8 февраля 2019 16:50

Плюшевый заяц как [плохой] символ сострадания. Что сделать, если хочется грамотно помочь

Реальная история грустного примера помощи, краткий обзор филантропии в Ярославле и рекомендации начинающим благотворителям.

<b>Плюшевый заяц как [плохой] символ сострадания.</b> Что сделать, если хочется грамотно помочь

Эта история, как и десятки подобных, началась с поста с соцсетях. Взволнованная ярославна рассказала о двух сиротах, которые попали в ярославскую клинику. Девочек из Дома ребенка привезла в больницу скорая, у обеих пациенток диагностировали ветрянку. Дети часто плакали, потому что оказались в незнакомом месте, окруженные незнакомыми людьми. Навещать их было некому. Молодая мама, пожалев сирот, обратилась к горожанам с просьбой о помощи.

Народ откликнулся моментально. В больницу повезли детское питание, фрукты, сладости, игрушки. Звонили врачам и приезжали не только ярославцы. Мужчина из Иванова, например, привез огромного плюшевого зайца, которого едва получилось вытащить из машины. Персонал клиники уже не знал, что делать. Доктора терпеливо объясняли волонтерам, что сироты ни в чем не нуждаются, но поток подарков не иссякал.

Медсестры передачи не брали, поэтому свертки передавали обитателям соседних боксов, а те — санитаркам или в конференц-зал, где врачи проводят рабочие «пятиминутки». Гора росла стремительно. И даже когда сирот выписали, неравнодушные продолжали нести коробки, пакеты и мягкие игрушки.

В конце концов, когда место в конференц-зале закончилось, к больнице подъехала машина и увезла все подарки в неизвестном направлении. Точной информации, куда все делось, нет. Говорят, что кто-то из медсестер опознал в даме, загружавшей пакеты в автомобиль, автора того поста о помощи. Знаем одно: в Дом ребенка презенты не попали.

— Когда нам позвонили из клиники и обо всем рассказали, мы сразу известили персонал, что забирать коробки и игрушки не будем, — объясняет главный врач «Дом ребенка № 1» Любовь Роговская. — Поймите, нельзя нам этих собачек, кошечек и мишек брать. Привозить мягкие игрушки из инфекционной больницы здоровым детям — это же просто безумие. И коробки с печеньем, пирожными, детским питанием нам тоже не нужны. У нас все есть! Сейчас ведь не девяностые, когда воспитатели сиротских приютов и детских домов от бедности принимали еду, одежду и обувь для воспитанников. Конечно, нам необходимы специализированные приборы, оборудование, кое-какая мебель. Кто хочет помочь, приходят, мы откровенно говорим, в чем нуждаемся. Люди осматривают группы, понимают: да, действительно, то, о чем просим, надо купить. Они покупают сами или переводят деньги на спецсчет. Но кульки с конфетами, авоськи с фруктами мы принять не можем.

Кому-то покажется обидным, что «души прекрасные порывы» ярославцев оказались непонятными и ненужными. Разберемся, почему так случается.

Главное то, что не все умеют быть милосердными. Порой люди не представляют, что благотворительность — это не покупка хот-дога для нищего, хотя и хот-дог может быть кстати. Благотворительность — умение быть полезным. Как? Социологи выяснили, что граждане с трудом это осознают. Им проще подать милостыню или перекинуть деньги на лечение ребенка. О работе благотворительных организаций знают единицы. Хотя...

Мы провели простой эксперимент и забили в поисковик запрос о благотворительных фондах в Ярославле. Получили скупую информацию. Нет, фонды есть, но чем они занимаются, непонятно. Возьмем ярославское отделение Российского фонда милосердия и здоровья. У него есть сайт, но там не найти рассказов о том, кому, когда и как помогли. Ничего нет и о суммах, поступивших на расчетный счет фонда, о том, как их потратили. Нет данных, кто учредитель, какими проектами организация занимается.

Можно долго рассуждать, развита ли у нас культура благотворительности. Но полтора века назад такой вопрос посчитали бы невежественным. На рубеже 19-20 веков большая часть ярославских приютов и богаделен находилась под патронажем благотворительных организаций и частных лиц. Фамилии Вахрамеева, Локалова, Карзинкина, Пастуховых, Друженкова, Огнянова, Понизовкиных, Оловянишниковых, Черногоровых, Кузнецовых были у всех на слуху. Меценаты жертвовали на стипендии малообеспеченным детям, на больницы для бедных.

В СССР заботу о сиротах, одиноких инвалидах и стариках взяло на себя государство. Сложно сказать, когда советские граждане перестали замечать на улицах увечных и больных — их просто убрали с улиц. В те времена большой редкостью в больницах были мамы с детьми-инвалидами. Власть делала вид, что в стране Советов инвалидов нет. Да, для детей с ДЦП построили санатории, но туда не селили здоровых сверстников. В России выросли поколения, имеющие приблизительное представление о благотворительности.

В начале девяностых все изменилось. Появились благотворительные фонды, спонсоры, агитация помогать ближнему. И люди помогали. До тех пор, пока пресса не стала рассказывать о махинациях в сфере благотворительности. Благодаря материалам о мошенничестве сложился стереотип: помощь нуждающимся — задача государства.

— Помочь больному ребенку? Не знаю... Не готов я, — рассуждает 65-летний ярославец Анатолий. — И не потому, что у меня с финансами туго, нет, стараюсь где-то подработать, на пенсию-то не проживешь. Но вот включаю телевизор, вижу наших звезд, спортсменов, сенаторов, которые в деньгах купаются, и думаю: «А почему я должен кому-то помогать, а они нет?»

Если доверять данным соцопросов, больше 70 процентов россиян думают так же, как Анатолий. Социологи заметили, что в 2015-2016 годах тема благотворительности практически ушла из повестки дня. На первое место вышло падение уровня жизни. Около 65 процентов граждан думают о росте цен.

Вместе с этим неправильно говорить, будто люди не готовы помогать. Они помогают: и тем, кто попал в беду, и животным. Часто это разовые жесты, но они важны. Случай с девочками-сиротами из числа таких.

Что делать, если хочется помочь, но боитесь потратить деньги впустую? Есть пять рекомендаций.

Проверяйте информацию. Прочитали, что кто-то нуждается в помощи? Позвоните в больницу, где лежит пациент, поговорите с персоналом, уточните, что нужно. Не делайте репосты сообщений, в правдивости которых не уверены.

Убедитесь, что человек реально существует. Если речь идет о сборе средств на лечение, познакомьтесь с тем, кто организует процесс.

Не давайте деньги на улице. Улица, как правило, вотчина мошенников и тех, кто на них работает.

Найдите подтверждение добросовестной работе фонда или благотворительной организации. Посмотрите данные в интернете, поинтересуйтесь, что знают родные и друзья, пользователи соцсетей.

Помните, что помощь — это не только деньги. Может быть, соседке нужно купить продукты, потому что лифт не работает, а она не может забраться на пятый этаж. Подруга наверняка нуждается в том, чтобы кто-то посидел с больным ребенком. Для родных не будут лишними участие и сострадание.


наверх
Эта страница использует cookies подробнее
Сетевое издание Яркуб предупреждает о возможном размещении материалов, запрещённых к просмотру лицам, не достигшим 16 лет