Жизнь как творчество, имидж как средство самовыражения. Бояться общественного мнения или смело выставлять на суд свою личность — на эти вопросы мы попытались ответить вместе с экспертом по стилю, доверенным лицом методики «Style Statement» в России, дизайнером и финалистом международного конкурса модельеров «Русский силуэт» Любовью Молотковой и членом молодежного движения «Буги-вуги Ярославль», а в прошлом непосредственной участницей альтернативного модного течения «стиляги» Галиной Тигиной.
4 декабря 2015 15:11
Городские легенды
Жизнь как творчество, имидж как средство самовыражения. Бояться общественного мнения или смело выставлять на суд свою личность — на эти вопросы мы попытались ответить вместе с экспертом по стилю, доверенным лицом методики «Style Statement» в России, дизайнером и финалистом международного конкурса модельеров «Русский силуэт» Любовью Молотковой и членом молодежного движения «Буги-вуги Ярославль», а в прошлом непосредственной участницей альтернативного модного течения «стиляги» Галиной Тигиной.
Бунт личности
В наши дни кажется абсурдным, если кто-то в разговоре выразит собеседнику согласие являть собой часть серой массы ровно так же, как, к примеру, в годы Советского Союза мало, кто открыто заявлял о своей претензии на индивидуальность. Так или иначе, сама Природа заложила в человеке извечную тягу к тому, чтобы хоть чем-то, но отличаться от окружающих. Особенно ярко желание выделиться нами движет в годы молодости. «В двадцать лет над всем преобладают мысли о свете, а также о том, какое впечатление ты производишь», — писал Стендаль в своем романе «Красное и черное». Самовыражение, желание показать себя — вот, что неустанно тянет человека к эпатажным и даже авантюрным поступкам, а вместе с тем к экспериментам над своим имиджем и даже над собственным «Я». Увы, мы не можем самостоятельно повлиять на внешность, данную нам от рождения, но одежда — это возможность говорить, не произнося ни слова. Посему каждый, кто имеет, что заявить этому миру, в той или иной степени пытается сделать это именно через облик. Выстроить грамотный и привлекательный образ и при этом оставаться собой, не лгать себе и окружающим, не бояться уйти в сторону от жестокого суда общественности и добиться удовлетворения собственного эго путем подчеркивания имиджа и самобытности — непростые задачи даже в век тотального индивидуализма. Каждый, пусть даже подсознательно, но желает стать яркой личностью, жаждет привлекать внимание и поражать окружающих, писать историю своей жизни так, как этого хочется, но не каждый может осмелиться на видимую претензию! Претензию общественным канонам, устоявшимся нормам и рамкам, что диктует нам уклад современной жизни. Постоянный внутренний конфликт собственного «Я» и общественного давления напоминает что-то вроде «холодной войны», которую человек ведет на протяжении большей части свой жизни. Итог этого противостояния — удовлетворение своих амбиций, а как следствие счастье или же в противном случае разочарование в себе и в этом мире.
Фото: wiki.wildberries.ru
Листая модные журналы, мы постоянно сталкиваемся с такими понятиями как имидж, стиль, «look» и т.д. При этом, в общем понимании вышеуказанные позиции являются если не синонимами, то, по крайней мере, словами, сходными по смыслу. Однако, это не так. В большей степени при рассмотрении вопросов человеческой индивидуальности нас будут интересовать понятие имиджа, как средства жизнетворчества и стиля, как почерка.
— Многие путают понятия имидж, стиль, да и в слово мода вкладывают все, что только можно, — говорит эксперт по стилю, имиджмейкер и дизайнер одежды Любовь Молоткова. — Имидж — это то, за счет чего люди хотят и могут говорить с окружающим миром. С профессиональной точки зрения имидж — искусственно выстроенный образ. Так или иначе, любой человек обладает каким-либо имиджем. Выстраивать же образ он начинает в тот момент, когда понимает, что способен что-либо заявить через одежду.
Базовые понятия
«дресс-код» — манера одеваться, принятая в социальной группе при конкретной ситуации.
«look» — это готовый одежный ансамбль, в меньшей степени обусловленный ситуацией. Это дресс-код, лишенный привязки к конкретным обстоятельствам, традиция вне исходного контекста.
Стиль предполагает самостоятельный творческий подбор всего ансамбля одежды, умелое пренебрежение условностями вплоть до сознательного эпатажа, создание своих личных правил моды.
(из книги О. Вайнштейн «Денди: мода, литература, стиль жизни»/ 3 изд. — М.: Новое литературное обозрение, 2012. — 640 с.)
Немаловажное значение в понятии имиджа имеют манеры и внутреннее содержание личности — идеалы, взгляды на жизнь и на ее смысл, мировоззрение. По сути, внешнее есть не что иное, как отражение внутреннего и наоборот. Именно позиция подобного дуализма станет лейтмотивом изложения истории личности, которая не побоялась быть собой, предпочтя в сложное время самовыражение страху перед общественным судом.
«Сегодня он играет джаз, а завтра Родину продаст…»
Городские легенды
На фото Галина Тигина с товарищами
История XX века полна примеров левых модных течений. В той или иной степени они становились альтернативой тенденциям соответствующего времени. Подобные явления были характерны как для стран капиталистического лагеря, так и для социалистического мира. В первом блоке отражения нашли такие субкультуры, как «teddy boys» (неоэдвардианский стиль) - в Великобритании, хиппи — в США, Bodgies (прообраз современных байкеров) — в Австралии, Tayozoku («культ солнца») — в Японии. В странах, где царил социализм, подобные нонконформистские увлечения не приветствовались в силу жестких ограничений по социально-политической линии. Однако даже воспитанный на категоричных постулатах марксистско-ленинской идеологии советский человек не смог отказаться от запретного плода, протянутого ему рукой «гнилого буржуазного Запада». Широко известное в годы хрущевской оттепели левое модное движение под названием «стиляги» как нельзя лучше показывает, что тяга человека к индивидуальности и самовыражению может обойти любые мыслимые и немыслимые запреты и преодолеть даже самые высокие барьеры общественного осуждения.
Городские легенды 
Городские легенды
— Человек — это индивидуальность, — уверена Любовь Молоткова. — Хочет он того или нет, у него есть собственное мнение. Как только человеку начинают что-то навязывать, ограничивать его свободу, он подсознательно стремится вырваться за рамки. Одежда в таких обстоятельствах — эффектный способ выразить несогласие с общественным мнением. Именно поэтому история пестрит примерами всякого рода альтернативных модных течений. Более того, подобное будет происходить и в дальнейшем.
Разговор о стилягах — это не рассуждения о моде и стиле. В первую очередь, это попытка показать тягу человека к свободе в несвободном государстве. Изначально стилягами называли городских модников, подверженных увлечениями джазом, танцами и западными фильмами. Слово «стиляга» впервые было замечено в одноименном сатирическом очерке Д. Беляева, опубликованном в журнале «Крокодил» в 1949 году. По иронии судьбы статья появилась в рубрике «Типы, уходящие в прошлое». Как оказалось, стиляги скорее ушли в будущее, движение просуществовало на протяжении 50-х и 60-х годов XX столетия.
На фото Галина Тигина
Галина Михайловна Тигина — современница тех событий. Западная культура занимала и продолжает занимать немалую часть ее жизни. Сейчас ей 68 лет, но она по-прежнему не может жить без танцев, Женщина регулярно посещает занятия ярославского молодежного движения «Буги-вуги Ярославль». В 60-е годы, будучи молодой девушкой, она отплясывала чальстон, твист и рок-н-ролл в Доме культуры имени И. В. Сталина (ныне — ДК «Красный Перекоп»). По окончании основных занятий в кружке народных танцев часть молодежи расходилась по домам. Более продвинутые молодые люди, именуемые в Советском Союзе несознательными, оставались и под звуки зарубежной музыки предавались тому, что называлась веянием Запада.
— Такие танцы были запрещены в то время. Те, кто занимался с нами в группе, смотрели на это с открытым ртом, — вспоминает Галина Тигина. — За моральным состоянием общества следили народные дружинники, которые специально посещали Дома культуры, чтобы выявлять нежелательный элемент.
Тех, кто был уличен в «западничестве», автоматически брали на карандаш. Особо рьяных нарушителей дисциплины уводили под белы рученьки. Наша героиня рассказывает, что однажды и ее настигла подобная участь.
— В один из вечеров народные дружинники пришли в Дом культуры как раз в то время, когда мы танцевали твист, — говорит она. — Нас, как говорится, задержали и отвели в штаб народной дружины. Там сфотографировали, взяли показания и после прочтения профилактической лекции отпустили.
Каково же было удивление Галины, когда она увидела свой портрет на районной информационной доске среди пьяниц, дебоширов и других люмпенов, задержанных в разное время дружинниками. Этим дело не ограничилось, из-за гонений после 8-го класса девушке пришлось оставить учебу в школе. Свое стремление отличаться от других Галина Тигина объясняет исключительно тягой к самовыражению.
— Мы по мере возможностей хотели выделиться из толпы, отсюда тяга к западным танцам и желанию одеваться по-другому, нежели все остальные. Почему бы не повоображать? Ограничения свободы нас лишь подстегивали, — добавляет она. — Стилягами нас называли не столько за одежду, сколько за танцы и западнический образ жизни. Мальчики в нашей компании носили клетчатые пиджаки, брюки особого кроя. Также модными были двубортные пиджаки без отворотов на манер дореволюционных кителей. Девушки предпочитали прямые и расклешенные юбки. В 67-м году пошла мода на длинные платья и впервые появилась джинса.
На фото Галина Тигина
Стиляжничество как движение особо ярко проявлялось в крупных городах СССР, однако и Ярославль это модное течение не обошло стороной. Стиляги заявили о себе не только в танцах, моде и музыке, но и в искусстве фланирования («фланёр» от французского слова flâneur, означающего «праздношатающийся», «гуляющий» или «бродячий». Фланирование означает гуляние, со всеми возможными коннотациями, связанными с этим). Был в Ярославле и свой «Бродвей» или «Брод», по которому молодежь, выражаясь на сленге, «хиляла». Важно было не только встретиться с друзьями, но и блеснуть нарядом, а также заметить, что носят другие. Коммуникация в плоскости одежды была допустима в том числе и между незнакомыми людьми. В основном прогуливались по Первомайскому бульвару. Там, где сегодня располагается ТЦ «Аура», в 60-е находилась одна из самых популярных танцплощадок.
Одежду западных фасонов на прилавках магазинов достать было невозможно, все приходилось шить своими руками ценой невероятных усилий в домашних условиях — это называлось «самострок». Идеи для кройки брали отовсюду — из увиденного краем глаза в модных журналах, из западных фильмов, с обложек пластинок и даже из разговоров с товарищами. Ткань покупали из-под полы или выписывали из столицы. В принципе, любая западная деталь автоматически превращала обычного человека в модника.
— Один наш товарищ поступил в московский институт, — говорит Галина Тигина. — Он привозил нам из столицы запрещенные пластинки, фильмы, ткань и одежду. Показывал нам движения западных танцев, которые мы затем разучивали и с удовольствием повторяли. Привозил он также книги, в основном самиздат. Экземпляры выдавались каждому строго на два дня. С них аккуратно снимались копии и распространялись дальше. Так мы двигали свою культуру в массы.
На фото Галина Тигина с товарищами
Стиляги, пожалуй, создали наиболее яркий и заметный модный образ в Советском Союзе. У мужчин немаловажным средством выразительности была прическа, особой популярностью пользовался британский кок. Его начесывали и бриалинили. Женские прически также отличались экстравагантностью, здесь в помощь шли бигуди. Галина Тигина вспоминает, что лак для волос, а вернее его аналог, получали из сахарной воды или из канифоли со спиртом. После того, как эта смесь попадала на волосы, они становились настолько жесткими, что потом с трудом поддавались расческе. Косметика — предмет небывалой роскоши. По мнению партии, накрашенная девушка нарушала главные принципы социализма — скромность, простоту и чувство меры. Из советского человека она превращалась в девицу с обложки западных журналов, от которой веяло гнилью буржуазного мира.
— Чего мы только не изобретали, чтобы победить дефицит, — говорит героиня. — Туш делали из какой-то смеси с применением глицерина, помаду тоже варили, краску для волос получали из фуксина. Выходил цвет, похожий на тот, что выходит при окрашивании хной — рыжий с оттенком бордового. Доходило до того, что путем проб и ошибок некоторые даже красили волосы в зеленый.
Что касается реакции на стиляжничество, она, бесспорно, была негативной. Но критика являлись ни чем иным как настоящим экзаменом на интеллигентность. Сейчас, спустя десятилетия, образ стиляг может показаться по меньшей мере своеобразным, в немалой степени даже смешным, но вряд ли кто-то сможет отрицать главный факт — стиляги преподали всем нам большой урок! Они показали, как можно стать свободным в самых неподходящих для этого условиях.
— Допустимо, что среднестатистический советский человек выглядел красиво и сдержанно, — резюмирует преподаватель по имиджу и стилю Любовь Молоткова. — Но стиляги через свой образ утрировали моду, манеры и эпатаж. Это движение представляло из себя насмешку над системой. Архетипически это объясняется тем, что внутри каждого из нас в той или иной степени проявляется ребенок и шут. Эти роли в нас, а как следствие и мы сами, имеют право на свободу от наказания за самовыражение. Стилистика стиляг как раз отражает момент желания свободы!
«Несвободный» человек в свободной стране
Какие бы чудесные метаморфозы не переживали общественные нравы, как бы сильно не склоняло из стороны в сторону модные тенденции, и какими бы не были запреты и моральные рамки, одно остается неизменным — мотив для самовыражения не ослабевает. Стремление выделиться из толпы, в том числе и за счет одежды, не становится меньше даже тогда, когда от ассортимента на прилавках магазинов разбегаются глаза.
Сегодня мы переживаем золотое время для самореализации, в наши дни человек может писать страницы своей жизни, используя любые, подчас даже не поддающиеся пониманию, средства выразительности. На арену мировой моды вышел полистилизм, а значит, стерты четкие границы, значит, отсутствуют концепции того, как должен выглядеть индивид. Самое сложное теперь — разобраться в себе и понять, что по-настоящему нужно, а что точно «не мое». Пожалуй, это даже сложнее, ведь бунт из общественной плоскости перекочевал внутрь сознания, и теперь судом человек выступает сам для себя.
На фото Любовь Молоткова
— Важно больше слушать себя и меньше — окружающих, — уверяет Любовь Молоткова. — Твоя жизнь — твои правила. Работая стилистом, я пытаюсь донести до людей, что у каждого есть своя уникальная история и важно проявлять нетипичную и индивидуальную красоту. Сегодня не нужно ориентироваться на других, нельзя превращать свою историю в историю другого человека. Смерти подобно подгонять себя под какие-либо шаблоны.
Для самовыражения современный мир не только перспективен, но и опасен. С одной стороны все просто, даже с понятийной точки зрения. Слово «style» в одной из интерпретаций перевода — почерк. Казалось бы, в условиях полной свободы историю жизни и своего имиджа можно писать, не оборачиваясь на «штампы». Но с другой - порой уходят годы, чтобы найти свое место под солнцем, доказать себе свою состоятельность и раскрыть, в том числе и внешне, глубину своей натуры. Жизнь не стала легче, она стала противоречивее.
Юлия Румянцева (20 лет), студентка педагогического факультета ЯГПУ имени К. Д. Ушинского: «Самовыражение - это способность человека выражать свою индивидуальность, доказывать, как окружающим, так и самому себе, свою неординарность. Безусловно, мода является одной из важнейших частей нашей жизни. Я стараюсь следить за тенденциями в моде, но не могу слепо отвечать им. Для меня более важно, чтобы одежда была удобной и комфортной. Стараюсь придерживаться своего стиля. Одежда и манеры являются высшими средствами самовыражения, но не менее важным я считаю проявления внутренних качеств человека».
Внешние проявления теперь зависят почти только от внутренних побуждений. Ассортимент магазинов одежды представлен линейками всех направлений, что порождает не только возможности, но и безвкусицу. Вероятность ошибиться с каждым сезоном увеличивается в геометрической прогрессии, а умение сочетать вещи превалирует теперь над умением их выбирать.
— Человек даже при выборе одежды должен понимать, что он берет ответственность за то, как понимает себя, — говорит Любовь Молоткова. — Больше всего ошибаться будут те, кто воспринимает одежду, как набор для прикрытия тела. Голодный человек, приходя в магазин, скупает все, что видит. Зачастую то, что ему вовсе не требуется. Это выливается в проблему гардероба — несоответствие его содержания потребностям его владельца.
Антон Кривенко (24 года), врач-стоматолог: «Самовыражение - это одна из основ внутренней гармонии, можно сказать, необходимая потребность. В тоже время это и творческая составляющая личности. Я самовыражаюсь через свои хобби и увлечения: музыка, спорт, танцы, видео. За тенденциями моды не слежу, скорее, иногда замечаю краем глаза. Одежду выбираю, исходя из собственных вкусов и предложения в магазинах. Считаю, что одежда, внешний вид и манера поведения также средства самовыражения, это творчество человека по отношению к самому себе».
Какова бы не была динамика развития общества, над модой продолжают довлеть два мотивационных фактора — желание почерпнуть лучшее из прошлого и страх оказаться вне общества. Человек, принимающий первый фактор за основу прав. Он точно знает, чего хочет и выделяет лучшее. К сожалению, большинство представлено «паникерами», цепляющимися за фактор №2. Они смотрят на то, как одеваются окружающие, пытаются почерпнуть «крутое» из увиденного и стремятся при этом быть как все. Отсюда на выходе получается абсолютный хаос.
— Проблема безвкусицы зачастую заключается в том, что люди не знают, кто они и не ведают, какова их жизненная позиция, — отмечает Любовь Молоткова. — Стиль — это Красота, это то, что отражает личность человека. Стиль, как и имидж, могут быть у всех разными. Но при этом, стиль — это когда мы верим образу человека, смотря на его внешность и сопоставляя ее с внутренним стержнем.
Кадр из кинофильма «В джазе только девушки»
Новые направления в мир моды привносят лансёры или, выражаясь профессиональным языком трендсеттеры. В основном это публичные люди, внимание к которым порождает дискуссии. Звезды шоу-бизнеса, знаменитые спортсмены и политики — именно от них зависят во многом модные течения в широких массах. После того, как знаменитость показалась на публике в каком-то кардинально новом виде, индустрия моды через разного рода фильтры начинает «анотомировать» образ, выставляя его на суд общественности. Так было, к примеру, когда известный во второй половине XX века актер Фред Хьюз стал сочетать пиджак и джинсы. Вслед за ним подобным образом стал одеваться художник Энди Уорхолл, тем самым популяризовав данный «look».
Городские легендыГородские легендыГородские легендыГородские легендыГородские легендыГородские легендыГородские легендыГородские легендыГородские легендыГородские легендыГородские легенды
Актер и модник Фред Хьюз (фото - на первом плане) первый придумал сочетать джинсы с костюмным пиджаком, после него этот стиль популяризовал художник Энди Уорхол.
Число нонконформистов в век индивидуальности и абсолютной свободы не уменьшается. Всегда среди нас найдутся те, кто постоянно испытывает скуку, для кого одни лишь слова «правильно» и «тривиально» смерти подобны. История, мода, популярность — многое из того, что нас окружает, носит явно выраженный цикличный характер. «Главная цель жизни — самовыражение. Проявить во всей полноте свою сущность — вот для чего мы появляемся на свет», — строчки из знаменитого романа Оскара Уайльда «Портрет Дориана Грея» как нельзя лучше резюмируют наш небольшой экскурс в психологию моды. Быть собой, не замечать общественного давления или плыть по течению масс, изучить себя и понять, что важно, а что не стоит и йоты внимания или смотреть на окружающих — пусть читатель сам ответит на эти вопросы, а вместе с тем решит, готов ли он брать ответственность за свое «Я». Вы все еще боитесь? Тогда отдайте страницы своей жизни в руки более умелых писателей…
Текст: Сергей Калинин
Читайте этот материал также в очередном номере журнала "ЯрКуб"
