только с опытом.

— Есть такая вещь, как «голосовой диапазон». Причем многие считают, что выйти за пределы обычного диапазона в одну-две октавы практически невозможно.

— Научиться можно всему, в том числе и разработать диапазон. Если человек говорит, что его предел — полторы октавы, значит, он просто не готов учиться. Существуют определенные позиции, которые поют вокалисты, и каждую из них можно освоить, потратив время. Было бы желание.

Мастер-класс по вокалу от солистки LaScala Ани ГринМастер-класс по вокалу от солистки LaScala Ани Грин

30 апреля в 20:00 рок-группа LaScala презентует в ярославском клубе «Китайский летчик Джао Да» новое музыкальное шоу, посвященное выходу второго полноформатного альбома «Мачете». Выступление пройдет в рамках «SEX, ROCK’N’ROLL & ALCOHOL TOUR!».

Полезные советы

Мелисса Кросс, часто повторяет: «Don’t push» — не давите.

— Какой совет вы бы дали человеку, который первый раз поет перед аудиторией?

— Такой известный преподаватель по экстремальному вокалу, Мелисса Кросс, часто повторяет: «Don’t push» — не давите. Пение должно быть легким и непринужденным. На концертах очень сложно с данной практикой. Поневоле, когда заряжаешься драйвом, он отражается и на связках. Мне потребовалось время, чтобы научиться разграничивать энергетику физическую и голосовую.

—Что делать со скованностью, которая многим мешает петь?

— Нужно помнить: Ты выходишь на сцену со своим материалом. Это означает, что ты в нем уверен, лучше тебя его не исполнит никто. Не нужно забивать себе голову посторонними мыслями: а что, если микрофон начнет фонить, слова забудутся или нечто подобное. Просто делаешь то дело, которое получается у тебя лучше всего. Необходимо сосредоточиться на тех эмоциях, которые получаешь от исполнения собственного материала, и тогда люди почувствуют это. Необходимо научиться полюбить свой голос. Слушать его, постоянно петь. По сути, нужно ловить кайф оттого, что ты делаешь.

— А если говорить об профессиональных мифах. Влияет ли алкоголь на голос и пение как таковое?

— Мне кажется что положительное влияние алкоголя на голос — это психосоматика. Я не практикую употребление коньяка «чтобы разогреться» перед выступлениями. Спиртное разогревает мне голову, но не разогревает связки. Так что лучше сделать хорошую распевочку.

 

 

20 апреля 2016 в 15:53
Писатель Эдуард Тополь: хочу обратиться к властям Ярославля, чтобы снять фильм об Иване Ткаченко

В Ярославль приехал писатель, кинодраматург, продюсер и режиссер Эдуард Тополь, чтобы лично презентовать публике свою новую книгу «Стрижи на льду». Это детское произведение, в основу которого положена история трагически погибшего в авиакатастрофе капитана ярославского ХК «Локомотив» Ивана Ткаченко. «ЯрКуб» поговорил с Эдуардом Тополем о съемках фильма по книге, а также о благотворительности и особенностях детской литературы.

Писатель Эдуард Тополь: хочу обратиться к властям Ярославля, чтобы снять фильм об Иване Ткаченко

Для Эдуарда Тополя Иван Ткаченко стал такой же знаковой фигурой Ярославля, как и Валентина Терешкова. Причем ранее не увлекавшийся хоккеем писатель смог описать жизнь мальчишки, страстно мечтающего играть в сборной, но по состоянию здоровья вынужденного лишь наблюдать за матчами издалека. Сначала появился сценарий по мотивам жизни Ткаченко для дипломной работы выпускника режиссерских курсов ВГИКА Артура Пинхасова, затем книга «Стрижи на льду»… Что дальше? Видимо, полнометражный фильм, если найдутся средства. Все остальное, как заверил «ЯрКуб» Эдуард Тополь, уже есть.

— Эдуард Владимирович, Вы в Ярославле уже во второй раз, и сейчас идет речь о возможной работе над фильмом по книге «Стрижи на льду». Снимать будете здесь или где-то еще?

— Город, конечно, произвел на меня сильное впечатление, Ярославль очень кинематографически привлекательный, можно снять так, что зритель будет задыхаться от красоты. Нужно уметь так снимать, но у меня есть лучший оператор страны, поэтому проблем с этим не возникнет.

— И сколько же будет стоить это удовольствие?

— На фильм нужно 2,5 миллиона долларов. Если Вы дадите мне их сегодня, завтра мы готовы приступить к съемкам.

— Возникает вопрос, где найти эти деньги, ведь 2,5 миллиона долларов — достаточно большая сумма.

— Я бы хотел пообщаться с руководством Ярославля и местными бизнесменами. Могу сказать, что фильмы «Полночь в Париже» и «Римские каникулы» сняты на деньги Рима и Парижа. Мэрия выделила средства, режиссер снял город так, чтобы он выглядел привлекательно для туристов. И я могу предложить вашему городу визитную карточку на экране качеством не хуже, чем у названных выше фильмов.

Писатель Эдуард Тополь: хочу обратиться к властям Ярославля, чтобы снять фильм об Иване Ткаченко Писатель Эдуард Тополь: хочу обратиться к властям Ярославля, чтобы снять фильм об Иване Ткаченко

— Сценарий при этом будет, наверное, сильно отличаться от сюжета книги «Стрижи на льду»?

— Нет, сюжет дает все возможности. Например, я специально сделал героиню книги, мать главного персонажа, экскурсоводом по Ярославлю. Главный герой, 12-летний мальчик, тренируется на фоне исторических мест, бегает по Волжской набережной. Я не знаю, кто еще придумает такой сюжет, чтобы и фильм впоследствии показал город потенциальным туристам. Я знаю, о чем говорю, так как мои фильмы смотрят миллионы людей ежегодно. Если вы хотите, чтобы Ярославль еще 40 лет показывали по телевизору, помогите мне сделать этот фильм.

— Я думаю, что руководство города и области, например, губернатор, оценят эту идею. Но вот лишних средств в бюджете сейчас фактически нет.

— Я понимаю, что у Ястребова в кармане нет денег. Но в городе есть бизнесмены, которые, наверняка, являются фанатами хоккея. А Иван Ткаченко теперь — знаковая фигура для города, как Валентина Терешкова.

— Как родители Ивана отнеслись к Вашей книге, когда узнали о том, что вы собираетесь ее написать?

— Они сказали, что в этой книге Иван продолжает жить, а для них это самое главное. «Стрижи на льду» появилась в результате совместной работы с Артуром Пинхасовым, и она получилась очень красивой. Издательство «АСТ» постаралось: иллюстрации к ней создал художник Герман Мазурин, один из классиков детской книжной иллюстрации. Он рисовал для книг, которые читал еще ваш дедушка — «Дядя Степа», «Старик Хоттабыч» и других. Это не просто «как бы очередная книжка». Не каждую книгу я лично представляю, разъезжая по городам, но я считаю, что Иван Ткаченко достоин этого.

Писатель Эдуард Тополь: хочу обратиться к властям Ярославля, чтобы снять фильм об Иване Ткаченко Писатель Эдуард Тополь: хочу обратиться к властям Ярославля, чтобы снять фильм об Иване Ткаченко

— Эдуард Владимирович, вы писатель, скажите: чем отличаются книги для детей от книг для взрослых?

— Честностью. В книгах для детей не слукавишь, надо писать от сердца. Я писал даже не детям, а себе самому, только в возрасте 9–12 лет. И все получилось, потому что к детям нужно относиться уважительно, нельзя допускать грязи: я же не буду врать себе десятилетнему.

— Прошло время «аналогового» детства, в котором не было компьютеров и Интернета. Раньше в книгах этого тоже не было (не считая, конечно, научную фантастику). Сейчас информационные технологии врываются на страницы детских произведений?

— А вы почитайте книжку, там все это есть. Мой герой, например, в самом начале днем и ночью сидит в «YouTube».

— Книга «Стрижи на льду» адресована, в первую очередь, мальчикам. А девочкам будет интересно ее читать?

— Честно говоря, я думал, что пишу для детей в возрасте 10–12 лет, неважно, девочкам или мальчикам. Девочка играет в жизни мальчика или мужчины не меньшую роль, чем обстоятельства, поэтому у меня есть героиня и даже не одна. Но на первом же интервью на телевидении ведущий, пожилой мужчина лет 50, выше меня на две головы, сказал: «Я прочел вашу книгу и дважды плакал». Для меня это как комплимент, значит, книга получилась семейной, читать ее могут и взрослые.

Писатель Эдуард Тополь: хочу обратиться к властям Ярославля, чтобы снять фильм об Иване Ткаченко Писатель Эдуард Тополь: хочу обратиться к властям Ярославля, чтобы снять фильм об Иване Ткаченко

— Давайте немного поговорим о благотворительности. Как Вы считаете, благотворительность должна быть открытой или такой, как у Ивана Ткаченко — чтобы даже мама не знала?

— Книга родилась после моего потрясения, когда после гибели Ивана выяснилось, что он анонимно пожертвовал 10 миллионов рублей на лечение детей. Меня это так тронуло, что дальше я просто нырнул в эти обстоятельства. Благотворительность — это «благо дарить», а не «гордынятворительность». Она должна идти от души для блага кого-либо, ею нельзя хвастаться. И Иван делал это очень красиво, когда никому не говорил.

— Эдуард Владимирович, недавно редактор «Комсомольской правды» Евгений Арсюхин написал колонку, посвященную положению инвалидов в современном обществе и тому, как в истории менялось отношение к таким людям. Арсюхина общественность обвинила почти в фашизме, а также многим не понравилось то, что поклонников писателя-инвалида Ника Вуйчича редактор «КП» уличил в жалости к кумиру. Герой вашей книги в самом начале тоже имеет проблемы со здоровьем. Как вы считаете, имеют ли право на жизнь такие люди?

— Я не читал колонку, но мне жаль, если все действительно так, потому что это моя газета, я там когда-то работал. Что касается вопроса… он очень сложный. Но недавно я сделал фильм «На краю стою», где Артур Смолянинов играет инвалида, и думаю, что именно в нем сказал все, что думаю по этому поводу. Дело ведь не в жалости. Инвалидам нужно всячески помогать чувствовать себя людьми.

Кстати, презентацией книги Эдуарда Тополя "Стрижи на льду" открылась XIX ежегодная выставка «Книжная культура Ярославского края». Подробнее о мероприятии можно узнать здесь.  

20 апреля 2016 в 14:22
ОдноНо: «Мы обращаемся к сердцу!»

«Изменить мир, изменив себя» — именно так мог бы прозвучать девиз «ОдноНо» — группы, ставшей поистине уникальным явлением на российской музыкальной сцене. Изящно лавируя между трогательной поэзией и речитативами, роковым звучанием и нежностью флейтой бансури, музыканты нашли и завоевали своего слушателя тем, чего нам так не хватает в современном мире, — искренностью и чистотой мотивов.

ОдноНо: «Мы обращаемся к сердцу!»

ОдноНо: «Мы обращаемся к сердцу!»ОдноНо: «Мы обращаемся к сердцу!»

«Изменить мир, изменив себя» — именно так мог бы прозвучать девиз «ОдноНо» — группы, ставшей поистине уникальным явлением на российской музыкальной сцене. Изящно лавируя между трогательной поэзией и речитативами, роковым звучанием и нежностью флейтой бансури, музыканты нашли и завоевали своего слушателя тем, чего нам так не хватает в современном мире, — искренностью и чистотой мотивов.

Сегодня «ОдноНо» — это сотрудничество людей, каждый из которых привносит в совместное творчество свой неповторимый вклад. Душа и сердце группы — Алексей Мышкин, перу которого принадлежат все тексты «ОдноНо». Гитарист Наиль Курамшин отвечает за «драйв и мощь», а флейтист Павел «Правин» Новиков — за атмосферу, которую он создает игрой на различных духовых инструментах. Это классический состав группы в формате акустического концерта — такой, каким его и увидят ярославцы 30 апреля в студии йоги «Шанти».


— Определить стиль, в котором мы играем, очень сложно, — рассказывает лидер группы Леша Мышкин. — Мы разные, у нас разные источники вдохновения, и то, что получается в итоге, трудно ограничить какими-то рамками. Фанк, хип-хоп, drum 'n' Bass, рэгги и традиционная музыка народов мира — каждый стиль вносит что-то свое и помогает выразить те ценности, которые мы хотим донести до слушателя. Кроме того, мы открыты всему новому — нам интересны новые идеи, новые люди и новое звучание, рождающееся в этом сотрудничестве.

Весенний тур «ОдноНо» — это презентация нового альбома «Зерна», в записи которого приняли участие приглашенные музыканты со всего света — из Турции, Казахстана, Индии и Великобритании. В каждом городе, где уже довелось побывать «ОдноНо», после концерта у всех присутствующих остается удивительно светлое и позитивное впечатление, несмотря на то, что по своему составу публика довольно разнообразна.

ОдноНо: «Мы обращаемся к сердцу!» 

В чем секрет, что люди разного возраста, профессии и интересов одинаково хорошо воспринимают ваше творчество?
— На самом деле, несмотря на внешние различия, все люди нуждаются в одних и тех же вещах — мы все ищем любовь, взаимопонимание и гармонию. Возможно, наше творчество для многих стало неким ориентиром, благодаря которому люди могут вырваться из рутины, понять самих себя и свои истинные потребности.

И действительно, тексты «ОдноНо», в равной степени далекие как от ничегонезначащего лепета современных поп-исполнителей, так и от нравоучений тяжелой артиллерии «русского рока», близки каждому. Они поэтичны, легки, но в то же время серьезны. Они оставляют след в сердце слушателей. По рассказам самого Алексея, писать стихи он начал еще в детстве, после чего увлечение переросло в профессиональную деятельность.

— Я довольно долго и успешно работал журналистом, но однажды мне просто надоело писать за деньги, продвигая чуждые мне ценности и идеи. Я хотел делиться тем, чем живет мое сердце, — так и возникло «ОдноНо».

ОдноНо: «Мы обращаемся к сердцу!» 

Идеи, которые вкладывает Леша Мышкин в свое творчество, одновременно просты и сложны для понимания. Черпая вдохновение в священных текстах ведических писаний, печатях индейцев Майя и современной литературе, он говорит о едином источнике всего сущего, о Боге, душе, о внутреннем поиске и о борьбе с «внутренними демонами». Говорит, не поучая, — словно делясь пережитым, с желанием помочь и поддержать. Откуда оно — такое сострадание и любовь к людям?

— Прислушавшись к своему сердцу, мы можем услышать послание, которое адресовано каждому из нас. Оно уже исполнено любви и света. Моя задача — передавать это послание в чистом виде, не искажая и не добавляя ничего лишнего. Мы обращаемся к сердцу каждого.

Фото: www.facebook.com/OdnoNo
Группа встречи: vk.com/odnonovyaroslavle



19 апреля 2016 в 12:20
«Одержимость» Михаила Елизарова

Творчество как одержимость и цензура как метод сохранить мир интересным. 15 апреля в арт-клубе «Китайский летчик Джао Да» состоялось выступление Михаила Елизарова. После концерта писатель и музыкант рассказал «ЯрКубу» о своем отношении к успеху, запретам Роскомнадзора и литературному процессу.

 «Одержимость» Михаила Елизарова

Творчество как одержимость и цензура как метод сохранить мир интересным. 15 апреля в арт-клубе «Китайский летчик Джао Да» состоялось выступление Михаила Елизарова. После концерта писатель и музыкант рассказал «ЯрКубу» о своем отношении к успеху, запретам Роскомнадзора и литературному процессу.

— Ваши книги и музыка дают абсолютно разные эмоции и мироощущение. Это различие между проявлениями творчества как-то влияет на вашу жизнь?

— Я бы объяснил это тем, что тексты или песни делают совершенно разные личности, а «Я» нахожусь где-то в сторонке. По сути, это «одержимость» — в хорошем смысле. Когда я сам по себе, то не имею отношения ни к текстам, ни к музыке. Я просто пытаюсь время от времени наладить контакт с той или другой своей сущностью, способной что-то создать — чтоб хоть иногда иметь возможность иногда называть себя писателем или исполнителем.

— С определенной точки зрения, любое творчество является отражением нашей жизни. И если с такого ракурса посмотреть, почему вы выбираете такое жесткое, агрессивное ее воплощение?

— Ничьи художества жизни не отражают. Я бы сказал, что исполняю альтернативную реальность, которая находит отклик у небольшой группы людей. Можно сказать, что я не хочу работать над созданием чужой большой неправды.

 «Одержимость» Михаила Елизарова   «Одержимость» Михаила Елизарова

— Многие относят ваши произведения к постмодернизму, а это, по сути, оболочка, в которую можно вложить любой смысл. А какой смысл вы вкладываете в свое творчество?

— Я, конечно, хотел бы оградиться от «постмодернизма», понимая при этом тщетность всех усилий: от этой среды себя изолировать невозможно. Мне не нравятся его приемы, его несерьезность, игра, разорванность. Я хотел бы думать, что представляю, скорее, явление модерна.

Но можно считать, что мы уже имеем дело с «пост-постмодернизмом», в который вплелись идеи нео-модерна. Тем не менее, получилась еще более циничная и жестокая машина, которая работает и на несерьёзности, и на крови с костями.

 «Одержимость» Михаила Елизарова   «Одержимость» Михаила Елизарова

— Одним из крупных ваших успехов в литературе можно назвать премию «Букер», а что в музыке стало бы для вас подобным показателем?

— В песенном амплуа — допустим, собрать зал в Ярославле. Приехать в провинцию и обнаружить там аудиторию — это дорогого стоит и уже само по себе премия. Жизнь в провинции достаточно насыщенна сложностью, и до приезжего человека с гитарой обычно никому нет дела. Если же людям не лень появиться на концерте, значит, небесполезный получился труд.

— Вы филолог по образованию. Хотели бы, чтобы ваши книги преподавали в школе или вузе?

— Я допускаю, что ученик старших классов может взять одну из моих книг, если у него вдруг возникнет такая потребность. Тот же «Библиотекарь» — книга в том числе и для юных людей, весь её «приключенческий» план. Но я бы не хотел быть частью программы — то есть, чего-то принудительного.                                               

— Современные законы, связанные с защитой детей от информации и с иными формами ограничений в медиа и Интернете не мешают работать и держать контакт с аудиторией?

— Цензура не вредна. Все её странные, а порой маразматичные барьеры наоборот образуют интересный ландшафт, в котором интересно что-то создавать. К примеру, я рад, что ненормативная лексика остается ненормативной, а соответственно, у языка сохраняется экспрессия, живость. Да и само по себе умение обходиться с цензурой, обходить ее или учитывать — хороший навык. Пространства, в которых нет цензуры — пресные. Если нет ограничений, где тогда риск, парадокс? Я не задумываюсь о том, каким образом цензурируется Интернет, медиасферы. Я знаю, что никогда не появлюсь в неподготовленной аудитории. Я не прихожу со своими текстами и песнями туда, где меня не ждут.

Текст и фото: Михаил Беляков

15 апреля 2016 в 11:57
Елена Летучая рассказала о новом проекте «Стройняшки»

Ярославна Елена Летучая, известная всей стране как неподкупный и бескомпромиссный «ревизорро», больше не будет вести популярное шоу. Поклонникам придется пересматривать старые сезоны «Ревизорро» и привыкать к новой ведущей. В интервью «ЯрКубу» Летучая рассказала о своем новом проекте «Стройняшки», планах работы вне сферы медиа и поделилась своим отношением к экс-солистке «ВИА Гра» Ольге Романовской.

Елена Летучая рассказала о новом проекте «Стройняшки»

Елена Летучая рассказала о новом проекте «Стройняшки»Елена Летучая рассказала о новом проекте «Стройняшки»

— Телеканал «Пятница» объявил, что у программы «Ревизорро» будет другая ведущая. По какой причине вы решили отойти на второй план и остаться только продюсером?

— Сейчас я продюсирую огромную личную историю в «Ревизорро», которую буду сама вести, и мне нужно на это время.

— Работа ведущей «Ревизорро», безусловно, была нелегкой. Как она сказалась на ваших нервах? Что помогало и помогает Вам восстановить душевное равновесие?

— Мне не нужно восстанавливать душевное равновесие, у меня сейчас и так все хорошо. Конечно, огромное количество работы, новый проект, который мне очень нравится, потому что он, как и «Ревизорро», не просто развлекательный, а очень важный: мы будем учить людей правильно питаться, говорить, что не нужно сидеть на диетах. На примере других людей мы будем показывать, как выглядеть хорошо.

Елена Летучая рассказала о новом проекте «Стройняшки»Елена Летучая рассказала о новом проекте «Стройняшки»

— Расскажите, пожалуйста, про Ваш следующий проект. В чем он заключается?

— «Стройняшки» — это важный проект, так как сейчас у многих людей есть проблемы с правильным питанием и лишним весом. Но мы смотрим на эти проблемы под другим углом, нежели прочие программы о похудении. Во-первых, это будет азартная игра, у людей будет стимул участвовать в этом. Во-вторых, очень интересны истории о том, зачем они это делают. В-третьих, мы дадим много справочной информации о том, как питаться, чтобы привести себя в хорошую форму. Я, например, против диет и резкого похудения, потому что знаю не понаслышке, как поступают с участниками некоторых проектов. И сами люди иногда просто выпивают мочегонное и резко выгоняют из организма всю воду — это крайне вредно и опасно для организма. Наш подход будет щадящим: мы будем избавлять людей именно от лишнего жира, а не «лишних килограммов».

— Новый проект будет относиться к действенной журналистике, в рамках которой Вы работали до сих пор?

— Да, эту программу тоже можно назвать действенной. Человек, который посмотрит ее, вместе с нами сможет пройти какие-то этапы похудения. Я уверена, что многие найдут для себя в этом проекте полезные советы.

Елена Летучая рассказала о новом проекте «Стройняшки»Елена Летучая рассказала о новом проекте «Стройняшки»

— Будете ли Вы помогать новой ведущей «Ревизорро» Ольге Романовской? Она знает, что ее ждет?

— Я не собираюсь помогать ведущей «Ревизорро», на данный момент я занимаюсь только своим проектом. Я уже говорила, что не видела Ольгу Романовскую в качестве ведущей. К сожалению, решения принимаю не только я, поэтому могу сказать одно: если ее вдруг где-то побьют, я готова подставить плечо, чтобы она поплакала о своей горькой судьбе, и подсказать какие-то моменты в профессиональном плане. Речи о постоянной помощи не идет именно потому, что я не видела ее в качестве ведущей и не вижу до сих пор.

— Чем Вы занимаетесь помимо работы? В чем находите смысл жизни, кроме помощи обществу?

— Я преподаю журналистику, и скоро запущу свой новый проект, который не будет касаться телевидения и медиасферы вообще. На своем примере покажу людям то, как можно стать счастливым человеком, как, имея мечту, пройти путь к ее достижению. Для меня это очень личная история, потому что я существую не для того, чтобы чем-то заниматься в своей жизни, а хочу создавать что-то очень важное, помогающее людям. И в этом я нахожу смысл своей популярности. Зачастую я даю очень много интервью, и делаю это не для того, чтобы все думали, какая я замечательная и как мне повезло или не повезло. Я даю интервью для того, чтобы люди читали и воодушевлялись моей историей, чтобы они понимали: в этой жизни возможно вообще все.

Елена Летучая рассказала о новом проекте «Стройняшки»Елена Летучая рассказала о новом проекте «Стройняшки»

— Что Вы вынесли для себя за время работы в проекте «Ревизорро»?

— Из негативного: я не могу есть практически во всех ресторанах, за исключением заведений, где я знаю владельцев или шеф-поваров. Кажется, эти знания до конца жизни не дадут мне спокойно есть в ресторанах. Позитивным является профессиональный опыт, который я приобрела в качестве ведущей, также я вынесла много знаний о человеческих взаимоотношениях. Это значимый для меня проект. Благодаря нему вы берете у меня интервью, а я показала всей стране, что творится за закрытыми дверями, рассказала людям то, чего они не могли себе представить. Я рассказывала о том, как защищать свои права и уважать себя — гости в ресторане не должны чувствовать себя неудобно. И могу сказать, что это еще не конец.

наверх Сетевое издание Яркуб предупреждает о возможном размещении материалов, запрещённых к просмотру лицам, не достигшим 16 лет <