Культура

Судьбу ярославского ДК имени Добрынина обсудили на совещании в областном правительстве, сообщает пресс-служба администрации региона.

В совещании приняли участие представители регионального минкульта, мэр Ярославля Артём Молчанов, сотрудники МЧС и прокуратуры Ленинского района города. Главная задача на сегодня — выстроить конструктивный диалог с надзорными органами.

Напомним, на этой неделе решение о закрытии ДК принял областной суд по жалобе районной прокуратуры. В свою очередь, прокуратура опирается на заключение регионального МЧС, где указано, что пожарную систему подрядчик установил с нарушениями. По этой же причине учреждение культуры закрывали в ноябре. После устранения нареканий в ДК открылись кружки и творческие студии. Однако теперь здание снова решено закрыть полностью. Главные претензии — к стабильности работы системы противопожарной сигнализации. Однако руководство ДК утверждает: система полностью в рабочем состоянии и угрозы для посетителей нет.

— У нас полностью обеспечена безопасность и соблюдены все требования противопожарного режима. Самое главное, что в этом представлении очень большой упор делается на неработающую систему сигнализации оповещения людей при пожаре. Это тоже не соответствует действительности, потому что у меня на руках имеется подтверждение — протокол и заключение лаборатории МЧС России, в котором чётко прописано, что замечаний к системе не имеется, она находится полностью в работоспособном состоянии, — заявил директор ДК имени Добрынина Игорь Дербин.

На совещании было отмечено, что суд принимал решение о закрытии единолично, без привлечения сторон, не имея возможности оценить проделанную администрацией ДК работу. Представители прокуратуры отметили, что готовы снять возражения, если работоспособность системы будет доказана.

— Чтобы запустить систему пожарной безопасности, нужно привести её в соответствие требованиям закона, которое подтвердит нам совместная проверка, в том числе с участием сотрудников МЧС и специального оборудования. Когда будет заключение о том, что всё приведено в порядок и система противопожарной безопасности соответствует требованиям, предъявляемым законодательством на настоящее время, то у прокуратуры не будет возражений, — отметил прокурор Ленинского района Ярославля Алексей Щербаков.

На данный момент администрация ДК уже разработала проектно-сметную документацию на монтаж новой системы пожарной сигнализации. Деньги на это в городском бюджете есть. В феврале запланировано провести закупки, в марте заключить договор с подрядчиком. Предусмотрены и срочные меры: дворец готов организовать круглосуточное дежурство на пожарном посту и создать для этого добровольную пожарную дружину из сотрудников учреждения. Предложения уже направлены в надзорные органы, отметили в правительстве.

Фото: пресс-служба мэрии города Ярославля

Читайте новости в социальных сетях! Подписывайтесь на «Яркуб» в MAX, «Дзене», «ВКонтакте» и «Телеграме».

Ярославский ТЮЗ всё-таки готовят к открытию. Состоится оно уже в ближайшие дни — первый после долгого ремонта спектакль запланирован на воскресенье, 15 февраля. Об этом сообщил губернатор Михаил Евраев.

12 февраля испытательная лаборатория МЧС проверила систему пожарной безопасности в зрительном зале театра. И в результате сняла два последние нарекания. Таким образом, все недочёты, ранее обозначенные надзорными органами, устранены, заверил глава региона.

На 15 февраля запланировали первый спектакль — премьеру сказки «По щучьему велению». Есть в продаже билеты и на последующие дни.

Читайте новости в социальных сетях! Подписывайтесь на «Яркуб» во «ВКонтакте» и «Телеграме».

В Ярославле повторно закрыли ДК имени Добрынина — суд посчитал, что посетителям в здании находиться опасно для жизни и здоровья. Такое решение вынесено 9 февраля, сообщает пресс-служба облсуда.

Напомним, дело о деятельности ДК находится в производстве Ленинского районного суда Ярославля. Иск подан районным прокурором к МАУ «Дворец культуры имени А. М. Добрынина» и Департаменту культуры мэрии города Ярославля. Ответчики обязаны в течение года устранить нарушения норм противопожарной безопасности. 14 ноября минувшего года по решению суда проведение концертов, спектаклей и занятий творческих коллективов оказалось под запретом. Позднее учреждение культуры подало ходатайство о замене мер и утверждало, что часть нарушений удалось оперативно устранить. 12 декабря ограничительные меры были смягчены — деятельность запретили только в большом и малом концертных залах.

Прокуратура Ленинского района с решением не согласилась и подала апелляцию, отмечая, что декабрьская проверка по-прежнему выявила многочисленные нарушения пожарной безопасности.

— Изучив материалы дела, судебная коллегия по гражданским делам Ярославского областного суда согласилась с доводами апелляционного представления и отменила определение Ленинского районного суда города Ярославля от 12 декабря 2025 года, отказала в удовлетворении ходатайства о замене обеспечительных мер, — отметили в пресс-службе областного суда.

Таким образом, продолжили действовать первоначально принятые обеспечительные меры — запрет проведения в стенах ДК спектаклей, концертов, занятий.

Напомним, по-прежнему в Ярославле из-за нарушений требований безопасности закрыто и здание ТЮЗа.

Фото: пресс-служба мэрии города Ярославля

Читайте новости в социальных сетях! Подписывайтесь на «Яркуб» во «ВКонтакте» и «Телеграме».

5 февраля в Пречистом состоялась презентация поэтического сборника «Юдоль». В книгу вошли стихотворения участниц тайной православной общины, действовавшей в 1920-х годах под видом трудовой артели, а также рукописи и документы последнего настоятеля Павло-Обнорского монастыря архимандрита Никона, который считался духовным отцом девушек из Первомайской женской сельскохозяйственной коммуны. Составители — журналисты издания «Яркуб» Сергей Калинин и Арсений Дыбов — рассказали, как почти столетние тетради превратились в книгу.

В Ярославской области презентовали сборник стихов тайной православной общины

И. о. председателя Ярославского областного отделения РГО Татьяна Кондакова на презентации сборника «Юдоль»

Проект возник в 2023 году по инициативе членов Ярославского областного отделения Русского географического общества. Всё началось с поездки в Кукобой, где в экспозиции Дома культуры хранятся ветхие тетради с рукописными стихами. Тогда же и возникла идея издать книгу.

— Книгу «Юдоль» можно по праву назвать историко-культурным документом, который позволяет увидеть, как духовность и творчество сохранялись в условиях давления. Издание важно для регионального краеведения, исследований религиозного подполья и всех, кто интересуется литературой и судьбами людей первой половины XX века, — отметил председатель Первомайского местного отделения РГО Александр Чачин.

В Ярославской области презентовали сборник стихов тайной православной общины

Портрет архимандрита Никона (Чулкова)

Главная проблема, с которой столкнулись составители: не всегда была возможность наверняка установить, какие стихи принадлежат коммунаркам, а какие нет. В тетрадях смешались авторские тексты, духовная поэзия других авторов, песнопения и даже выдержки из газет. Некоторые стихи оказались известными, другие — уникальными.

— Сборник «Юдоль» — это живой пример духовной поэзии, которая сегодня вновь приобретает особую ценность и актуальность. Для коммунарок творчество было способом сохранить веру, внутреннюю свободу и человеческое достоинство в сложных условиях. Для нас же важно сохранить эти тексты и вернуть их в культурное пространство Ярославской области как голос эпохи, — отметили Сергей Калинин и Арсений Дыбов.

Позже стало ясно, что без исторического контекста стихотворения публиковать нельзя. Ведь за короткое время существования коммуны имени Крупской вокруг неё разворачивались масштабные события. Община действовала с 1922 по 1932 год в Захарьеве, всего в нескольких километрах от Кукобоя. После 1932 года участников арестовали, многие погибли в лагерях. Составители обратились в Государственный архив Ярославской области, чтобы изучить уголовные дела коммунарок и архимандрита Никона (Чулкова). Также с материалами помогали первомайские краеведы Ирина Дерунова и Сергей Любимов.

В Ярославской области презентовали сборник стихов тайной православной общины

Первый заместитель главы администрации Первомайского муниципального округа Анатолий Бредников на презентации сборника «Юдоль»

Концептуально «Юдоль» строится на трёх опорах — вере, труде и творчестве. Это отразилось в структуре и оформлении. Форзацы показывают Павло-Обнорский монастырь под красными тучами и коммунарок в красных платках — символ маскировки под коммунистическую артель.

В Ярославской области презентовали сборник стихов тайной православной общины

Иллюстрация к сборнику. Художник: Алина Горбунова

Вступительное слово к сборнику написал иерей Александр Сатомский, литературным редактором выступила профессор ЯГПУ Светлана Макеева, художественно издание оформили иллюстратор Алина Горбунова и каллиграф Катерина Пальгунова. Книга вышла в издательстве «МЕДИАРОСТ».

Тираж будет передан в библиотеки и учреждения культуры Первомайского округа. Электронная версия книги доступна по ссылке.

Фото: Яркуб, Виктория Ульянова

Читайте новости в социальных сетях! Подписывайтесь на «Яркуб» во «ВКонтакте» и «Телеграме».

О ленд-арте многие ярославцы узнали из соцсетей — интересные сюжеты, созданные из снега и листьев, действительно покорили и удивили жителей города. Были, например, снеговики, катающиеся на пончике, акула в бассейне или листья, которые не разносит ветер...

Моё знакомство с ленд-артом началось с обмана зрения — идеальная снежинка на снимке из Ярославского художественного музея казалась вечным узором, вмороженным в ткань зимы. Эта красота оказалась не монументом, а шёпотом, мимолётным вздохом, запечатлённым не в камне, а в самом эфемерном материале — снеге. 

Хрупкость времени стала откровением: в ней — вся суть искусства, которое говорит о миге. Ленд-арт — это и есть попытка ухватить ускользающую нить настоящего, зафиксировать текучесть бытия.

Чтобы узнать больше об этом направлении, корреспонденты «Яркуба» встретились с научным сотрудником Ярославского художественного музея Ольгой Волковой. 

В разговоре открылась главная тайна: снег — это соавтор, уникальная субстанция, меняющая форму на глазах, как вода или туман. Нечто сказочное и глубокое, вызывающее даже странную нежность. «Его иногда жалко», — говорит Ольга. Сотрудники музея выкладывали снег по обручу, просто чтобы создать последнюю картину, пока остатки этого прекрасного материала ещё есть. 

Бережность к ускользающему — и есть сердцевина их искусства.

О появлении идеи, о трудных моментах работы, о «расписании» снега и о многом другом — в нашем большом разговоре ниже.

— Начнём с самого начала. Как и когда появилась идея создавать ленд-арт в Ярославле?

— Всё началось в 2006 году. Была очень суровая зима, очень холодно. И нам захотелось как-то ответить этой зиме, добавить цвета. Мы решили разукрасить Губернаторский сад около музея. Также была Лаборатория Перфоманса, руководила ей Ольга Швачко. И все трое мы делали эти цветы. Так и пошло.

— А что стало первой работой? 

— Мы создали цветы из любимого и яркого ситца. Разложили их на снегу, составили узор и залили водой, чтобы не унёс ветер и птицы не растащили. Это был наш первый опыт — создать что-то красивое из того, что буквально под рукой. 

— Получается, в феврале будет 20 лет с начала этой истории. Как изменилась ваша деятельность за это время?

— О, да, скоро юбилей! Из разовой акции это выросло в целое направление. Появились идеи, связанные с выставками в музее, с актуальными событиями. И, что важно, появился отклик в социальных сетях, который нас очень вдохновляет.

— Вы много работаете со снегом. Расскажите про одну из известных снежных работ — про шарики на теплотрассе. Как она родилась?

— Это была интересная история! Я долго смотрела на эту теплотрассу, а тогда как раз стали очень популярны снегоболы — такие формочки для идеальных снежков. И мы подумали: а почему бы не «налепить» их художественно? Мы сделали очень много этих снежков и аккуратно выложили их вдоль.

— Но ведь на теплотрассе они должны таять моментально?

— Абсолютно верно! Они тают очень быстро. Мы их и делаем в основном для фотосессии. Потом их либо солнце растапливает, либо дворники убирают. Это часть концепции — быстротечность.

— Вам важно, чтобы всё было идеально ровно. Почему?

— В ленд-арте самое важное, чтобы всё было просчитано-рассчитано. Работаешь на фоне природы, где есть линия горизонта, естественные формы. Любая кривизна, любой «косяк» сразу бросаются в глаза и выглядят как халтура. Нужно, чтобы было видно: человек старался, это сделано с уважением к месту и к зрителю. Мы вымеряли линии рулеткой, использовали картонку как шаблон. А зимой мы бережём снег, как бы странно это ни звучало. Создание ленд-арта — это ювелирная работа.

— Вы упомянули про отклик в соцсетях. Он действительно так важен?

— Один из ключевых моментов! Помню, когда одна из наших работ собрала в «ВКонтакте» целую тысячу лайков — для нас это был шок и огромная мотивация. Мы тогда подумали: «Нас поддерживают, значит, надо продолжать». Если бы не эта обратная связь, возможно, мы бы и не развивали это так активно.

— А бывает негативная реакция? Критика?

— Конечно, бывает. Пишут и «лучше бы чистить дворы шли, чем шарики лепить», и что «детям бы эти снежки отдать». Но это нормально. Мы делаем не только для развлечения, но и как современное искусство, как часть музейной работы — показать, что искусство не заканчивается на картинах в рамах.

— Расскажите про работу со временем и материалом. У снега, например, есть «расписание»?

— Ещё какое! Снег для лепки должен быть липким. Часто это только утром, до 11 часов, пока не пришёл морозец и не сделал его рыхлым. Мы подстраиваемся под материал. Не мы его используем, а он нам диктует, что можно сделать.

— Осенью вы создали ленд-арт, который по-настоящему покорил сердца людей. Как вы работаете с листьями?

— Осенью главным материалом для нас становятся листья, особенно кленовые — их уникальная форма гармонична в любой обработке. Например, мы вырезали из них квадраты и выкладывали дорожки, а также создали «Зелёную полосу», тщательно сортируя листья по цвету. Чтобы защитить работы от ветра, мы поливали их водой — так листья примерзали или прилипали. 

— А откуда берутся сюжеты? Вот, например, жук или стрела Купидона?

— По-разному. Жука мы сделали по трафарету, когда снега стало мало, и нужна была плоская форма. А «Стрела Купидона» — это работа с тенью. Мы увидели, как падает тень от дерева, и просто добавили наконечник, превратив её в летящую стрелу. Получилось, что Купидон бросает огромные стрелы прямо в парк, в людей. Это про любовь.

— Работа с тенями — это же особенно скоротечно?

— Да, это высший пилотаж работы со временем! Пока мы фотографировали, тень уже сдвинулась. Лэнд-арт — это постоянное напоминание, как всё быстро меняется. 

— Какая работа была самой сложной технически?

— Наверное, те же снежные шарики или фигуры вроде белых ворон. Лепить из снега сложно. Он то липкий, то рассыпается. Для ворон мы искали подходящие веточки-лапки, долго выверяли форму, чтобы они не падали. Это всегда труд, холод, замерзающие руки. Но азарт — «пока материал позволяет» — это захватывает.

— А были в вашей практике случаи, когда ленд-арт создавали не вы, а кто-то другой, и вы это заметили и оценили?

— Да, был забавный случай с бегемотом. У нас в парке есть скульптура бегемота. Зимой её обычно убирают. И вот дворникам сказали её убрать. Один из них, видимо, подошёл к бегемоту, посмотрел на него... и просто развернул его в другую сторону, будто тот гуляет. Это было не придумано, нарочно так не сделаешь! Мы это, конечно, выставили в соцсетях. 

— Вы часто делаете отсылки к искусству, например, к Шишкину. Это осознанная стратегия?

— Да, это способ связать наше уличное искусство с тем, что происходит в музее. Была выставка Шишкина — мы подумали, а какой снеговик был бы у него? Он же любил лес, берёзы. Сделали снеговика в такой форме. Была выставка Айвазовского — сделали волну на ступеньках. Это привлекает внимание людей к музею через необычный формат.

— Бывают ли неудачи? Работы, которые не получились?

— Конечно! Были провальные работы, которые мы даже не выставляли. Например, пытались покрасить снежные шарики в разные цвета, хотели сделать яркий «бассейн с шариками». Но крашеный снег выглядит неестественно, теряет форму, и мы сами все перемазались. Не получилось. Или вот осенью много гортензии, такая красивая, а придумать для неё достойную форму у нас ума не хватило. Чувствуешь жадность — материал-то хороший! — но не знаешь, что с ним сделать. 

— Вы работаете одна или в команде?

— Да, но помогает коллега Лиза Мусаутова. Мы вместе придумываем и делаем. А ещё с нами музейный фотограф Михаил Волгусов, который помогает запечатлеть работу, и специалист по соцсетям, главный научный сотрудник ЯХМ Екатерина Болотова, которая всё выкладывает. Это общее дело.

— Если подвести итог, в чём для вас главный смысл всего, что вы делаете?

— В напоминании. Напоминании о красоте, которая уже есть вокруг. О том, что можно творить, не нарушая, а подчёркивая эту красоту. О быстротечности времени. И в простой человеческой радости — увидеть что-то неожиданное и прекрасное по дороге на работу или в обеденный перерыв. Переключиться, улыбнуться. Наш ленд-арт — это такой мостик между вечным искусством в музее и сиюминутной жизнью за его окнами.

После разговора, чтобы всё прочувствовать на себе, мы захотели создать свой ленд-арт под руководством Ольги. Это стало путешествием в иное физическое состояние. Чтобы лёд заблестел, его нужно полить водой.

В варежках это не сделать. Холодная вода лилась на голые руки, и из-за мороза возникло полное ощущение, что я сама превращаюсь в лёд — будто меня положили в морозилку, чтобы сделать следующим объектом ленд-арта.

Для меня стало открытием, что нельзя создавать «визуальный шум» и без цели трогать чистый, идеальный снег. Он — не просто материал, а фон, холст, который нужно беречь.

А ещё — лейка! Мы привыкли, что она символ лета, роста, жизни: поливаешь огурцы, цветы... А здесь ты льёшь воду на что-то мертвенно-холодное и статичное, чтобы оно... стало ещё статичнее, но при этом засияло. Это приятным образом сломало мне мозг.

Фото:« Яркуб», из архива ЯХМ

Читайте новости в социальных сетях! Подписывайтесь на «Яркуб» во «ВКонтакте» и «Телеграме».